— Ну, как тебе наша кухня? — Римма, все такой же улыбчивый, как и два часа назад, но уже без кипы бумаги в руках, ждал меня ровно на том месте, где стоял фургон старика. Сейчас от повозки остались только следы на земле, похоже казенное имущество куда-то отогнали.
— И правда очень вкусно, — кивнул я, для наглядности потирая живот.
— Вот и замечательно! Ну что, начнем нашу экскурсию?
— Давай.
— Тогда за мной!
В целом сама прогулка по зданию больницы оказалась довольно скучной. Во-первых, потому что я точно знал, что работать тут не буду. Во-вторых, потому что назначения некоторых помещений и штук, наверняка самых любопытных, не знал даже сам Римма, от чего смысл всей этой экскурсии полностью терялся. А в плане архитектуры больница практически идеально копировала сама себя и особо ничего рассказывать моему новому знакомому было нечего. Ну и в-третьих, информация об устройстве самого Братства была куда важнее. Так что я сосредоточился именно на ней, практически полностью пропустив мимо ушей рассказ обо всем остальном.
Итак, как и говорил Муад, последователи Змея могли быть либо клиентами Братства, либо наемниками, либо полноценными рабочими. Римма был из последних. Чего старик не сказал, так это того, что занималось Братство далеко не только лечением людей. Различные исследовательские экспедиции, огромные научные центры, целые территории, вполне подошедшие бы для небольшой страны, занятые выращиванием всего подряд, от хлеба до каких-то редких трав…
Конечно, большинство из этого в итоге использовалось именно для медицинских целей. Но теперь Братство представало уже не просто каким-то сборищем докторишек, а самой настоящей глобальной организацией. И я снаконец мог для себя уяснить, каким образом они могут держаться более-менее на равных с таким монстром, как святой престол.
И становилось уже совершенно очевидно, что для работы в Братстве вовсе не обязательно было иметь знания в области медицины. Может регулярной армии или своего аналога ордена паладинов у Змея и не было, но обладающие силой люди требовались везде. И нанимать каждый раз кого-то со стороны было явно куда менее выгодно, чем иметь соответствующего человека в непосредственном подчинении.
Когда экскурсия подошла к концу, Римма с надеждой повернул ко мне голову.
— Так вот мы и живем. Ну что, что скажешь? Не надумал работать здесь? У нас для всех места найдутся. Кем ты работал раньше?
Называть себя клерком теперь было бессмысленно и даже глупо. В конце концов, в отличие от старосты Ролада, Римма сам был конторским служащим и от него скрыть свое незнание уже не получилось бы. Однако поступать так я и не собирался.
— Нет, не передумал. Не думаю, что это мое. — Мой провожатый тяжело вздохнул. Премия утекла у него прямо сквозь пальцы. — Остановлюсь на работе извозчика и посмотрим, что будет дальше.
— Ну, принуждать я тебя ни к чему не буду. Решил, значит решил. Но обещай сегодня еще подумать над моим предложением, — неужели такая большая премия? — И в любом случае нужно будет еще пройти небольшое собеседование.
Эх, опять перед кем-то придется стелиться… изображать из себя обходительного и вежливого парня мне уже откровенно надоело. Жду не дождусь, когда от меня уже отстанут.
— Хорошо.
— Ну и славно. Хочешь еще что-то посмотреть?
— Если честно, я хотел бы поспать. — Новой порции нудных объяснений я не выдержу, уж увольте.
— О, конечно! — Римма закивал. — Пойдем, я покажу, где ты сможешь отдохнуть.
После очередного блуждания по коридорам мы добрались до жилой части этой больницы. За несколько минут мой провожатый организовал для меня комплект постельного белья, неожиданно чистого и свежего. Хотя, это же больница, чему я удивляюсь. А после передал в руки местной управительницы и распрощался. Сказал, что пойдет договариваться насчет меня с начальством.
