просыпаться в этой мерзкой постели.
Он посмотрел на наручные часы и достал телефон, как, вдруг, тот сам зазвонил. На экране высветился незнакомый номер.
– Опять работа, – фыркнул и ответил. – Фойс.
– Привет.
Этот голос Кевин сразу узнал.
– Шейла, – взгляд потянулся к спальне на втором этаже, – чего надо?
– Может поужинаем сегодня?
– Ужин? – нахмурился он. – Серьёзно?
– Вполне, – она была, как всегда, совершенно уверена в себе. – Давай встретимся в восемь в ресторане Тони Мёрвальда. Тебе ведь там всегда нравилось.
– Нет, Шейла, это тебе там всегда нравилось, – он никак не мог отделаться от вида помятых простыней, всплывающих перед его глазами.
– Ну, мы можем и это обсудить. Ты придешь? Я буду тебя ждать.
Кевин вновь поглядел на наручные часы. Сейчас почти семь.
Он скинул вызов и посмотрел на дверь:
– А может, все-таки, рискнуть.
– Пора одеваться. Я отвезу тебя, – Элин еле сдерживала бушующие в груди эмоции. Джоан снова молчит и снова не смотрит на нее. – Я помогу тебе, – пробормотала сержант, но девушка отрицательно покачала головой.
Элин лишь вздохнула:
– Конечно, милая. Сама так сама, – она бросила печальный взгляд на застывшую посреди комнаты девушку и вышла.
Джоан подняла аккуратно разложенное на кровати длинное платье и провела рукой по мягкому черному бархату. Как раз в тон ее настроению, как раз в цвет этому страшному дню.
Она неторопливо надела наряд, изящно застегнула молнию-невидимку на спине, прошлась из стороны в сторону и взглянула на себя в зеркало.
Мягкая ткань подчеркнула точеные изгибы прекрасного тела, а разрез при каждом шаге оголял длинную ровную ножку до самого бедра. Волосы рассыпались по плечам и упругие локоны слегка подрагивали стоило девушке лишь качнуть головой.
Макияжа было катастрофически мало; Джоан знала – сегодня она будет плакать. Опять. Спрячется от всех и будет рыдать, вспоминая этот день, будто все было вчера. Слишком горько, слишком грустно и неподъемно тяжело. Но хуже всего то, что никто ее не поддержит, никто ее не поймет. Ее давно не понимают. За столько лет ей было "положено забыть" произошедшее, но она не смогла. Вокруг все жаждут ее "излечить", а она просто мечтает, чтобы ее оставили в покое.
Джоан тихо вздохнула.
После этого дня она уедет. Подальше ото всех и забудет все, что было. Сбежит так же, как и мистер Фойс.
Неторопливо девушка пошла по коридору, ведущему из комнаты в прихожую.
Стук каблуков по паркету эхом отдавался в ее ушах, воспоминания волнами накатывали, вызывая бурю болезненных эмоций, но изо всех сил она сдерживала непрошенные слезы.
– А вот и ты, милая, – Элин уже открыла ей входную дверь. – Идем. Только накинь пальто.
Но та в ответ лишь снова качнула головой. Как и все годы раньше, взяла с вешалки серый длинный кардиган. Осторожно сунула руку в рукав, и тот, надрывно всхлипнув, разорвался; истертая ткань сдалась спустя столько лет, а Джоан оцепенело уставилась на нее невидящими глазами.
– Ох, милая, – Элин растерянно глядела на ошарашенную девушку и не могла найти нужных слов.
– В чем же теперь мне идти, мама…– прошептала Джоан, а ее глаза наполнялись слезами.
– В плаще моем иди, – вдруг послышался голос за спиной.
Джоан медленно обернулась.
Перед ней стоял Кевин. Он снял с себя черное непромокаемое пальто и протянул ей:
– Пойдешь? Иначе опять будет холодно.
– Ты вернулся, – пробормотала она. Серый кардиган слетел с плеча и рухнул на пол, а девушка прижалась к крепкой мужской груди.
