лоб.
– Почему именно это место? – не переставал любопытствовать Уилл, нависая над стойкой. Я открыла рот, но тут же захлопнула его, боясь выдать правду. Не знаю, откуда взялось это ощущение, будто он видит меня насквозь, что бы я ни сказала и ни сделала, но оно не покидало меня на протяжении всего вечера. – Не пойми неправильно, я объехал все побережье, и пока этот город ничем не отличается от других. Что есть в Уилмингтоне, что способно заставить человека остаться?
– Здесь тихо. – Это было лишь частью правды.
И безопасно.
Парень огляделся вокруг, скептически приподнимая бровь. Бар к этому времени уже был набит под завязку, и половина посетителей просто стояла на ногах вокруг одноместных круглых столиков, кто-то пил прямо на бильярдном столе.
– Ну, большую часть времени, – улыбнулась я.
Какое-то время мы оба молчали, Уилл просто наблюдал, как я смешиваю коктейли, играя с этикеткой на своей бутылке. Но тишина между нами, окруженная хаосом, не казалась отягощающей. Напротив, я испытывала редкий прилив спокойствия и безмятежности и впервые за вечер первой подняла взгляд на парня, сидящего напротив. Уилл задумчиво изучал ассортимент напитков на полках за моей спиной, а его красивые губы несколько раз шевелились, как если бы собирались что-то сказать. Он не смотрел на меня, но я была уверена: знал, что смотрю. Через секунду промедления жидкий поток чего-то чарующего и мистического разлился в спертом, пропахшем алкоголем и весельем воздухе, занавес непринужденности спал, и Уилл повернул голову, наградив меня твердым взглядом, пробирающим до костей, но одновременно с тем уязвимым.
– Покажешь мне город?
Это прозвучало как просьба и приказ, борющиеся друг с другом за превосходство. Хотела ли я отправиться на экскурсию с незнакомым парнем, когда только-только начала чувствовать почву под ногами? Что, если он ожидает чего-то большего, чем простая прогулка? Я не впервые получала предложение куда-нибудь сходить, но это была самая джентльменская версия из всех услышанных.
– И под этой фразой ты подразумеваешь? – Почувствовала, как краснею, но ничего не смогла с собой поделать.
Он ненадолго замешкался, как бы прикидывая, действительно ли я предположила нечто неуместное, а потом улыбнулся самой праведной улыбкой из всех возможных.
– Расслабься, Вайолет, я просто хочу осмотреться. Никак не могу понять, стоит ли это место того, чтобы бросить все к чертям. – Последнее Уилл добавил с особым ударением, чтобы каждая буква надежно укоренилась в моем воспаленном мозгу.
Только вот противная дыра в груди все никак не зарастала, а щемящая пустота в ее центре взывала с особой силой, умоляя не соглашаться. Была и другая причина, которая крылась в особой ауре Уилла – я не должна была попасть под ее влияние любым способом, даже если рисковала показаться холодной сукой.
– Попробуй провернуть это с «Гуглом». Я почти уверена: он знает больше, чем девчонка, живущая в городе не дольше других, – сказала, не особо стараясь замаскировать сарказм.
Лицо Уилла вытянулось в удивлении, я готова была поспорить: он ожидал получить согласие. Ну конечно, откуда бы он ни прибыл, девушки, должно быть, выстраивались в очереди, чтобы провести его по стратегически важным местам.
Но потом, как будто он снова заглянул ко мне в голову, глаза Уилла наполнились весельем, недосказанность перевоплотилась в обещание, которое грозило меня уничтожить, один уголок рта приподнялся, и если до этого я испытывала хоть немного сожаления, то оно в ту же минуту растворилось в воздухе. Он потянулся к заднему карману джинсов, выудил оттуда сотню баксов и безмолвно опустил ее на стойку, пару раз стукнув пальцами по лицу Бенни Франклина. А потом кивнул, задержав на мне последний взгляд, развернулся и широким шагом стал продвигаться к выходу, открывая мне вид на свою удаляющуюся спину.
– До встречи, Вайолет. – Несмотря на гвалт голосов, я расслышала каждое слово, брошенное у порога перед тем, как дверь за ним закрылась.
Глава 5
Джош
Бороться с собой – все равно что пытаться остановить цунами до того, как огромная волна поднимется над встревоженным берегом и сметет все к чертовой матери. Полжизни я потратил на то, чтобы отточить мастерство владения эмоциями, мне не требовалось много, чтобы с легкостью держать свою жизнь под контролем. И вот теперь все рассыпалось, подобно хрупкому песочному замку, построенному без капли воды.
Я думал, что смогу с этим справиться, взяв на себя роль приветливого парня, уставшего от жизни в большом городе и ищущего умиротворения. Мне виделось, что Элси заприметит в моей фальшивой личности родственную душу и это поможет нам сблизиться. Но все до единой ее улыбки были вымученны, а движения скованны с того момента, как мы обменялись первыми фразами.
Все эти бессмысленные светские разговоры вообще не моя стихия, обычно я вхожу в комнату, делаю то, зачем пришел, и ухожу, не тратя слова понапрасну. За исключением судебных заседаний, но и там порой достаточно всего пары аргументов для победы. Некоторые думают, что адвокаты излишне болтливы, но я скажу, что хорошие адвокаты ведут диалоги в своей голове, выпуская на поверхность лишь краткие выводы. Светскую болтовню переоценивают.
За вечер в баре я истратил годовой запас общения, но не добился прогресса. И умный человек сбавил бы обороты, а не пялился как ненормальный весь вечер, но я просто не мог держать глаза где угодно еще, когда она была там, во плоти, цела и невредима.
Три долбаных года…
И мне отчаянно хотелось назвать ее настоящим именем, чтобы сломать весь этот хрупкий маленький мир, выстроенный вокруг несуществующей Вайолет Грей, увидеть, как эти теплые карие глаза расширяются в страхе и осознании. Это было бы так просто – разрушить ее опоры одним лишь словом. Дыхание Элси замерло, когда я заговорил про бостонский акцент, я видел, как шестеренки в ее мозгу вращаются с той же скоростью, с которой пульсировала точка на шее. Думала ли она, что ее разоблачили? Может быть, это и стало причиной ее отказа?
Чертовски проницательно, ведь Элси была какой угодно, только не глупой. Несносной и пугливой, дерзкой и кроткой, расчетливой, осторожной, вычурной в этом кричащем бледно-лиловом наряде, состоящем из обрезанной футболки и слишком обтягивающих джинсов. Но не глупой, ведь она отказалась также от фото, и я прекрасно знал почему. Линк пробил все возможные упоминания о Вайолет Грей, но у нее не было ни соцсетей, ни каких-либо других информационных зацепок, способных оставить цифровой след. Лишь поддельное удостоверение, студенческая документация, которую никто в университете Северной Каролины не
