сказано в его письме Архиепископу Албанскому Анастасию, «не только в вопросах догматических, священных преданий, канонических церковных установлений или общих вопросов, относящихся ко всему Телу Церкви, но и во всех относительно важных частных вопросах, интересующих ту или иную Поместную Церковь»[130].
Эти попытки Константинопольского Патриархата присвоить себе права, принадлежащие исключительно Соборной Церкви, сформулированы открыто в так называемом томосе, который был издан Вселенским Патриархом и вручен им Епифанию на Фанаре 6 января 2019 г. за Божественной литургией в праздник Богоявления. Комментируя этот томос, заслуженный профессор канонического права Афинского университета Панайотис Бумис в посвященной этой теме специальной работе пишет следующее: «Далее в 4-м абзаце говорится: “В дополнение к вышесказанному заявляем, что Автокефальная Церковь Украины признает главой Святейший Апостольский и Патриарший Вселенский Престол, как и остальные Патриархи и Предстоятели”. Уместно задать вопрос: возможно ли без колебаний заявлять, будто Автокефальная Церковь – а тем более остальные Патриархи – признаёт “главой Вселенский Престол”? И разве в число остальных Патриархов включены и старейшие[131] Патриархаты?»[132]
Исследователи церковной истории отмечают, что ни в одном из томосов об автокефалии, выданных Вселенским Патриархатом за последние 170 лет тем Церквам, которые прежде относились к его канонической юрисдикции, не прописано, будто главой этих Церквей является Вселенский Константинопольский Патриарх. Церкви, получившие такие томосы, это Элладская (1850), Сербская (1879), Румынская (1885), Польская (1924), Албанская (1937), Болгарская (1945), Чешских земель и Словакии (1998).
К сожалению, новоявленную теорию о том, будто Константинопольский Предстоятель – глава всех Церквей, поддерживают и раздувают ближайшие сотрудники Вселенского Престола. Они превратно толкуют 34-е Апостольское правило, утверждая, будто на основании этого правила кто-то один из Предстоятелей должен считаться «Первым» и «Главой» над остальными.
Среди сторонников этой новоявленной и безосновательной теории числится любезный и досточтимый канонист Феодор Янгу, декан богословского факультета Салоникского университета имени Аристотеля и член Синодальной комиссии по каноническим вопросам Кипрской Церкви, действующей под моим председательством. Феодор Янгу в недавней работе об автокефалии Украинской Церкви отмечает следующее: «Тогда как соборный институт на уровне Поместных Церквей определяется их уставными документами, где в достаточной мере определены компетенции Первого, на уровне всеправославной соборности Первый, как и его компетенции, воспринимаются со скепсисом»[133]. И далее: «Соборный институт, согласно канонам, функционирует гармонично, когда члены собора согласны с местом Первого и готовы “признавать его за главу и не делать ничего, превышающего их власть без его изволения” (Апост. 34). Разумеется, у нас на Востоке нет Папы, но есть первый с компетенциями Главы[134]. Это означает, что он обладает, в первую очередь, инициативой в решении проблем, занимающих Церкви, действуя и принимая решения сообща с соборными членами: “Но и первый ничего да не творит без изволения всех”. Из этой гармонии, единомыслия соборности проистекает славословие Триединого Божества: “Ибо таким образом будет единомыслие и прославится Бог через Господа во Святом Духе, Отец, и Сын, и Святой Дух” (Апост. 34). На уровне Поместных Церквей изложенные выше фундаментальные принципы соборности применяются без особых колебаний. На всеправославном же уровне, напротив, часто заметен недостаток почтения к институту Первенства»[135].
Таким образом, вопрос главенства Вселенского Константинопольского Патриархата, как он сформулирован в так называемом томосе об автокефалии Украины, равно как и в аргументах ближайших соратников Вселенского Престола, поднимает вопрос о том, кто же является Главой Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.
С точки зрения истории и священных канонов, на вопрос о главенстве в Соборной Церкви может быть только один не подлежащий сомнению ответ. На протяжении двух тысячелетий своей истории Православная Церковь никого из своих епископов не наделяла титулом и компетенциями Главы Церкви. В 34-м Апостольском правиле значение слова «глава» (κεφαλή) применяется к «первому» епископу собора области. Ошибочно и совершенно неприемлемо – переносить этот смысл на, так сказать, всемирный уровень, чтобы найти оправдание некоему «всемирному первому» как «главе» и «первому» епископу Соборной Церкви. Святой Никодим Святогорец весьма внятно поясняет, что «первенство на всемирном уровне не существует в Православии, за исключением права председать первым (в порядке перечисления) среди равных Предстоятелей. Предстоятели Православных Поместных Церквей обладают равной честью по “старшинству чести” и различаются лишь в порядке (последовательности) их чествования»[136].
О том же вопросе пишет Патриарх Иерусалимский Досифей: «Много крупных поселений, много Церквей, много в Церкви вождей, председателей и начальствующих, но не бывает среди них вождя вождей, председателя над председателями или начальствующего над начальствующими; поэтому и Римский епископ – всего лишь один из этих начальствующих, вождей и председателей, обладающий равной с ними честью и силой, но не более того»[137].
И ученейший, по всеобщему признанию, православный епископ – архипастырь Зары Далматинской, доктор церковного права со всеправославным авторитетом Никодим (Милаш)[138], живший в конце XIX в., в своей знаменитой, фундаментальной работе «Православное церковное право» глубоко рассматривает этот вопрос, отмечая, среди прочего, следующее: «Основав на земле Свою Церковь, Христос дал всем Своим апостолам одинаковую власть в ней (Мф. 18, 17-20; 28, 19-20; Ин. 20, 21-22), удержав Себе главенство над Церковью и называя Себя Самого Главою пастырей и единым верховным Пастырем (Ин. 10, 14-16). Когда между Его апостолами возник вопрос, кому из них быть первым, Он выразил торжественное осуждение даже самого помысла об этом (Мф. 20, 22-27; 23, 8-12; Мк. 9, 34-35; 10, 42-45; 1 Пет. 5, 2-4) и сказал им, что Он единственная Глава Своего благодатного Царства, Церкви Своей (Ин. 18, 36; 1 Пет. 5, 4; Евр. 13, 20)».
Далее он обращает внимание на слова апостола Павла: «Муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви (Еф. 5, 23)… и еще: и все покорил под ноги Его, и поставил его выше всего, главою Церкви, которая есть Тело Его, полнота наполняющего все во всем (Еф. 1, 22-23). И Он есть глава тела Церкви; Он – начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство (Кол. 1, 18)».
И далее этот мудрейший иерарх замечает: «Деяния апостольские дают нам самое ясное подтверждение этого (Деян. 1, 21-26; 6, 2-6; 15, 1-29), а апостол Павел, по поводу старания получить первенство в Церкви, порицает подобные стремления самым строгим образом (Гал. 2, 6-14). Отцы Церкви последующих веков подтверждают то же самое[139]. Ныне Православная Церковь исповедует это учение так: “Один Христос есть Глава Церкви. (Еф. 5, 23; Кол. 1, 18). Если же архиереи, управляющие Церквами, и именуются главами оных, то сие должно принимать в таком смысле, что они суть Местоблюстители
