– В самом деле, – усмехнулся я. Нормальный лорд даже не задумался бы о том, что может доставить неудобство кому-то, стоящему ниже на социальной лестнице. – В таком случае, завтра, здесь, в два пополудни.
В современной Британии у высших кругов принято поздно просыпаться и поздно ложиться спать. Мы, Блэкуотеры, с подозрением относимся к новомодным веяниям, которым жалкой сотни лет не исполнилось, и живем по старому обычаю. То есть время до полудня посвящено делам, вторая половина дня предназначена для второстепенных занятий. Для меня делами считаются занятия у Финехаса или Хремета, также обязательно посещение вечерней тренировки и ужина. Получается, что примерно с двенадцати до семи я свободен.
Более чем достаточно времени, чтобы оценить человека.
Глен ушел, я допивал чай и думал, что возвращаться домой не хочется. Может, сходить к Кристи, слегка подпортить им настроение?
О взаимоотношениях потомков Старейших, обычных магов и представителей высшего класса говорить можно долго. Ситуация очень сложна и изобилует сотнями нюансов. Среди аристократов и верхней страты среднего класса много травников, полноценно колдовать не способных, зато способных использовать артефакты и обладающих минимальными силами. Главам многих магических родов принадлежат титулы – правда, их права ограничены и заседающий в Совете Мудрых глава ковена не имеет права заседать в Палате Лордов. За века все перероднились со всеми, связаны друг с другом сложными обязательствами, деловыми или вассальными, также на отношения влияют принадлежность к политическим группировкам, их вес, хотелки короны, мнение церкви, междоусобная вражда и другие факторы.
И, конечно же, есть Незримая Власть, не позволяющая Священным Домам править народами. Воля наших прародителей действует неясным образом, криво, косо, но действует неизбежно.
Так вот, семья Кристи, наши соседи. Бывшие джентри, ставшие баронетами и чрезвычайно этим гордящиеся. Вероятно, на почве возросшего ЧСВ дед или прадед нынешнего хозяина поместья, Томаса Кристи, пришел к моему деду и хамским тоном начал чего-то требовать. То ли кусок земли продать, то ли наколдовать чего, не важно. Идиотизм феноменальный. Для начала Корнелий отходил его тростью, но убивать не стал – показалось мало. За оскорбление он наложил на весь род хитровывернутое проклятье, в последний момент мешающее достижению цели. Например, хочет кто-то из Кристи принять участие в торговле колониальными товарами. Нашел подходящий проект, договорился с нужными людьми, оформил все лицензии… И у берегов Британии корабль, везущий груз, внезапно тонет, а страховка закончилась за день до катастрофы. Или цены на товар упали, и компания прогорает. Или нечистый на руку партнер отжимает фирму себе.
В личных делах то же самое. Если парень из Кристи хочет жениться на девушке – перед самой свадьбой помолвку разорвут. Или невеста погибнет. Проклятье действует, исходя из желания. Возможно, поэтому наши соседи ещё не разорились, что жажды богатства у них нет и к деньгам они относятся ровно. Других достоинств у них не вижу, потому и не жалею. Очень высокомерная семейка.
Да ну их нахрен – настроение себе портить видом кислых рож. Лучше в кабинете посижу.
Глава 9
Вдох. Выдох. Встреча важна, поэтому снова транс.
При моём появлении сидящий за столом мужчина немедленно встал, приветствуя. Смотрит внимательно, даже в чем-то жадно, но прямой взгляд отводит. И эмоциональный фон слегка приглушен, что косвенно указывает на укрепленные ментальные щиты. В принципе, защищая сознание, он правильно делает – с кем-то вроде Блэкуотеров предосторожность не лишняя.
Внешность достаточно обычная, разве что рост выделяется. Под два метра высотой, худощавый, черноволосый, с нервным живым лицом и длинными пальцами музыканта Питер Синклер привлечет внимание в любой толпе, но второй взгляд на него не бросят. Одет по современной моде; как и любой маг, носит много разных амулетов, осанка прямая… На дурака не похож. Вот, собственно, и всё.
– Мистер Синклер, я полагаю?
– Так и есть, сэр?
