Лифт снова доставил людей. Женщина наблюдала за отражениями на стане. Первой из кабинки вышла девушка в короткой юбке, ее расплывчатый контур поплыл по глади мрамора к выходу из здания. «Вначале появляется ее грудь, а потом она, — повезло», — подумала женщина, пару секунд критически оглядывая отражение собственной фигуры. Затем она заметила, как вперевалку из лифта вышел грузный мужчина, а следом за ним парочка болтающих между собой женщин и еще мужчина. Его не было. Но вдруг из кабинки шагнул парень. Она на миг обрадовалась, но тот, кого она ждала, был выше ростом и шире в плечах. Когда она почти отчаялась, он появился в фойе.
Она задержала дыхание, опасаясь, что он ее заметит. Но молодой человек устремился к выходу из высотки. Тогда женщина развернулась и пошла следом, поправляя время от времени сползающую с плеча сумочку и растрепавшиеся светлые локоны волос. «Когда будет подходящий момент, когда будет момент…» — повторяла она про себя, спускаясь за ним в метро.
Самым трудным было сесть в один с ним вагон и выйти там же, где он. При этом нужно остаться незамеченной. Ей удалось. Она затерялась в толпе, зайдя через другую дверь и встав у окна. Когда же он вышел на платформу, она пошла следом, держась на некотором отдалении. Пару раз молодой человек оборачивался. Лицо его было серьезным, даже обеспокоенным. Но ее он не заметил.
«Тут можно отстать», — выходя к Кремлю, решила она. Его было хорошо видно. Он шел к Мавзолею.
Подождав несколько минут, переборов нерешительность, она подошла к нему. Он в этот момент разглядывал что-то под ногами.
— Привет, Толик, — поздоровалась женщина.
Он обернулся, склонил голову к правому плечу, улыбнулся и ответил:
— Привет, Полина.
— Гуляешь? — спросила она, засунув одну руку в карман брюк, а другой поправляя сбившиеся локоны.
— Вспоминаю, как впервые ступил на эти камни, — расцвел он, расправив руки, словно желая обнять все вокруг. «И меня», — подумала женщина. Она вторую руку тоже засунула в карман, чтобы не выдать дрожью пальцев свое волнение.
— А ты как здесь оказалась? — округлив глаза, спросил дизайнер.
— Решила вспомнить детство. Я класса с одиннадцатого здесь не была, — улыбнулась женщина, вспомнив выпускной.
— Почему? — еще больше удивился он. — Ведь все рядом!
Его рука обвела вид, открывавшийся с места, на котором они стояли.
— Бери столицу! — сказал он.
Полина перехватила в воздухе его ладонь, ответив:
— Для меня это просто дом.
Они пошли, держась за руки. Навстречу им попалось четверо туристов, неустанно фотографирующихся. «Японцы», — решила она, а вслух предложила:
— Давай обойдем вокруг.
— Давай, — согласился Толик, улыбнувшись еще шире.
— Ты рад? — ощущая, как он большим пальцем поглаживает ее ладонь, спросила женщина.
— Тому, что встретил тебя? Очень!
— Спасибо, — посмотрев в сторону, боясь встретиться с ним взглядом, промолвила она.
— Это тебе спасибо. У меня в Москве почти никого, только Генка…
— Кто это?
— Это мой друг, мы вместе приехали из Оренбурга покорять столицу. Лимита, — хмыкнул он, пнув камешек, лежавший на пути.
— Я не считаю, что приезжие портят город, — поправив сумочку свободной рукой, сказала Полина. — Наоборот, они видят здесь массу возможностей для реализации своих идей. А для большинства коренных москвичей…
— Это просто дом, — перебил ее Толя и вжал голову в плечи. Потом он добавил: — Извини, что прервал.
— Ты прочитал мои мысли, — улыбнулась она, встретившись с ним взглядом.
Он сжал ее руку сильнее, что-то сказал, но она не расслышала из-за того, что водитель проезжавшей мимо машины нажал на клаксон, спугнув стаю ворон, сидевших неподалеку на асфальте.
— Куда торопятся? — произнес парень.
— А что ты до этого говорил? — следя взглядом за черными точками птиц, улетающих ввысь, спросила она.
— Сказал, что у тебя красивые глаза…
Потом, обойдя Кремль, он предложил поехать поужинать в кафе на Арбат. Она согласилась. Ее внутренний голос, до этого поучавший: «Зачем он тебе? Сама ты не должна навязываться. Ты не девочка!» — наконец-то замолк, и Полина наслаждалась этим сказочным вечером в обществе интересного собеседника. Получила она удовольствие и потом, когда Толя перешагнул порог ее квартиры, оставшейся от деда, героя Великой Отечественной войны.
— Мы уже взрослые, — прошептал он, привлекая ее для поцелуя.
