Остановившись передо мной, блондинка холодно улыбнулась, показав заостренные зубы. На черном лице блестели черные глаза. Она не могла не заметить, что Сьюзи навела на нее дробовик, но отнеслась к этому совершенно спокойно.
— И что же ты здесь делаешь, Тейлор? По-моему, в прошлый раз мы ясно дали понять, что тебе не следует омрачать это заведение своим присутствием.
— Заскочил по дороге, — спокойно ответил я. — Хотел посмотреть, как поживают остальные пять процентов населения. Мне нравится ваш новый интерьер. Очень вдохновляет. Как раз то, что надо, если хочешь на время почувствовать себя проклятым. Ну, думаю, ты и сама это знаешь.
Сьюзи громко фыркнула: ее совсем не трогали страшные мучения людей вокруг, ее вообще редко интересовали чужие дела. Я тоже не собирался изображать возмущение или сочувствие — демоница восприняла бы их как признак слабости. К тому же у меня никогда не оставалось времени на эмоциональные излишества, я не мог позволить себе чувствительность или хотя бы временную потерю самоконтроля. До сих пор я выживал на Темной Стороне лишь благодаря строгой самодисциплине, именно она помогала мне ускользать от убийц, преследовавших меня с самого детства.
Глядя на счастливых садомазохистов, поглощенных своей игрой, я испытывал только скуку. Наверное, приятно притворяться, что тебе грозит опасность, когда на самом деле никакой опасности нет. Разнообразные пытки ничуть не огорчали и не раздражали меня. Жители Темной Стороны рано приучаются быть терпимыми. Нельзя все время злиться, не то состаришься раньше времени.
— Чего тебе здесь надо, Тейлор?
Я приветливо улыбнулся демонице.
— Хочу поговорить с мистером Плотью и мистером Кровью. По делу. И чем скорее они согласятся со мной встретиться, тем скорее я закончу свои дела и мы со Сьюзи отсюда уйдем. Но если будете нас задерживать, мы сможем ненароком что-нибудь натворить. Мы и так уже потревожили ваших клиентов, а ведь они пришли за призрачной опасностью, не за настоящей.
Демоница огляделась. Некоторые представители золотой молодежи направлялись к дверям, с беспокойством посматривая на Сьюзи.
С досадливым восклицанием блондинка повернулась и зашагала к винтовой лестнице, ведущей на верхний этаж. Мы со Сьюзи двинулись за ней, стараясь держаться поближе друг к другу, пока проходили сквозь веселящуюся толпу. Кто-то ущипнул меня за зад, но ущипнуть Сьюзи никто не решился.
Краешком глаза я видел, что Лорды-демоны пробираются к нам сквозь толпу; их было немало.
Поднявшись наверх, демоница постучала кулаком в стальную дверь, отгораживающую приемную хозяев клуба от веселья внизу; при этом она поглядывала в объектив камеры слежения, установленной над дверью. Лорды-демоны уже поднимались по ступеням следом за нами, отрезав путь к отступлению. Впрочем, я и не собирался отступать, пока не получу то, что мне нужно.
Сьюзи глянула поверх голов топающих по лестнице демонов и скривила губы.
— Не одобряешь? — шепотом спросил я.
— Дилетанты, — бросила она. — Я отношусь к боли серьезно.
Это замечание можно было понять по-разному, но я решил не думать об этом; иногда друзья так и должны поступать. Взглянув на лестницу, я встретил взгляды дюжины демонов и одарил их своей знаменитой улыбкой «я знаю то, чего вы не знаете». Улыбка не произвела на них впечатления, но тут дверь открылась, и демоница провела нас в кабинет.
Едва по пятам за нами вошел последний Лорд-демон, как дверь захлопнулась и наступила тишина. Мы словно оказались на другой планете. У них прекрасная звукоизоляция, трудно сказать, магическая или электронная.
Весь этаж представлял собой великолепную приемную для посетителей, со всевозможными предметами роскоши и излишествами. Кресла выглядели настолько удобными, что Рип Ван Винкль наверняка никогда бы не проснулся, засни он в одном из них. Стеклянный шкаф-бар содержал все существующие в мире напитки, а несколько бутылок были явно из других миров. Старое вино, полынная водка, ликер «Тартарус». На столиках стояли блюда с разноцветными таблетками и порошками. Одна стена была полностью отведена под телевизионные экраны, показывающие разные видеоигры. На другой стене висел гобелен шестнадцатого века с изображением падения Люцифера; из-под гобелена виднелся ковер, забрызганный старой и свежей кровью. Большая часть пола была сделана из стекла, видимо бронированного, что позволяло смотреть вниз на смертных, наслаждающихся болью в зловещей тишине. А посетители бара видели только зеркало, отражающее то, что они любили больше всего на свете, — их самих.
Кто-то кашлянул, напоминая о своем присутствии, я посмотрел в ту сторону и увидел мистера Кровь и мистера Плоть, стоящих по разные стороны массивного стола из красного дерева. Мистер Кровь и мистер Плоть являлись хозяевами Лордов-демонов и «Преисподней». Ни один из них не выказал радости при моем появлении.
В отличие от членов своей банды владельцы бара носили элегантные, прекрасно сшитые костюмы; густые черные волосы компаньонов были зачесаны назад, а когда эти двое улыбались, их заостренные зубы сияли золотом. В целом они выглядели жесткими, компетентными деловыми людьми. Яппи из ада.
Мистер Плоть был высоким, стройным, с тонкими чертами лица, его очень бледные голубые глаза напоминали лед, но улыбка была еще холоднее. Мистер Кровь отличался ярко-розовыми, как у альбиноса, глазами и массивным, широким, красноносым лицом. Оба Лорда держались высокомерно, они привыкли повелевать.
Позади нас столпилась вся банда, я насчитал шестнадцать демонов и столько же демониц: они лениво прохаживались с наглым видом и пытались казаться ужасно грозными. Я решил не обращать на них никакого внимания, потому что именно это огорчало их больше всего.
Сьюзи по-прежнему держала в руках дробовик, целясь между мистером Кровью и мистером Плотью, но те не выказывали ни малейшего беспокойства по этому поводу.
— Как мило, что вы зашли, — начал мистер Плоть приятным голосом, в котором слышалась едва уловимая угроза. — Ваше присутствие уже начало раздражать наших дорогих клиентов. А этого мы допустить не можем.
— Конечно не можем, — вмешался мистер Кровь задушевным голосом, с напускной веселостью. — Могу я предложить вам «Моэт и Шандон»? Мы только что открыли бутылочку. Или икры? Или еще чего-нибудь?
Он приглашающе взмахнул толстой рукой, гобелен сам собой отошел в сторону, и мы увидели висящую на цепях в углу мертвую молодую женщину. Ей было около двадцати лет, она была полностью обнажена, и, судя по зияющей дыре в ее боку, кто-то пожрал ее внутренности. Из бледно-красной плоти торчали куски ребер, на которых виднелись следы зубов. Волосы покойной были чернее ночи, кожа белее снега, губы и соски тоже были абсолютно белыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