– Майрон Черной Воды, второй этого имени, – я указал на кресла, жестом предлагая присесть. – Надеюсь, моё приглашение не спутало никаких ваших планов?
– Нет, я совершенно свободен.
Хорошо держится. Не раболепствует, не дрожит, пытается скрыть легкое удивление от моей внешности и в то же время явно понимает, что внешность в данном случае не значит ничего. Напряжен, руки дрожат. Ха! Да он тоже в трансе, только менее качественном. Правильное решение.
– Прекрасно, – имитирую эмоции и чуть заметно киваю. – Как вы смотрите на то, чтобы опустить обязательную часть с обсуждением погоды, которая на Перекрестке всё равно всегда одинаковая, и сразу перейти к делу?
– Буду только рад, лорд Блэкуотер!
– Мистер Блэкуотер, – поправил я. – Внешним главой семьи является Лотарь.
– Простите. Вероятно, я неверно понял хозяина данного заведения.
– Ничего страшного. Глен – человек старой закалки, вполне естественно, что он предпочитает старое обращение. Кстати, по поводу Глена. Он упоминал, что прежде вы работали в Палатах Мидаха, но были вынуждены покинуть их. Могу я узнать, чем было вызвано это решение?
– Личным конфликтом, – у Синклера чуть дернулась щека. Должно быть, до сих пор испытывает слишком сильные чувства, раз они пробились сквозь наведенную маску. – Мы с главным врачом не сошлись по поводу диагноза одного из пациентов, и он вынудил меня покинуть больницу. Самое забавное, что мой диагноз оказался верен.
– Этого вам, разумеется, не простили, – согласился я. – А на Перекрестке как оказались? Судя по представленным рекомендациям, вас с радостью примут в любой больнице, несмотря на мнение мэтра Фолкнера.
– Я искал помощи в лечении сына.
– Что с ним?
– Он пострадал от двоедушницы.
Мы оба замолчали, он – в каменной неподвижности, фактически озвучив, в чем будет заключаться его просьба; я – окончательно складывая картинку. Мысленно отметил, что изначально ситуацию оценил верно. Каким бы ни был Синклер гениальным медиком, не на том уровне современная медицина, чтобы справляться с последствиями повреждения души. Ему позарез нужна наша помощь.
Кто такие двоедушницы? Существа духовного типа, нечто вроде демонов, только обитающие в реальном мире и со специфическим жизненным циклом. Живут они среди людей. Только если люди рождаются, живут и умирают, то двоедушницы (или двоедушники, пола у них нет, вернее, они однополы) рождаются, живут, умирают и снова рождаются. Воплощенная на практике идея реинкарнации. Я о них многое знаю, одно время даже ошибочно подозревал себя в принадлежности к этому племени. Потом, конечно, убедился, что сходство чисто внешнее.
Чем старше двоедушница, тем она сильнее и опытнее. Причем значение имеет как количество перерождений, так и их качество, то есть срок жизни и изученные навыки. Старая, от пятидесяти жизней и выше, двоедушница вполне способна поспорить даже с кем-то вроде Хремета на пике могущества. К счастью, их немного – набрав определенный уровень силы, они покидают наш мир.
Парадокс заключается в том, что силу эти существа набирают медленно. Намного медленнее, чем знания.
И тут надо сказать, что в плане морали они от людей не сильно отличаются. Живут же среди людей, отсюда и схожесть мышления, не считая некоторых моментов. Вполне естественно, что такую черту человеческого характера, как желание получить всё и сразу, двоедушницы успешно переняли. Жажда халявы вечна и неистребима! За тысячелетия они разработали не один способ подстегнуть собственное развитие, каковые с разной степенью энтузиазма практикуют. Некоторые методики эффективны, некоторые – не особо.
Наиболее эффективным является поглощение чужой души.
Способ запретный. Изменения души всегда относились к темнейшим областям высокого искусства, прикасаться к которым избегали даже члены Священных Домов. Кроме нашего и ещё некоторых. Поэтому очевидно, что, если вдруг находится человек, пострадавший от действий нарушившей закон двоедушницы, за помощью обращаются к Черной Воде. Так что Синклер по правильному адресу пришел.