— Мне тридцать два, — выдохнула она, роняя сумочку.
— Молчи…
Утром они проснулись от писка будильника. Застилать кровать было некогда. Они выпили растворимый кофе, проглотили по конфетке и вместе поехали на работу.
— Мне давно не было так хорошо, — прошептала она, прижимаясь щекой к его плечу в вагоне метро.
Вместо ответа он убрал с ее лба светлую прядь и нежно поцеловал.
У здания, в котором находились их офисы, они расстались, договорившись встретиться на обеде в фойе. В пол-одиннадцатого Полина вывела счета, счета-фактуры, закончила заполнять документы по заработной плате. Необходимо было все подписать у главного бухгалтера, потом у директора. Она достала из ящика компьютерного стола зеркальце, поправила макияж. Отметила, что глаза красные, а значит, нужно спуститься в фойе, взять в аптеке капли.
— Я к начальству, — предупредила она коллег и вышла из бухгалтерии.
На двери кабинета главного бухгалтера была приклеена записка: «Буду через пять минут». Это время Полина решила потратить на то, чтобы сходить за лекарством и привести себя в порядок. Она пошла к лифту, нажала клавишу. Из-за створок доносились какие-то звуки, словно кто-то производил монтажные работы в подъемной шахте. Наконец-то раздалось шуршание, означавшее, что кабинка двигается. Лифт остановился на ее этаже, дверцы раскрылись.
Полина увидела лежащего на спине человека. Она испугалась, но самообладания не потеряла. Шагнула в кабинку и узнала его.
— Толя? — все еще не веря своим глазам, позвала она.
Тут заметила следы крови на полу, на стенах лифта и повторила, присаживаясь на корточки:
— Толя?!
Позади нее появился мужчина, задержалась пробегавшая мимо девушка.
— Толяяя! — закричала Полина, взяв его за руку. Он пошевелился, голова качнулась, веки дрогнули.
— Отойдите! — наклоняясь к ней, отстраняя от распластанного парня, велел мужчина, в котором она узнала заместителя директора.
— Вы его знаете? — потянув за руки парня, спросил мужчина.
— Он работает несколькими этажами выше, дизайнером в рекламном агентстве, — дотрагиваясь до его лба кончиками пальцев, ответила Полина.
— Как его зовут? — спросил только что подошедший главный бухгалтер, положив руки на плечи женщины.
— Толик, — ответила она, вставая.
— Лучше не мешайте нам, — попросил заместитель директора.
— Там везде кровь, — прошептала она.
— У него нет ран, это не его кровь, — успокоил мужчина, перекидывая руку Толика через плечо, выпрямляя колени.
— Я помогу, — поспешил главный бухгалтер, отстранив Полину к стене. Она встала напротив лифта. Туда же подошла девушка из расчетного отдела, стриженная под каре.
— Вызвать «скорую»? — спросила она.
— Да! — рявкнул заместитель. — И принесите аптечку из приемной!
— Сейчас, — убегая, бросила та.
— Охрана звонила, предупреждала, что какой-то полоумный забежал в лифт и поехал вверх, — волоча Толика ногами по полу, пояснял заместитель директора.
— Вы сюда и подошли? — затряс вторым подбородком главный бухгалтер.
— Он не полоумный, — подходя к ним, не сдерживая слез, сказала Полина.
К тому времени в коридоре собралась половина сотрудников, с интересом следивших за происходящим. Кое-кто с усмешкой глядел на женщину, пытающуюся дотронуться до молодого человека.
— Отойдите, Полина Борисовна, — осадил ее заместитель.
Толика положили на ковер. Он дышал легко. На лице, под глазами, проступили синяки.
— Кто он вам?
Она прислонилась спиной к стене, закусила губу и, всхлипнув, ответила:
— Брат троюродный, в Москву приехал.
— Все будет с ним хорошо, не волнуйтесь так.
2
— Кровь закапала там весь коридор, еще на стенах засохшие кровавые отпечатки рук. Думаю, кровь размазал тот чокнутый, которого охрана проворонила. Я когда поднялась, то там уже тьма народу, все суетятся, а он воет, жутко так. Слышу, люди переговариваются, мол, охране пришлось ему ногу прострелить. Жуть. Как можно было такое допустить? Полный город ментов, все под наблюдением, а сумасшедший, находящийся в розыске, спокойно людей избивает…
— А он в розыске был? — прервала девушку пожилая коллега.
— Да каждый день в вечернем выпуске показывали. Из лечебницы сбежал.
— Аааа! — вставая, потеряв всякий интерес к рассказу, воскликнула еще одна женщина. — Я видела. Так он раньше в их же агентстве работал. Я с ним в лифте сталкивалась, и когда по телику увидела его рожу, то сразу вспомнила, как он мне уши лечил своими историями о том, как рекламу снимают.
