Сердце с силой толкнулось в рёбра, потянуло за тоненькую нить, и тело отозвалось болезненным спазмом. Отсчёт пошёл.
И Элге шла, легко и грациозно поднимаясь по широченной лестнице, расходящейся надвое, скользила по натёртым до блеска полам, не слыша стука собственных каблучков, поддерживаемая твёрдой рукой мужа. Шла и запоминала дорогу, не забывая в нужные моменты улыбаться, склонять голову и элегантно приседать. Не успевала разглядывать портреты в тяжёлых помпезных золотых рамах, но отмечала расположение дверей и скульптур, украшающих собой помещения. Бальная зала располагалась на втором этаже, рядом устроили фуршетный зал и несколько комнат для отдыха, с множеством мягких удобнейших диванчиков, кресел и столиков. В одной из гардеробных Элге оставила свою накидку, поправила замысловатую пышную укладку, почти не глядя в огромное, во всю стену, зеркало, и первой вышла обратно в длинный коридор — хотелось сориентироваться, понять, в какую сторону ей предстоит бежать через каких-то десять-пятнадцать минут. Мад молча вышел следом, не выпуская жену из виду.
Улыбаясь и разглядывая скульптуры, высокие вазоны и картины, Элге воспроизводила в памяти полученный у Зоратта план этажа. Нужная ей лестница на третий этаж располагается в дальней части, справа от бальной залы, за поворотом. Она стиснула в руках маленькую удлинённую сумочку, в потайном отделении которой лежало прошение, и, преследуемая неотрывным вниманием Мадвика, шагнула к ближайшему полотну, украшающему стену.
— Вот так дворцовый парк выглядит весной. Красиво, правда? — обдал её ухо шёпот мужа.
Девушка мазнула взглядом по холсту. Фонтан, изображающий морских диковинных жителей, цветущие деревья и буйство красок на причудливой формы клумбах. Да, у Орсандов роскошный парк.
— Идём, дорогая? — Мад нерешительно улыбнулся.
Элге моргнула, окончательно возвращаясь в здесь и сейчас: Бритта и Тивис подходили к ним, со всех сторон обступали прибывающие гости, столь же ослепительные, сверкающие драгоценностями и фальшивыми улыбками. И Элге молча протянула мужу руку.
Ей могло бы здесь по-настоящему понравиться. Приёмами обычно занималась её величество, и вкус у неё, несомненно, был. Девушка заставила себя внимательно осмотреть всё, на что со знанием дела и придыханием обращала её внимание леди Бритта. Красиво, роскошно, умопомрачительно дорого — вот что такое организация и воплощение бала во дворце Орсандов. И да, Элге предстоит увидеть его величество, являющегося, по странной нелепице, её родичем. Столь далёким, что родство это она не рассматривала всерьёз. И при иных обстоятельствах, исключающих и настойчивое вмешательство Тивиса, и предательство мужа, перспектива породниться с Бастианом Лигартом и его детьми, переезд в прекрасный Сайттенский замок показалась бы ей куда привлекательнее. Однако жизнь сложилась так, что в королевский дворец Элге пришла вовсе не для знакомства с венценосным родичем, и сделает всё, чтобы её настоящая фамилия здесь не прозвучала.
Восхитившись всем, чем, по мнению свекрови, следовало восхититься, девушка проглотила вставший в горле ком. Пора: время, подаренное судьбой, не станет ждать. Пока советника Форриля и не менее популярного в этом обществе Мада не уволокли по разным углам залы многочисленные знакомые, Элге, едва следя за беседой семьи, невзначай коснулась спрятанных на одежде артефактов. Зять заверил, что на неё саму действие выпущенной на волю иллюзии не окажет влияния, но еле заметные серебристые пылинки, так и завертевшиеся вокруг девушки игривыми снежинками, быстро окутавшие стоящих рядом родителей Мадвика и его самого, едва не вырвали из горла Элге нервный возглас: заметят! Несколько ударов сердца показались вечностью; как учил Бьорд, она сделала несколько шагов назад, не сводя настороженного взгляда с лорда Тивиса. Тот, как ни в чём не бывало, продолжил переговариваться с женой и сыном. На отошедшую в сторонку девушку никто из них не обращал внимания. Она бросила осторожный взгляд по сторонам: ни один из гостей не смотрел подозрительно в их сторону.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сердце неистово билось в горле, вызывая серьёзные опасения, что этот стук услышат Форрили и догадаются, вопреки сработавшему волшебству, что задумала невестка и пока еще жена. Опомнятся, сотрут расслабленное выражение лиц, дотянутся, остановят. Элге решительно тряхнула головой: время пошло, и бросилась к выходу. Ей никто не препятствовал.
