когда вернутся, – неуверенно ответила Алия.
Её манера доводила Нину до бешенства. Так и подмывало запустить пачкой хлопьев девчонке в голову. Но тут она заметила в лесу приближавшийся к ним мерцающий свет.
– Алия, смотри! – прошептала Нина. – Демографический надзор! Они идут по нашим следам! Бежим скорее…
Она вскочила, чудом не рассыпав остатки хлопьев.
– Нина, успокойся. Это Перси и Маттиас, – ответила Алия.
– Откуда ты знаешь?
– Это наш сигнал. Световой.
Нина снова присмотрелась, и точно, свет мигал по определенной схеме: дважды справа, один раз слева. И ещё раз: дважды справа, один слева.
– Откуда у них фонарик? – спросила Нина.
Алия промолчала.
Через несколько минут свет погас. За спиной Нины хрустнула ветка, и она замерла, но это подходили Перси и Маттиас.
– Всё в порядке? – спросила Алия.
– Ага, – ответил Перси.
– Где вы были? Откуда у вас фонарик? – спросила Нина.
– Нашли. Скажи, повезло? – ответил Маттиас.
Нина заметила, что он ответил только на один из вопросов. И этому ответу она не верила. Фонарики стоили дорого, особенно с батарейками.
Она их никогда не видела, пока не попала в школу. Кто же оставит фонарь в лесу?
– Нина предложила нам еду, – сообщила Алия.
Нина поборола раздражение. Она не предлагала им еду, просто поделилась с Алиёй. И откуда-то у неё возникло чувство, что Алия пытается сменить тему. Но делать нечего, она неприветливо протянула мальчишкам мешок с едой.
– Держите.
Перси и Маттиас вытащили по коробке с изюмом.
– Скоро рассвет, – сообщил Перси. – Можно немного отдохнуть. Караулить будем по очереди.
– Караулить? – переспросила Нина. – Ты хочешь сказать…
– Один человек дежурит, пока другие спят, – объяснила Алия.
Нина прищурилась. Алия говорила так, будто знала все тонкости о дежурстве.
– Давайте я буду первой, – предложила Нина. – Я уже чуть-чуть вздремнула, пока вы ходили на поиски.
Она надеялась, что они уловят ироничный оттенок её слов, но все промолчали. Через несколько минут все, кроме неё, крепко спали, сбившись кучкой на земле.
Нина уставилась в полутьму, что казалась наполненной тайнами. Ей хотелось включить фонарик, будто свет мог составить ей компанию, но это было слишком рискованно – свет увидит любой, кто окажется поблизости. Сам фонарик тоже был окутан тайной, и одна только мысль о нём её пугала.
Нина повернулась и оглядела детей. Тьма рассеялась, и можно было рассмотреть их лица. Она провела с ними столько времени в темноте, что ей не удавалось толком увидеть, как они выглядят. Алия даже во сне была милой, приятной и забавной.
Хотя на щеке у неё виднелась полоска грязи, светлые волосы были аккуратно собраны в хвостик у самой шеи. На ней было старенькое грязное платье с аккуратно зашитыми мелкими стежками прорехами на юбке. Интересно, чья это работа, и кто её причесал. Неужели Перси и Маттиас, сидя в тёмной тюремной камере, каждый день тщательно расчёсывали волосы Алии? Где они этому научились?
Может, Алия причёсывалась сама? Нина вспомнила, как бесстрашно Алия поднялась по лестнице в тюрьме, как уверенно вернулась и одними губами сообщила: «Всё чисто». Где она этому научилась?
Нина снова посмотрела на лес – в конце концов, она должна караулить – но никакого движения не заметила. Только листья папоротника колыхались на ветру. Она снова перевела взгляд на детей, рассматривая Перси.
Все черты Перси казались остро отточенными: нос, сжатые губы, костлявые локти, выступавшие из не по размеру больших закатанных рукавов рубашки. Его тёмные длинные волосы спутались. Если он помогал укладывать волосы Алие, то, очевидно, вкладывал все силы, не обращая внимания на себя самого.
Прижавшийся к спине Перси Маттиас даже во сне выглядел озабоченным. С плотно закрытыми глазами он тихонько постанывал, словно видел плохой сон. Он вертел головой так, что тёмные волосы били по глазам.
Интересно, что Маттиас видел во сне? О чём он думал? Кто он такой, в конце концов? У неё было смутное подозрение, уж не убил ли он кого из-за фонарика. На мгновение она почти этому поверила. А что, всё возможно. Так что теперь демографической полиции придётся искать не только сбежавших заключённых, но и убийц.
Нина вздрогнула. С какой стороны ни глянь, она блуждала в незнакомом лесу, в опасности с тремя детьми, которым не доверяла. Почём знать, может, они, как Джейсон, готовы предать её в любой момент.
В голове крутились безумные мысли: вдруг они планируют её убить и стащить еду. Или придумывают, как сдать демографической полиции и получить награду, а самим остаться на свободе. Может, стоит бежать от них со всех ног?
Алия тихонько вздохнула во сне, и от этого звука все Нинины страхи рассеялись. Нина не знала, чего ожидать от Перси и Маттиаса, в конце концов парень, которому она доверяла, её предал, но милая симпатичная Алия никак не могла участвовать в заговоре против неё.
Нина снова посмотрела на лес, незнакомый, дикий, с толстыми ветками, торчащими под причудливыми углами, и свисающим занавесом плющом.
Похож ли этот лес на тот, что у школы, она не знала. Она никогда не видела других лесов при дневном свете, только пробиралась на ощупь по ним в темноте, держась за руку Джейсона. Лес, залитый светом, её пугал. Листья на деревьях, казалось, прятали глаза. Подлесок небось кишел змеями. И что хуже всего, она понятия не имела, куда идти, чтобы попасть в безопасное место. А вот Перси знал. И Маттиас. Даже Алия, наверное, знала.
Так что хотела Нина им доверять или нет, не имело никакого значения.
Без них ей не выжить.
20
Нина заснула.
Нет, она не собиралась, но бороться с усталостью после того, как прошагала всю ночь, было выше её сил. Она приказывала себе не закрывать глаза… ещё немного, пока кто-нибудь не проснётся… но глаза её подвели. Веки сомкнулись, пока она отвлеклась, а потом она в панике проснулась.
– Что? Кто? – бессмысленно забормотала она.
Над головой пели птицы. День выдался жаркий. Даже в тени, под покровом леса, Нина чувствовала, как по спине сбегает пот. Но полицейских рядом не было, коварные змеи не шипели у ног, никаких оживших кошмаров не наблюдалось.
Все остальные ещё спали.
У Алии дрогнули веки.
– Моя очередь? – сонно спросила она.
– Нет, нет, спи, – выговорила Нина.
Но Перси тоже зашевелился, Маттиас, зевая, потягивался. Он, прищурясь, поднял глаза к небу.
– Полдень миновал. Ты всё время караулила? – спросил он Нину. – Спасибо, что дала всем выспаться.
– Пожалуйста, – неловко ответила Нина.
Она не призналась, что тоже заснула. Раз за это время ничего не случилось, то это неважно. Правда же?
Перси тоже смотрел на небо. Можно подумать, небо было для них и часами, и топографической картой.
– Могу поспорить, что к сумеркам мы доберёмся до твоего безопасного места, – сообщил он.
Нина пожала плечами, не желая спрашивать, как он это узнал.
– А можно немножко позавтракать? – милым детским голоском спросила Алия.
– Ты хочешь сказать «пообедать», – поправил её Маттиас.
Нина неохотно вытащила мешок с едой. При дневном свете он казался грязным и потрёпанным.
