Видя, что гигант смягчился, Молли снова проворно взобралась к нему на колени.
— Так что ж, ты и впрямь не хочешь меня сегодня ночью?
— На черта ты мне.
Зная, что ее дружок чувствовал себя неспокойно последние недели, отчего сделался еще более угрюмым, Молли попыталась приободрить его.
— Что, небось все об этом думаешь? Вы с ним больше тайно-то не встречались? — прошептала она.
Изумленный неожиданными вопросами Молли, гигант пристально посмотрел на нее из-под полуопущенных век:
— Ты что это имеешь в виду, а?
Не понимая того, что она вступила на опасный путь, Молли продолжала:
— Ну, я про того матроса Грига, со шхуны, на которой плавает та девица… Я же видела, как вы с ним потихоньку в уголке шептались…
Тут гигант со страшной силой сжал Молли своими ручищами и встряхнул ее так, что у несчастной служанки чуть голова не слетела с плеч. При этом он злобно прошипел:
— Если ты не забудешь сейчас же того, что мне тут наболтала, тебе не поздоровится, ясно? Слушай и запоминай: ты никогда не видела меня с этим Григом, понятно?
— Д-да… — еле выдохнула Молли, и великан отпустил ее. — Я никому и ничего не скажу…
— Ну вот и хорошо, — угрожающе проговорил он. — Но если кому-нибудь брякнешь, подохнешь тут же, где-нибудь в темном углу…
Ни сказав ей больше ни слова, гигант поднялся и пошел прочь, грубо расталкивая на своем пути всех тех, кто попадался ему под руку. Никто не посмел остановить его. Возле двери он обернулся и, бросив предостерегающий взгляд на перепуганную Молли, быстро вышел в темную ночь Тортуги.
Глава 6
Подавленный, Эрик Кросс сомневался, что одержал победу в бурной ссоре с Кэтлин. Сев в баркас, он направился к «Сейведжу», но мысли о разговоре с темноволосой злючкой преследовали его. Очевидно, его слова оживили в ней неприятные воспоминания, однако Эрик не помнил, какие именно. Разозлившись, он пригрозил ей килеванием — наказанием, страшным не только тем, что оно причиняло непереносимую боль жертве. Связав преступника, достаточно один раз протащить его под корпусом корабля, чтобы рубцы и раны остались на теле и лице до конца жизни. Сам Эрик еще никогда и никого не наказывал столь жестоким образом, однако несколько раз видел ужасные результаты килевания. Такому наказанию подвергались матросы, совершившие неслыханное преступление. Почему же, услышав о килевании, Кэтлин так побледнела?
Наблюдая, как дружно работают веслами матросы, Эрик вдруг услышал оглушительный взрыв. Быстро обернувшись, он увидел разлетающиеся по всей бухте обломки. На уровне ватерлинии «Хейзера» зияла огромная дыра, а корма была охвачена языками пламени.
Приказав матросам изменить курс, Эрик вперил взор в поврежденный корабль, который быстро погружался в воду. Капитан пытался найти глазами Кэтлин, но не сразу разглядел ее на окутанном дымом капитанском мостике. Эрик всей душой надеялся, что у девушки хватит здравого смысла приказать своим матросам покинуть корабль. Для любого капитана это дело нелегкое, а особенно для такой гордой женщины. Он с облегчением увидел, что матросы «Хейзера» бросились к поручням и начали прыгать в воду. На борту «Хейзера» не осталось спасательных шлюпок, поскольку раньше часть команды отправилась в них на берег. Сейчас матросы Кэтлин старались отплыть подальше от погружающегося на дно корабля.
Баркас почти подошел к «Хейзеру», когда на горящей палубе появились Кэтлин и Рено. Андре, видимо, подчинившись приказу Кэтлин, прыгнул в воду первым. Девушка огляделась и, убедившись, что на палубе больше никого нет, быстро приблизилась к лееру… Но в этот момент тонущую шхуну потряс второй взрыв. На Кэтлин рухнула часть такелажа.
— Гребите прямо к борту! — приказал Эрик, и его матросы заработали веслами еще быстрее. Вскоре Кросс поднялся на борт «Хейзера», приказав матросам поскорее отплыть в безопасное место.
Его охватил страшный жар: пламя, бушевавшее на борту, разгоралось все сильнее с каждой минутой. Эрик с трудом пробирался через канаты и обломки такелажа к неподвижно лежащей Кэтлин. Хотя она не подавала признаков жизни, Эрик отказывался верить в худшее.
Наконец он склонился над девушкой и нащупал пульс на запястье.
— Андре? — Кэтлин чуть приоткрыла глаза.
— С Андре все в порядке, он в безопасности, — ответил Эрик, пытаясь определить, серьезны ли ее раны. — Что у тебя болит?
— Что у меня только не болит! Я чувствую себя так, будто меня избили до полусмерти! — Попытавшись сесть, Кэтлин обнаружила, что ноги ее придавлены обломком мачты.
— Если ты сейчас не выберешься, это может стоить тебе жизни. Корабль уходит на дно, а огонь приближается к нам еще быстрее!
В это время порыв ветра окутал их густым клубом дыма, и Кэтлин едва не задохнулась. Только тут она оценила всю опасность ситуации. Эрик, обхватив мачтовую рею, одним махом поднял ее, дожидаясь, чтобы Кэтлин отползла в сторону. Превозмогав боль, девушка схватилась за поручни и хотела подняться, но онемевшие ноги не держали ее. Кросс протянул к Кэтлин руки, наклонившись, чтобы поднять ее, но внезапно отдернул их.
— Простите, капитан, позволите ли вы мне прикоснуться к вам? Только, пожалуйста, решайте быстрее, иначе мы оба погибнем…
— Да, — ответила девушка, и Эрик, тут же подхватив ее, бросил в воду.
Матросы ждали своего капитана на безопасном расстоянии от тонущего «Хейзера». Еще две лодки с «Кастанеды» приблизились к месту катастрофы, чтобы подобрать всех, спасшихся с «Хейзера». Венц, руководивший спасательной операцией, видел, какая опасность грозит Кэтлин и Эрику, поэтому велел направить лодку прямо к ним.
Эрик сразу заметил, что Кэтлин задыхается и с трудом держится на воде. Быстро подплыв к девушке, Эрик притянул ее к себе, обхватил рукой и поплыл в сторону от «Хейзера». Наконец он оказался у самого борта баркаса Венца. Матросы подняли Кэтлин и опустили в лодку. Эрик подтянулся и перевалился туда же.
С носа баркаса Эрик видел, что Кэтлин, завернутая в шерстяное одеяло, смотрит на гибнущий корабль, который был для нее настоящим домом. Все, что оставалось там, уходило сейчас на дно. Эрику хотелось обнять ее, прижать к себе, успокоить, но он знал, что гордость не позволит Кэтлин искать утешения в его объятиях. За спиной Эрика раздался грохот, и он быстро обернулся. Им повезло — они находились уже на безопасном расстоянии от корабля. Вода вокруг «Хейзера» пенилась, и судно затягивало в огромную воронку. Матросы с трех лодок печально наблюдали за этим мрачным зрелищем, благодаря Бога за то, что остались живы.
Оглушенная случившимся, Кэтлин пыталась понять, что стало причиной внезапной гибели ее корабля. Охваченная неимоверной усталостью, она ощущала страшную душевную пустоту. События последней недели захлестнули ее, как огромная и безжалостная волна, и Кэтлин боялась, что у нее не хватит сил вынырнуть на поверхность.