Женщина, ответственная за поддержание порядка в жилом крыле, на первый взгляд напоминала скорее добрую бабушку. И звали ее соответствующе: Заина. Старенькая, седая, сморщенная, одетая, несмотря на лето, в несколько слоев тряпок, она казалась эдаким божьим одуванчиком, но это впечатление продержалось недолго. Отдавая мне комплект белья, она с такой силой сжала мою руку, что даже после усиления энергией жизни я почувствовал, как трещат кости. И разжала «бабушка» ладонь лишь после того, как я прослушал и повторил все местные правила типа: «Не шуметь после отбоя» или «не есть ничего в комнатах». В том, что она и сама была телесным магом, не было никаких сомнений, но от нее я не ощущал той самой ауры, что была у мальчишки-разбойника. Похоже бабуся была куда сильнее того пацана или же более умело владела своей силой. Занимательные тут люди работают.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Проводив меня в комнату, Заина последним пристальным взглядом окинула помещение и вышла, закрыв за собой дверь.
— Зверь, а не старушка, — шепотом подытожил мои мысли сосед.
Да, комнаты были рассчитаны не на одного, а сразу на четверых жильцов. Фактически, общежитие. Правда мне повезло и делить площадь пришлось только с одним человеком.
— Найс, — я пожал протянутую руку.
— Веск.
— Приятно познакомиться.
— Взаимно.
Найс был довольно колоритным персонажем: худой как щепка, лысый как бильярдный шар, хотя лысина с лихвой компенсировалась кустистой бородой огненно-рыжего цвета, а еще, судя по блеклой пленке на глазах, он был совершенно слеп. Однако ориентироваться в пространстве это ему, похоже, нисколько не мешало. Пока я обустраивался и разбирал пожитки, он продолжал заниматься своими делами. И если бы я не знал, что он незрячий, никогда бы не смог этого заподозрить по его движениям или поведению. А еще он был достаточно немногословен, чтобы тут же заслужить мою симпатию.
Идти куда-то еще не хотелось, так что я плюхнулся на кровать и уставился в потолок. Найс последовал моему примеру.
— Новенький? — Спросил он спустя пятнадцать минут молчания.
— Посмотрим.
— Та же фигня, — вздохнул он. — Кем думаешь стать?
— Грузы возить.
— Нормально, — кивнул он, — работка не пыльная, куча времени свободного. А я наняться охранником хочу. — Я повернул к Найсу голову, что он определенно почувствовал. — Да-да, не смотри на меня так, я отличный боец, хоть по мне и не скажешь.
— Ты же слепой.
Тишину комнаты прорезал плохо сдерживаемый смех.
— А ты мне нравишься! — Выдавил Найс, отсмеявшись. — Слепой, да. Но это не значит, что я не могу сражаться и даже побеждать.
— И что, меня тоже? — Усмехнулся я, уже готовый поймать рыжебородого на слове.
— Не знаю, — Найс как-то резко посерьезнел. Похоже, не просто так говорили, что слепые могли видеть куда больше, чем зрячие. — Ты какой-то странный. Ты точно простым извозчиком хочешь?
— Точно.
— Ну смотри…
* * *
— Сколько они уже так?
— Дня четыре, вроде. По крайней мере я столько помню. Может дольше.
— Отбитый.
— Согласен.
Разговор двух демонов то и дело прерывали могучие взрывы, заставляющие даже этих, выбравшихся из адского пламени монстров щуриться и закрывать глаза ладонями.
На арене, которую один из собеседников должен был охранять, уже пять с половиной дней шел всего один бой. Без остановок, без перерывов, без передышек эти двое обрушивали друг на друга удар за ударом, а вспышки адского пламени были достаточно сильны, чтобы превратить камень арены в кипящую магму. И это при том, что сделана арена была из алого обсидиана — породы, в несколько раз более устойчивой к жару, чем обычный камень.
Сражавшимся, впрочем, это нисколько не мешало. Одному из-за широких перепончатых крыльев, поддерживающих владельца в воздухе над раскаленным озером лавы, а второму… Демоны, конечно, были адскими тварями, выбравшимися из самого пекла, но даже они не были полностью защищены от влияния огня. Что уж говорить о прямом контакте с породой, раскаленной до нескольких тысяч градусов. Но погруженные по колено в лаву ноги, похоже, не доставляли ему никаких неудобств.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