Кевин ждал криков и воплей, ненависти и злости, но она просто обняла его, и он на миг застыл. А затем прижал ее к себе так сильно, как только смог, и всего его окутал знакомый сладкий аромат лесной земляники.
– Прости, – тихо прошептал он, топя девушку в своих руках, – прости, если расстроил.
– Я ждала тебя, – на него воззрились прекрасные карие глаза, готовые в любой момент разрыдаться. – Я знала, что ты вернешься.
Кевин понимал, что стоит в доме Арлин, понимал, что рядом сержант и в любую секунду может появиться Эдвард, но в этот момент эта девушка стала для него чем-то особенным, чем-то своим, личным. А потому он лишь вновь спрятал ее в своих объятиях, позволяя ей успокоиться, а себе вдоволь надышаться.
– Опоздаешь, – неуверенно подала голос Элин. – Гости будут беспокоиться, милая.
Кевин мимоходом глянул на сержанта, бросив на нее тяжелый и совершенно неподъемный взгляд, а та отвела глаза.
– Едем? – слегка отстранился он и взглянул на девушку, что явно из последних сил сдерживала слезы.
– Да, – взгляд ее карих глаз, даже будучи невероятно тоскливым, был несказанно приятным. – Как я выгляжу? – пробормотала она.
Кевин осмотрел ее с ног до головы лишь для вида. Все было очевидно.
– Слишком хороша.
Джоан улыбнулась ему, сквозь пелену, слез, что застилала ее глаза. У него сердце заболело. Так захотелось спрятать ее ото всех. Ей сейчас совсем не праздник нужен. Ей выплакаться надо, выговориться. Кажется, она слишком долго молчала.
– Надевай, – Кевин расправил плащ, помогая ей облачиться, и девушка послушно надела его.
– Тобой пахнет, – прошептала она, вновь пытаясь искренне улыбнуться.
– Правда? – Кевин удивился. – Каждому свое, – и положив руку на тонкую талию, повел девушку к машине. – Я сам отвезу, – грубо бросил, глянув на сержанта. Ему не понравилось, что для нее гости оказались важнее чем душевное спокойствие Джоан. Или, возможно, все дело в Эдварде. – Ты отправляйся со второй группой.
Элин не посмела возражать, да она и не хотела. Женщина лишь смахнула усталую слезу, а затем взглянула на серый кардиган, лежащий на полу.
Подняла его и тронула дыру на истертой временем ткани.
– Ох, Марта, шестнадцать лет. Шестнадцать долгих лет. Прости меня, – и она заплакала, уткнувшись в серую вещь.
Кевин подвел девушку к джипу и открыл дверь на переднем сиденье, но она не торопилась занимать свое место.
– Хочешь что-то сказать – говори, – Кев настороженно ожидал вопросов, но Джоан притянула его к себе и крепко поцеловала.
Кевин на миг оторопел, однако уже в следующую секунду расслабился в ее объятиях и резко притянул девушку к себе.
Мягкие губы податливо отозвались на нетерпеливое вторжение его языка, и Джоан прижалась к мужскому телу так искренне, что Кевин явно осознал насколько сильно напряжен. Она схватила его за волосы и направила губы к своей шее, а он нисколько не сопротивлялся. Кевин жаждал ее и это желание однозначно являлось взаимным.
– Спасибо, – пробормотала Джоан, чуть отстраняясь, – спасибо, что вернулся.
Кевин головой помотал, пытаясь вернуть себе самообладание.
– Не благодари, пожалеешь еще, – усмехнулся он, тяжело дыша.
– Нет, – Джоан вновь обняла его, – этому не бывать, – она прижалась и странно притихла.
Кев лишь двигался следом. Сейчас не время для игрищ, ей нужно его плечо. И мужчина, отгоняя прочь все эротические мысли, бережно обнял ее, нежно поглаживая узкую спинку.
– Сегодня я буду сидеть впереди? – девушка уставилась на джип и торопливо заморгала, останавливая вновь нахлынувшие слезы.
– Если хочешь, Джоан. Сегодня все будет так как хочешь ты.
– Все?
Он вмиг определил этот взгляд. Он сам точно так же смотрит на нее. И довольно усмехнувшись,
