— Конечно.
Глава 137
— Приехали! — Оклика Муада, пожалуй, и не требовалось.
Того факта, что фургон затормозил впервые с самого утра, не заметить было сложно. Благодаря черепашьей скорости повозки не нужно было останавливаться даже ради отправления естественных нужд, и куцая лошадка прекращала свой неспешный променад лишь на привале. И с учетом того, что до заката было еще очень далеко, в этот раз остановка не могла быть обычной.
Спустя неделю неспешного путешествия мы добрались до конечной точки маршрута. Ну, по крайней мере висящие тут и там флаги с изображением Змея, а также снующие туда-сюда люди в одинаковой темно-зеленой форме на это достаточно прозрачно намекали.
Муад уже успел мне растрепать, что в своем фургоне он вез почти сотню ящиков с запечатанными колбами как-то по-особенному очищенной воды. Довольно странный груз, сказать нечего, но, с другой стороны, доставка его именно таким способом оказывалась вполне оправданной. Неспешно, чтобы не дай бог не разбить ценных стекляшек, к тому же все равно эти колбы — запас на несколько месяцев вперед и день-два опоздания погоды не сделают. Поэтому же фургон никто и не думал охранять. С учетом бесполезности груза для потенциальных грабителей и символа Змея на стенке вряд ли нашлись бы идиоты, позарившиеся на повозку Муада.
Сам старик уже соскочил с козел и взялся разминать затекшие мышцы. Несмотря на свой возраст, наемник Братства был тем еще живчиком. Я вылез вслед за ним, все равно в фургоне ничего особо интересного не было. А вот на базу последователей Змея посмотреть было интересно.
И, надо сказать, штаб Братства меня не разочаровал. Огромное каменное здание в семь этажей, тянущееся в стороны на добрых две сотни метров, по стенам которого вились ниточки плюща, выглядело очень внушительно. Конечно, до ратуши того же Нэйтулисомаля ему было далеко, но и цели у этого места были другие. Насколько я понял из объяснений Муада, это был своеобразный медицинский центр. Огромная больница, куда мог прийти любой желающий и получить консультацию и первую помощь совершенно бесплатно. Конечно, кое за что тут брали деньги, причем иногда совсем немаленькие, иначе Братству было просто не выжить. Но это были исключительно некие дополнительные услуги, типа омоложения с помощью энергии жизни или каких-то косметических операций. Последователи Змея казались все лучше и лучше, прямо идеальные альтруисты. И от того мне только больше казалось, что на деле все куда сложнее.
Впрочем, это дело не мое, по крайней мере не сейчас.
— Муад! — к нашему фургону быстрым шагом двигался невысокий мужичок средних лет с толстой кипой бумаг в руках.
— Римма, здравствуй! — Они обнялись, после чего старик показал рукой на меня. — Позволь тебе представить, это Веск. Он безропотно терпел мое старческое бормотание, так что он определенно хороший человек. Веск, — повернувшись ко мне, он представил мужичка. — Это Римма, мой старый друг. Он работает на Братство и, если у тебя еще есть мысли о вступлении, можешь обсудить это именно с ним.
— О, Вы хотите вступить в Братство? — На желтоватом лице расцвела еще более широкая улыбка. — Это же отлично! Всегда рады новой крови.
— Я пока не уверен… — уверен, просто ломаюсь, чтобы выглядело естественно. — Но рассказы Муада об этой организации были и правда очень соблазнительны. Правда есть проблема, я ни капли не понимаю в медицине. — Мои знания ограничивались лишь перестройкой собственного тела и изучением анатомии на внутренностях убитых. Для успешной карьеры врача этого явно было маловато.
— О, ничего страшного! Вопреки всеобщему мнению, для вступления совершенно необязательно разбираться в медицине. — Рассмеялся Римма. — Я вот тоже ни разу не лекарь, а конторский служащий. Но Братство достаточно велико, чтобы тут нашлось занятие для всех. Давайте сделаем вот так: я сейчас закончу с фургоном Муада и еще парочкой дел, а после проведу для тебя небольшую экскурсию. Могу же я обращаться на «ты»?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, конечно. Но не думаю, что это необходимо, мне бы подошла та же работа, что у Муада. — По моему плану, сформировавшемуся, пока я прохлаждался, лежа в фургоне, мне нужен был способ без лишнего привлечения внимания преодолеть несколько тысяч километров на запад, и роль извозчика Братства для этого подходила как нельзя лучше.
