— Это безумие! — Я пытался говорить спокойно, хотя в моей груди вскипало бешенство. — Разве они не знают, насколько могуществен Нечестивый Грааль?
— Возможно, не знают. Может, они слишком самонадеянны. Однако мне был отдан приказ, и ни один из моих людей не будет принимать участие в грядущих событиях. Но ты ведь не мой человек, Тейлор. Во всяком случае, официально. Значит, на тебя запреты не распространяются. Верно?
Я медленно кивнул:
— Верно. Значит, я снова буду делать за тебя грязную работу? Разгребать то, что тебе запрещено трогать?
— У тебя это очень хорошо получается, — заявил Уокер. — Я верю в тебя. А если не справишься, я буду ни при чем.
Он посмотрел на Сьюзи, которая продолжала целиться в него, и элегантно приподнял бровь.
— Дорогая Сьюзи, ты все такая же кровожадная. Неужели веришь, что твои ружья защитят тебя от ангелов?
— Есть еще и Говорящий пистолет, — заметил я, и Уокер пристально посмотрел на меня.
— Глубина и широта твоих познаний не перестает меня удивлять, Тейлор. Но хочу сразу предупредить: некоторые лекарства хуже самой болезни.
Теперь Сьюзи пристально взглянула на него.
— Вы что-то знаете о Говорящем пистолете?
Уокер ухмыльнулся:
— Конечно знаю, дорогая. Это моя работа, знать про подобные вещи. Я знаю про любое оружие, способное разрушить или уничтожить Темную Сторону. А что касается Говорящего пистолета, только полностью безответственные или введенные в заблуждение люди могут захотеть им воспользоваться.
— Не знаешь, где его можно найти? — спросил я. — Я слышал, один когда-то был у Коллекционера.
— И он не смог его удержать, что само по себе говорит о многом. Если бы я даже знал, где можно найти такой пистолет, я бы тебе не сказал. Ради твоего же блага и ради блага других людей. Лучше поверь мне на слово, Тейлор. У тебя и так полно проблем.
— А как власти относятся к ангелам? — спросил я, притворяясь, будто на обсуждении Говорящего пистолета поставлена точка.
Я не обманул Уокера, но тот не стал развивать эту тему.
— Их позиция состоит в том, чтобы не иметь никакой позиции. Мы стоим в стороне и будем стоять, пока не закончится бойня и массовые разрушения. Пока не победит та или иная сторона. И тогда мы вернемся, чтобы восстановить разрушенное.
— Пострадают люди, хорошие люди.
— Это Темная Сторона, — возразил Уокер. — Хорошие люди сюда не попадают. — Он улыбнулся Сьюзи. — Приятно снова видеть тебя за работой, дорогая. Ты же знаешь, как я за тебя переживаю.
— Рада слышать, — ответила Сьюзи. Дробовик, наведенный на Уокера, не шелохнулся ни разу за все время нашего разговора.
— Неужели тебя совсем не волнует грядущая резня?
Уокер услышал в моем голосе гнев и снова повернулся ко мне.
— Если ангелы начнут войну, Темная Сторона превратится в руины, в огромное кладбище, — продолжал я. — И что тогда будет с вашим пресловутым статус-кво?
Уокер грустно посмотрел на меня.
— Темная Сторона выживет, сколько бы людей здесь ни погибло. Основные игроки останутся, останутся и самые крупные компании. Они под защитой. Все остальное не имеет значения для общей картины. Сказать по правде, Тейлор, мне все равно, сколько народу погибнет. Потому что Темная Сторона для меня — всего лишь место службы. Будь на то моя воля, я бы стер с лица земли весь этот балаган и начал все с начала. Но я подчиняюсь приказам.
— А Нечестивый Грааль?
Уокер поморщился и пожал плечами.
— Я бы не стал о нем беспокоиться. Скорее всего, это очередной религиозный трюк, очередная поддельная реликвия, сделанная для того, чтобы за нее дрались идиоты. Здесь перебывало больше копий Грааля, чем подделок Мальтийского сокола. Но если Нечестивый Грааль окажется настоящим… Насколько я знаю его историю, он никому еще не принес счастья или власти. Так пускай ангелы заберут его Наверх или Вниз. Нам без него будет только лучше. Нечестивый Грааль всего лишь мишура, видимость, пустая мечта, как и все остальное на Темной Стороне.
— А если он все же настоящий? — спросила Сьюзи.
— Тем лучше, ведь вы с Тейлором наняты именно для того, чтобы его разыскать, верно? Так вперед, развлекайтесь! Постарайтесь только не разгромить ничего особо важного. Но если вам в конце концов удастся заполучить Нечестивый Грааль, не делайте глупостей, не пытайтесь им воспользоваться. Мне и так слишком часто приходится по делам службы посещать похороны. Самое главное для вас в этом темном деле — решить, которая из сторон ведет честную игру, кому именно вы передадите свою добычу. Видите ли, я уже знаю, кто ваш клиент. А вам только кажется, будто вы это знаете.
Я начал было что-то говорить, но Уокер уже повернулся и неспешно зашагал прочь. Как всегда, он шел выпрямившись, с высоко поднятой головой. Он сказал все, что хотел сказать; как и собирался, внес смятение в наши души, и больше из него ничего невозможно было вытянуть.
Я молча покачал головой. Никто не умел так ловко путать карты, как Уокер.
Сьюзи держала его на мушке, пока он не скрылся за углом, и тогда, одним ловким движением убрав дробовик в чехол, повернулась ко мне.
— О чем это он говорил, Тейлор? Кто наш клиент?
— Предполагается, что Ватикан, — буркнул я. — В лице переодетого священника по имени Джуд.
— Его назвали в честь святого Иуды?
— Вероятно. Теперь я вспомнил, что не проверил как следует его рекомендации. Обычно я так не прокалываюсь, но в этом человеке есть нечто внушающее доверие. Правда, на Темной Стороне подобное свойство должно настораживать в первую очередь. Если нам удастся заполучить Нечестивый Грааль, нужно будет задать ему несколько нелицеприятных вопросов, прежде чем передать потир. Пошли, Сьюзи. Нам нужно попасть в штаб-квартиру Четвертого рейха, пока нас кто-нибудь не опередил.
Старый конференц-зал, последняя надежда Четвертого рейха, располагался в конце тихой боковой улочки в обширном жилом районе. В подобных местах люди обычно предпочитают проводить время дома, не лезут в чужие дела и смотрят на мир через щелочку в задернутых занавесках.
Улица была пустынной, ночь — необычно тихой. Наши со Сьюзи шаги гулко отдавались в тишине; никто не пытался нас остановить, хотя мы уже приближались к цели, и это невольно удивляло. Мы остановились у главного входа и увидели, что дверь слегка приоткрыта.
Сьюзи снова вытащила дробовик, гневно глядя на дверь.
— В чем дело, Сьюз? — слегка озадаченно спросил я.
— Не называй меня так! Слишком тихо. У этих ненормальных обычно всегда грохочет музыка — их дурацкие марши. Тогда они выпячивают грудь колесом, маршируют взад-вперед и кричат друг другу «Хайль!». Так они всегда проводят время… Но сейчас музыки нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