Глава 7.
Мысленно развернув план этажа, девушка повернула направо, в бесконечно длинный и высокий коридор, удивительно пустой в этой части, несмотря на всё прибывающих гостей. Где-то, после этого коридора и портретного зала, должна быть нужная ей лестница.
«Светлое Небо, помоги!»
Небо откликнулось или иные силы, — но дальше по переходу одна из высоких дверей распахнулась, выпустив женщину в золотистом парчовом платье, с распущенными, небрежно струящимися по плечам и спине кудрявыми волосами, упругие локоны, подпрыгивая при каждом шаге, доставали до талии. Стремительным шагом она шла навстречу Элге. Фрейлина её величества, вероятно? Слишком уверенная для гостьи поступь. Спросить дорогу? Не спросить? Незнакомка сделала этот выбор сама. Поравнявшись с девушкой, дама подняла на неё затуманенный взгляд, в котором плескалась боль, но пухлые губы при этом тронула непривычно доброжелательная для придворной дамы улыбка.
— Вы что — то ищете? — мягко обратилась к ней незнакомка, останавливаясь.
Да, Элге не ошиблась: женщину мучила надоедливая боль, убавив света в ярких золотисто-карих глазах.
— Здравствуйте, леди… Я ищу канцелярию, но позвольте узнать: могу я вам помочь?
Незнакомка едва сморщила нос, вслушиваясь в ответ, и Элге, торопясь, пояснила:
— Я чувствую исходящие от вас волны боли. Разрешите, я посмотрю, что это. Возможно, мне удастся облегчить ваши страдания.
— Вы владеете целительским даром? Кто вы?
— Немного, леди… Я прибыла на бал со своим мужем. Моё имя Форриль, Элге Форриль.
Мгновение девушку оценивали пристальным взглядом, и незнакомка сдалась.
— Буду вас крайне признательна. Должно быть, само Небо послало мне избавление. Сюда, пожалуйста.
Следом за кудрявой женщиной Элге нырнула в пустующую комнату отдыха, опустила сумочку с прошением на столик возле кресла и немедленно занялась случайной пациенткой. Чувствовала, что помощь не отнимет много времени. Должна успеть и снять боль, и передать бумагу канцелярскому работнику.
— У меня просто головная боль, — поделилась незнакомка, так и не определившись, продолжать ли держать лицо, или позволить себе кривить губы и еле слышно стонать. — Но иногда, вот как сегодня, приступы очень сильные.
Недомогание подобного плана Элге уже разрешалось исцелять, и сейчас она, стоя напротив сидящей страдалицы, смотрела магическим зрением в источник боли, тогда как с ладоней уже разливалась живительная магия, стремясь вылечить, принести лёгкость и освобождение от царапающих тисков.
— Вам нельзя терпеть подобные приступы. Вы живёте во дворце? Здесь ведь есть целитель, должен быть, и…
— Разумеется, есть. И прямо сейчас занят одной из фрейлин — простите за подробности, помогает её ребёнку появиться на свет.
— О, — только и пробормотала Элге, плавными, массирующими движениями стирая боль. — А помощник? Или зельевар? Кто-то, способный приготовить целебный отвар?
От девушки шёл ровный золотистый свет, незнакомка молча смотрела в район солнечного сплетения, и туман потихоньку уходил из её больших глаз.
— Я за отваром и шла, — кивнула женщина, и на лице явственно проступило облегчение. — Вы чудесный целитель, дорогая. Так быстро и так мягко!
Элге радостно улыбнулась. Женщина грациозно встала, медленно покрутила головой, на лице проступило блаженство.
— Как же хорошо! Примите мою благодарность, леди Форриль.
Девушка покосилась на часы в углу.
— Очень рада, что вам лучше, леди..? — и добавила, когда незнакомка снова не стала называть себя. — Приступы больше не будут беспокоить вас, никогда. А сейчас мне пора идти. У меня очень мало времени.
