рук на тротуар. Пока мозг переваривал происходящее, глаза оставались прикованными к темному пятну, расползающемуся по брусчатой дорожке. Земля между узкими плитами безвозвратно впитывала в себя горячую влагу, а мое сердце сжималось в осознании, что так и память о Дэме год за годом стиралась.
Я не дала себе времени на раздумья, когда вырвала руку из твердой хватки и развернулась лицом к тому, кто столкнул меня с дороги. От удивления мой голос снова пропал, словно какая-то расчетливая морская колдунья отобрала его вместе с рыбьим хвостом, расплатившись за них парой человеческих ног. Неравноценный обмен, если вы меня спросите.
Сделав шаг вперед, я уперлась указательным пальцем прямо в грудь того самого человека, что посмел оставить сотню баксов на чай после того, как получил мой вежливый отказ. Это было в лучшем случае снисходительно, а в худшем – неуместно.
– Ха! Ты-то мне как раз и нужен! – выпалила, снимая с плеча сумочку, чтобы отыскать внутри кошелек.
Уилл из бара прищурился, всем видом выказывая сомнение в правдивости моих слов. Можно подумать, это было единственной странностью в нашем неловком столкновении.
– Я?
– Ну да, ты. – Я не смотрела на него, пока копалась в своих вещах. В основном потому, что слишком интенсивный взгляд плавил асфальт у меня под ногами. Одному только Богу известно, что бы он сделал с моими внутренностями. – Вот! – выудила кошелек и достала из кармашка единственную, аккуратно сложенную купюру, протягивая ее парню.
Моя рука слишком надолго повисла в пространстве между нами, потому что Уилл не спешил принимать назад свои деньги. Тогда я потрясла ими у него перед лицом, все-таки встретившись с потемневшим взглядом. То, что увидела, заставило позвоночник выпрямиться. Что-то угрожающе-опасное бурлило в темных радужках. Это вовсе не было похоже на бурю и гром, скорее, на атомный взрыв, способный смести с лица земли все живое и оставить там, где раньше процветала жизнь, бездушные темные кратеры на долгие тысячелетия вперед.
– Бери! – не выдержала я.
– Ты бегаешь за всеми посетителями, чтобы вернуть чаевые? – с мрачным смешком поинтересовался Уилл.
– Не обольщайся, это простая случайность, – возмущенно отступив назад, я собрала в кулак все, что осталось от самообладания, чтобы не выдать какую-нибудь отвратительную колкость и не пялиться на его полурасстегнутую пляжную рубашку, открывающую взгляду намек на твердые грудные мышцы, проступающие под занавесом из светлого льна. Меня раздражало, с какой легкостью этому парню удалось перевернуть ситуацию в свою сторону. – Это ты меня схватил.
– Иначе бы тебя сбил велосипедист, – сухо сказал Уилл. Перемена в его тоне ощущалась отрезвляюще. – Скажи «спасибо», – с нажимом добавил он.
– Спасибо, а теперь забери свои деньги! – снова потрясла купюрой я, так как рука уже начала затекать. Он нарочно заставлял меня корчиться от неловкости? Вчера он не показался таким придурком.
– Считай это компенсацией за испорченный напиток. – Он проскользил взглядом по всему моему телу к тому месту, где под нашими ногами на камне красовалось высохшее пятно от кофе. Мне надоело спорить, поэтому я убрала деньги обратно в сумку.
– Как знаешь. – Я пожала плечом. – Было… эмм… приятно поболтать. – Знала, что мой язвительный тон вряд ли послужит подтверждением слов, но мне было плевать. Развернувшись на пятках, я уже собралась в сторону бара, но тут бархатистый голос Уилла снова привлек внимание.
– Глупо бродить одной так поздно.
Было без четверти одиннадцать, и в чем-то он, может, был прав. Обычно мы с Рин ходили на работу вместе, но вчера она ночевала у какого-то парня, поэтому дома не появилась, написав, чтобы я отправлялась на работу сама. Голди настаивала на такси, и я солгала, что вызвала «Убер», ведь дыра в моем кармане приказала присмотреть себе что-нибудь подешевле, может быть, велосипед в долгосрочной перспективе.
– Как и вести долгие бессмысленные диалоги с незнакомцами, – многозначительно бросила через плечо, продолжая путь.
Упрямые тихие шаги были единственным ответом. Прекрасно, надеюсь, он не какой-нибудь серийный убийца. Не будучи дурой, я незаметно достала телефон из переднего кармана толстовки и начала писать сообщение для Рин, просто на всякий случай.
Я: Скоро буду. За мной увязался тот странный парень, Уилл.
Рин: Он представляет угрозу?
Я: Трудно сказать. Скорее нет, чем да.
Но если я чему-то и научилась за последние три года, так это какой-никакой осторожности.
– Я не маньяк, – раздалось прямо над головой, отчего я с визгом подпрыгнула прямо на ходу. Улыбающийся Уилл шагал позади и бесцеремонно заглядывал через мое плечо, читая переписку. – Это довольно умно, – добродушно заметил он, словно только что не сделал ничего возмутительного. – Но все равно не гарантирует твою безопасность. На моем месте мог бы оказаться кто-то другой.
– Если бы это был кто-то другой, у него наверняка хватило бы манер прекратить преследование или хотя бы не пялиться в мой телефон, – огрызнулась, блокируя экран и ускоряя шаг.
– Хорошо, что это я, – отбил Уилл, подстраиваясь под мой темп ходьбы.
Всю оставшуюся дорогу до бара мы шли молча, сопровождаемые шелестом волн, вспышками молний и моим сердитым сопением. Здравый смысл сигнализировал, что я ненормальная и «Убер» был не худшим из вариантов, но аура непоколебимого спокойствия, излучаемая мужчиной, шагающим справа от меня, говорила обратное. Не знаю, с чем это связано: может быть, разбушевавшееся небо приводило мои нервы в порядок, а может быть, мне уже было глубоко наплевать на исход сегодняшнего дня… Но была еще одна мысль, витающая в наэлектризованном соленом воздухе, – в присутствии Уилла я чувствовала нечто, похожее на ту безопасность, которую не ощущала уже давно. Это пугало и успокаивало, путало мысли и стирало границы нормальности.
Я не заметила, как мы пришли, очнувшись от звона колокольчика над дверью, которую держала протянутая над моим плечом мускулистая рука Уилла. Его грудь прижалась к моему правому боку в узком дверном проеме, и меня бросило в жар. Прогнав пелену размышлений, я подняла глаза, опешив от того, как близко он стоял, возвышаясь надо мной, пришлось запрокинуть голову.
– От тебя приятно пахнет, – вылетело первое, что пришло на ум. Мне бы укоротить язык.
– Действительно?
– Либо так, либо я здорово ушиблась головой во время столкновения с тобой и сама не знаю, что несу.
– Очень надеюсь на первое.
Будто моего помутнения было недостаточно, я привстала на цыпочки и вдохнула воздух, смешанный с его одеколоном и мускусным мужским ароматом, чуть не простонав вслух.
– Да, определенно первое.
Тихий смешок ласкал слух, я даже не заметила, как прикрыла глаза.
– Доброй ночи, Вайолет, – почти прошептал Уилл, глядя на меня
