белых кроссовок, а более шустрый Плотников, подоткнув штанины светло-голубых джинсов, матерясь, тыкал палкой дно водоема.
- Парни, вон они! Сюда! – я прижал Демона за загривок и сам присел за небольшой куст. Тоже самое сделали мои оппоненты, пытаясь разглядеть догнавшую их погоню.
- Руки верх поднимайте! – заорал я и тут же бросился в сторону – придурок Вареник вытащил из кармана шорт (или трусы у него с карманами, не знаю) пистолет и начал стрелять куда-то в мою сторону.
Сука! Сука! – я прижался к земле, весь в грязи и какой-то жиже, слушая как свистят пули чуть в стороне – хотел маленько погонять своих бывших коллег, в результате сам чуть не нарвался на пулю. Хорошо, что серое форменное х/б в предрассветных сумерках не видно, поэтому Вареник стрелял вслепую. Я подтянул к себе карабин, и прицелившись, выстрелил в сторону, бредущего через реку, по колено в воде, Варенникова. Тот одновременно запнулся, очевидно, нога ушла в ил, и нырнул с головой в воду, после чего, с громким фырканьем вынырнул из зловонной жижи городской речки и начал слепо шарить руками по дну.
- Ты идешь? Я ждать не буду. – крикнул с противоположного берега Плотников, и Вареник, не вынимая руки из воды, наверное, надеясь нащупать пропажу, полез на сушу.
Когда через пятнадцать минут, я, весь в грязных пятнах, вернулся к дачному участку, перед домом метался напуганный Скворцов.
- Паша! – парень бросился ко мне, но, не добежав пару шагов, остановился: - Ты где так вымазался? С тобой все в порядке? Это вообще, что тут было?
- Да все нормально… - я махнул рукой: - Запнулся, в речку упал, замарался немного.
- А кто это был здесь и в кого стреляли?
- Это, Вася, были наши с тобой коллеги – Вареник и Плотников, которые, как видишь, уже начали стрелять в милицию.
- Вася, Вася… - глядя на расстроенное лицо сержанта, я хотел ободряюще хлопнуть его по плечу, но он, взглянув на мою, в грязных разводах, руку, стремительно отскочил: - Не хочешь с коллегами воевать – понимаю, поэтому я тебе и сказал, чтобы ты из укрытия не выглядывал, они знать не знают, что ты в этом деле участвовал, и я никому не скажу. Осталось совсем немного мне помочь. Слушай внимательно. Сейчас едешь на моей машине работу, сдаешь рацию, после селектора подходишь к Князеву и говоришь, что тебе утром звонил Плотник и сказал, что с Князевской дачей – проблемы и они оттуда ушли. Скажешь, что больше ничего не знаешь Плотник сразу трубку кинул. После этого звонишь по телефону следователю Кожину, в прокуратуру, скажешь, что по моему делу имеются подвижки и надо будет выехать на место. И следи за Князем. Как он РОВД покинет, то, через час выезжай за Кожиным и вези его сюда. Как высадишь, то сразу уезжай. Машину мою каждый раз оставляй на стоянке, где стройка раньше была. К самому РОВД на моей машине не подъезжай, а то я для твоего начальства слишком токсичный. Ключи у охранника стоянки оставишь. Что еще? А, зайди к начальнику отдела дознания и скажи, что я сегодня в прокуратуре, у Кожина, по моему делу следственные действия проходят, ну и вот еще – позвони по этому телефону, мужика Игорь зовут. Скажи ему, что я передал, что все в силе остается. Ну, наверное, все. На ключи, езжай скорее.
Глава 6
Глава шестая.
Август 1993 года.
Файершоу.
С утра у меня было очень много дел – сбегал до ближайшей заправки, купив у похмельного заправщика пластиковую емкость, объемом в пять литров, переплатив за «сервис» двести рублей, развесил и простирнул серое милицейское Х/Б, развесив его сушиться на кусты малины, залез в дом через окно, открыв изнутри входную дверь, спустился в подвал, подергал металлическую дверь, ведущую в ухоронку Олега Князева – дверь по-прежнему была закрыта. Надеюсь, что у Олега Князева за прошедшее время не было оснований считать, что это убежище не надежно, иначе бы он не поселил сюда своих подельников.
Хозяин дачи появился около одиннадцати часов. Сначала за кустами раздались шаркающий звук шагов, потом человек с костылем долго возился с задвижкой калитки, после она заскрипела, Олег шагнул во двор и замер.
- Привет, Олег! – я приветливо помахал рукой: - А мы тебя заждались. Демон уже половину твоего огорода перекопал, а тебя все нет и нет…
- Громов, ты что здесь делаешь? – Князев шагнул раз-другой и остановился – из-за кустов смородины в его сторону двинулся Демон.
- Ненавижу собак… - Олег попытался заслонится от пса костылем: - Я его, когда-нибудь, с удовольствием застрелю!
- А вот это ты зря сказал. – наигранное благодушие мгновенно слетело с меня – ненавижу, когда мне или моим близким вот так вот угрожают: - Хотел с тобой договорится, но видимо ты безнадежен.
Я встал с матерчатого шезлонга, в котором, с комфортом, полулежал под августовским солнышком, вытащил из-за скамейки пластиковую бутыль и, сорвав перекладину скамейки, влил ее содержимое в вентиляционную трубу, замаскированную под вкопанное в землю бревно.
- Ты что делаешь? – Князев шагнул вперед, но замер как вкопанный – Демон встал у него на пути, предостерегающе оскалив зубы.
