при этом громко смеясь. Но мое сопротивление быстро ломается. А потом я вообще оказываюсь прижатой грудью к столешнице. И я затихаю, потому что мы застываем в самой компрометирующей позе. Так что его член оказывается как раз между моими половинками и нас разделяет только тонкая ткань штанов. Теперь мне явно не весело, меня сразу же окутывает жар во всем теле. А Алан словно чувствует это.
— Что, Котенок, уже не смешно? — усмехается он, а потом его рука скользит по моему бедру, выше… — Оу, а мы любим Спанч Боба?
Блин, теперь я еще и краснею, потому что он увидел мои трусики. Ну да, они уже старенькие, но раньше я фанатела от этого мультика.
— Алан Рудольфович, может… может, вы перестанете?.. Я честно-честно все удалю, — с мольбой произношу я, чувствуя, как его наглая рука уже пробирается дальше.
— Оу, что я слышу, студентка София, мольбу в вашем голосе, а может, мне все же снять эти милые трусики и трахнуть тебя прямо на этой кухне? — он делает выпад вперед, словно демонстрируя, что он хочет со мной сделать. — Что вы думаете, студентка София?
Склоняется ближе, а потом я чувствую укус в шею. Стон…
Мой, его…
Не понимаю…
Не знаю, к чему бы это привело, но тут нас прерывает оглушительный звон в дверь.
Коммунальные службы или сестра?
Глава 12
Я тут же отталкиваю Алана. Хотя он и сам отпускает меня. Мужчина идет к выходу, а я привожу себя в порядок. Сейчас мы почти не пересекли черту.
Это все же коммунальные службы. Хорошо, что не сестра, потому что я даже не представляю, как бы объяснила Алине присутствие Алана в нашей квартире. Преподаватель решил помочь своей студентке, потому что ее затопило? Даже ночью?!
Ну не бред ли, Алина ни за что не поверила бы мне. И даже лучшему другу ее мужа.
Немного прихожу в себя и выхожу. Алан уже вовсю общается с коммунальщиками, за что я ему очень благодарна. Потому что я не понимаю того, о чем они спрашивают. Потом начинается спасательная операция, хотя нашу квартиру уже не спасешь. Двое мужчин бегают туда-сюда, то перекрывая воду, то опять ее включая. Все перемешивается в моей голове, так что я даже не улавливаю момент, как засыпаю, сидя в кресле в зале.
Сознание только улавливает какое-то движение, а потом мое тело куда-то несут. Хочу проснуться, но темнота такая успокаивающая, а тело слишком уставшее.
Мягкая поверхность, как же приятно!
— Мм… — хочу поблагодарить или, наоборот, сказать, чтобы меня не трогали.
— Спи, Котенок, сегодня у тебя был трудный день… — шепот Алана слишком близко от моего лица.
Наверное, это сон, потому что его рука нежно гладит меня по бедру. Нежность от Алана? Он не похож на такого мужчину.
Но долго не думаю об этом. Я быстро засыпаю, уже глубоко.
Утро встречает меня ярким солнцем. Таким, что даже задернутые шторы не помогают. Мне приходится долго щуриться, чтобы глаза привыкли к этому и я сообразила, где я. Вернее, я сообразила где, а вот что произошло вчера, надо было напрячься и вспомнить.
У меня прорвало трубу, и Алан помог мне. Резко встаю, так что голова начинает немного кружиться. Но не останавливаюсь и иду дальше.
Это был не сон: последствие вчерашнего потопа на лицо. И да, не стоит преуменьшать, нам нужен ремонт, который тут не делался уже лет десять. Но сейчас, когда нет мамы и сестры, как я буду его делать одна? Очень надеюсь, что наша соседка не придет есть мне мозг за вчерашнее происшествие. Может, она все же испугалась Алана.
Кстати, мужчины в квартире нет. Хотя зачем ему тут быть. Он вчера помог и ушел. И что-то мне кажется, это он перенес меня на кровать. Хорошо, что не раздел, и я спала в том, в чем была вчера.
Чисто случайно взгляд цепляется за время. Блин, мне же сегодня к первой паре, и ведет ее заведующий кафедрой.
— Черт! Черт! — начинаю метаться по квартире, быстро чистя зубы и приводя себя в порядок. Решаю даже пожертвовать завтраком.
Но сегодня мое невезение продолжается. В сторону университета образовалась большая пробка из-за аварии, поэтому в конце я даже вышла: пешком быстрее.
Конечно же, я опоздала даже на вторую пару. Молясь только, чтобы мне не встретился наш заведующий кафедрой.
— О тебе спрашивали, ты че не пришла на первую пару? — интересуется Кирилл, когда мы встречаемся на третьей.
— Вчера я затопила соседей, пока бегала, прошло почти полночи, даже не помню, во сколько уснула, — рассказываю я, конечно, не говоря об Алане. — В итоге забыла поставить будильник на сегодня.
— Оу, писец тебе не повезло, надо было мне позвонить, я бы хоть приехал, помог.
Хочется спросить — чем? Но сразу же прикусываю язык. Слишком это кажется язвительным, парень же просто хочет помочь.
— Спасибо, но мне помогли. Муж сестры приехал, да и она сама, — опять вру. — Но ремонт придется делать.
— Кстати, я неплох в поклейке обоев, — усмехается Кирилл. — Денег не возьму.
— И чем же мне расплачиваться? — тоже улыбаюсь.
— Натурой, — подмигивает он. — Кстати, ты делаешь рисунок для практики? Я, короче, решил вот прям заняться этим, хочу попробовать поучаствовать в форуме, если возьмут.
Хорошо, что портрет Алана остался в моей комнате. После того, как меня начало топить, я сразу же его унесла. Надеюсь, Алан не видел мой шедевр.
— Тебя же вроде это не интересовало? — выгибаю бровь. К заданию Кирилл отнесся холодно.
— Да, но я почитал все, это хорошие деньги, если выиграю, да и так есть причины…
Что еще за причины? Я не успеваю спросить. Начинается пара.
На перемене я все же натыкаюсь на завкафедрой, на пару которого я сегодня опоздала.
— София, как вы? Вам лучше? — спрашивает с мужчина, с беспокойством смотря на меня…
А я прихожу в ступор.
— Мм… да, наверное… — быстро соображаю, что же говорить дальше.
— Хорошо, что вы эту пиццу съели одна, вы знаете, сейчас вообще нельзя ничего заказывать в непонятных кафешках. Лучше здоровое питание…
— Можно спрошу, а кто вам сказал, что я отравилась? Вроде бы я этого не афишировала… — если бы я не остановила мужчину, он бы так и рассказывал мне о здоровом питании.
— Алан Рудольфович, он ведь заботится о таких перспективных студентах, — с гордостью произносит он, словно это его заслуга в том числе. — Сказал, что вы отравились пиццей, которую заказали, и всю ночь мучились с животом.
