входило.
За столами, напротив друг друга сидели пожилые женщина и мужчина. Перед женщиной стояло несколько ящиков с картонными карточками, мужчина же читал газету «Советский спорт».
- Здравствуйте! – я шагнул за порог и обвел взглядом помещение. Перед теткой с карточками, очевидно кассиром, стояли две ее ровесницы в спортивных костюмах последнего срока носки и что-то выясняли о сорте «Могучий чемпион».
- Я, так понимаю, время приема уже закончилось? – я посмотрел на женщин в спортивных костюмах, и они, пискнув «Галочка, пока!», заспешили на выход. Галочка же, случайно встретившись со мной глазами густо покраснела и стала отчаянно рыться в своих карточках.
- Вы председатель? – я повернулся к мужчине, одной рукой показывая удостоверение, второй протягивая руку для пожатия: - Уголовный розыск, старший оперуполномоченный…
Удостоверение исчезло в нагрудном кармане, а я уселся на стул, напротив, глядящего поверх газеты, мужчины.
- Я к вам по поводу участка номер… – я назвал участок, которым владел Князев.
- Так он же за…- мужчина замахал руками.
- Все правильно, дача принадлежит моему коллеге т товарищу Князеву Олегу Николаевичу, сотруднику уголовного розыска и моему товарищу. Проблема в том, что Олег на службе получил серьезное ранение ноги и сами понимаете, в ближайшее время работать на дачном участке не сможет. К тому-же, его переводят в другое место, возможно даже в столицу, ну и госнаграда будет соответствующая… -я помахал над головой пальцем: - в общем дето такое – чтобы участок не приходил в запустение, Олег предложил мне его купить. Олег сейчас в госпитале, потом сразу уедет, двигаться ему очень тяжело, поэтому мы с ним убедительно просим вас завтра прийти сюда, в правление и одним разом переоформить дачный участок с Олега на меня. Вот мой паспорт, Олега данные у вас должны быть. Заодно Олег просил узнать, есть ли за ним задолженность по членским взносам, я бы за него заплатил.
- Мы не можем ничего на вас переоформить… - мрачно сообщил мужик: - У нас пока все в стадии оформления, в районной администрации. Мы можем только в члены садового общества принять, но, и то, только в следующем году, в мае.
- Стоп, товарищ. –я замотал головой: - с администрацией все понятно, земля, туда-сюда, только начали ее оформлять, история долгая, но, какая проблема принять меня в члены общества и почему я должен ждать почти год?
- У нас в члены общества принимает правление, решение которого утверждает общее собрание. А общее собрание будет только в мае, поэтому…
- Так, дорогой товарищ, а как вы себе это представляете – Олег в мае будет майором в Москве, в министерстве, или на Петровке 38 и как вы себе представляете, что он поедет сюда, поучаствовать в вашем собрании? Вы, очевидно, плохо представляете уровень ответственности работника министерства внутренних дел. И, сразу наклевывается еще один вопрос – как у вас идет прием, оприходование и хранение денежных средств? Сигнализация на сейфе и на окнах-дверях имеете? А как траты общественных денег оформляете – всегда ли имеете кассовые чеки и каков у вас остаток наличности по кассе? Заверяли его размер в банке, где обсуживаетесь.
Судя по лицу председателя, он собирался начать со мной ругаться, но неожиданно кассир, которая сильно спала лицом, заорала, сверкая заблестевшими глазами: - Да!
- Что да? – председатель отвлекся от меня и повернулся к своей помощнице по финансовым делам.
- Матвей Петрович, зачем все усложнять? – затараторила кассир, у которой явно не был утвержден лимит по кассе: - Давайте решение через правление проведем и человеку членскую книжку выдадим, а в мае, на собрании, просто решение правления утвердим, все равно, никто возражать не будет.
- Ну, я не знаю. У вас хоть заявление Олега Николаевича есть?
- Нет конечно, он в госпитале же лежит, я с ним по телефону разговаривал. Он завтра, с утра, подойдет и лично все подпишет. Просто я вас настоятельно…- я выразительно поглядел на кассира: - Прошу – сделайте все по максимуму, чтобы заслуженный человек не стоял на костылях, а две подписи поставил и поехал обратно в госпиталь с чистой совестью. Сможем мы так сделать?
Я заговорщицки подмигнул зарумянившейся кассирше, и она подмигнула мне в ответ:
- Конечно сделаем, товарищ милиционер!
- Только тут еще одно проблемка нарисовалась… - заскрипел председатель противным голосом: - с вашим приемом в члены общества. Мне три заявления поступили, от соседей. Жалуются. Что на данном участке поселились два человека. Целыми днями пьют и матом ругаются, или музыку во всю громкость слушают, а у нас, в основном, люди пожилые, заслуженные, им покоя хочется, многие с внуками маленькими или вообще, грудными, здесь отдыхают, а эти люди, в ответ на замечания, что женщины им сделали, матом обругали, говорят, что тоже милиция, и если те не отстанут, то устроят соседям веселую жизнь.
- А…так я знаю, о ком речь ведет. Это товарищи командированные, из тайги. Князев их, по доброте душевной, пустил, а теперь не знает, как выселить. Но вы даже не волнуйтесь, завтра Князев с начальством приедет, кто ему этих ребят сосватал, пусть они увидят, кого в приличный дом привели. Так что, вам осталось сутки, максимум потерпеть и от этих людей даже духа не останется. Только вы к ним не ходите и ничего не говорите, пусть сюрприз будет. И еще один вопрос…. Будьте любезны карточку Князева покажите…
- А что случилось? – снова взбледнула кассир, но карточку члена общества садового общества мне дала, где я аккуратно вымарал номер домашнего телефона Олега Князева, а также домашний адрес – ну не нужны мне случайные звонки и слив информации, пусть хоть эту ночь капитан поспит спокойно.