— Правда? — Римма явно был разочарован. — Ну, дело твое, настаивать я ни на чем не буду… но давай я все-таки покажу, как мы тут живем, может тебе понравится. К тому же все равно все формальные процедуры придется отложить на завтра и тебе нужно будет переночевать. — Похоже, за привлечение работника непосредственно в больницу мужчина получал какие-то бонусы, иначе его настойчивость была непонятна. Однако, с другой стороны, он тоже был прав. Поесть и поспать — что может быть лучше?
— Хорошо, я согласен.
— Вот и отлично! — Римма расплылся в довольной улыбке. — Тогда вы оба пока можете отдохнуть, вот, — он достал из пачки две небольших бумажки, словно оторванных от общего куска. Глаза старика тут же округлились, словно бумажки состояли из чистого золота. — талончики в столовую, — пояснил для меня Римма. — Муад подтвердит, готовят наши повара просто великолепно.
— Вкуснее ты ничего в жизни не пробовал, точно говорю, — закивал старик, выхватывая из руки друга талоны.
— Вот-вот. Поешь, переведи дыхание, осмотрись, а часа через два возвращайся сюда, начнем нашу экскурсию. Только вот ни с кем больше на эту тему не разговаривай, а то меня еще премии за привлечение новичка лишат! — Ну точно, я был прав. Посмеявшись собственной шутке, Римма попрощался с нами и, дождавшись появления парочки грузчиков, занялся инвентаризацией содержимого фургона.
— Пойдем, — положил мне руку на плечо Муад. — Я тебе обещаю, ты будешь в восторге.
Еда и правда была отличной. Даже больше, великолепной. Если тут и больных таким кормят, я понимаю, почему это место пользуется такой популярностью. А в этом я тоже уже успел убедиться.
Муад, похоже, решил начать экскурсию еще до своего друга, так что повел меня в столовую каким-то окольным путем через общую часть больницы. Уверен на сто процентов, что работникам с заднего двора можно пройти в столовую для работников, не пересекаясь с пациентами, но особо возмущаться я не стал. Это и правда было занимательное зрелище.
Занимательное потому, что я в принципе никогда не сталкивался с болезнью в таком виде. Понятно, что после сражений многим моим противникам мог понадобиться если не гробовщик, то по крайней мере очень хороший доктор, но это было другое. Травмы, не важно какой степени тяжести, кардинально отличались от обычных болезней. Конечно, обычным людям это было очевидно, но я всерьез задумался о подобном только теперь. И понял, что по сравнению с болезнями, травмы были дико скучны. Ну оторвало руку, ну распороло живот, ну пробило голову. Кровь, крики, много крови и много криков, а потом либо смерть, либо довольно однообразно выглядящие со стороны операции.
А зрелище десятков людей, кашляющих, чихающих, стонущих на все лады, было очень интересным. Я понимал, чего хотел добиться Муад. Показать, какое Братство хорошее, что помогает всем нуждающимся, лечит их, выхаживает и все такое прочее. Но для меня это было больше похоже на зверинец, куда я пришел, чтобы поглазеть на животных. Вон тот без носа, у того красное пятно в пол лица, а у этой так забавно тряслись руки, что я едва удержался от смеха. Забавно, что и говорить. К счастью, мой провожатый так и не заметил то и дело наползавшей на мое лицо усмешки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Впрочем, может и заметил. За обедом он был как-то непривычно молчалив, а после, когда мне уже пришло время идти встречаться с Риммой, не предложил проводить. Ну, не скажу, чтобы я так уж переживал из-за столь скорого завершения нашего знакомства. Муад, конечно, был неплохим человеком, но своей болтовней под конец нашего путешествия и правда успел меня довольно сильно достать. А это при том, что я был закален на общении с Жюстиной.
