Рейджер включил носовой прожектор, но тут же поспешно выключил его, так как послышался шум моторов приближающегося самолета. Фэннер удовлетворенно улыбнулся в темноте. Миллер тоже услышал звук и крикнул Рейджеру:
– Самолет!
Рейджер опасливо взглянул вверх и вырубил бортовые огни. Теперь баркас шел в кромешной тьме.
– Шастают здесь по ночам, холера им в бок, – ругнулся Миллер.
Но самом пролетел вдалеке, и Рейджер вновь включил прожектор. Мощный луч света разрезал тьму. С лодки вновь радостно замигали.
Миллер протянул Фэннеру фонарь.
– На, держи, – сказал он. – Мы почти прибыли. Фэннер взял фонарь и вылез из кабины. Двигатели замолчали, и баркас замедлил ход. Рейджер с автоматом в руке подошел к Фэннеру, стараясь сохранить равновесие на ходившей ходуном палубе.
– Доставай свою пушку и внимательнее следи за ними, – бросил он. – Я передаю их тебе. Ты обыскиваешь и передаешь дальше Миллеру.
В наступившей тишине послышался скрип уключин приближавшейся лодки.
Рейджер опять включил прожектор и высветил небольшую лодку, в которой находилось шесть человек. Двое сидели на веслах, а четверо скрючились на дне. Рейджер выключил прожектор и дальше подсвечивал только фонариком.
– Главная опасность – самолеты береговой охраны. Не прозевай их, – предупредил Рейджер Фэннера.
Лодка мягко пристала к баркасу и потерлась о него боком, как жеребенок о теплое брюхо матери. Из нее на палубу вылез сухой костлявый китаец.
– У меня здесь четверо, – доложил он Рейджеру. – Остальных восемь я доставлю за две ходки.
– А как насчет спецгруза?
– Конечно, конечно, – заулыбался китаец, – ее я доставлю в последнюю очередь.
– О'кей! Фэннер, принимай! – приказал Рейджер. Китайцы поднимались на борт по одному. Фэннер наскоро ощупывал их и передавал Миллеру, тот отводил их в кабинку на носу. Все китайцы были похожи друг на друга, в своих тесных холщовых рубахах и штанах до колен. Они безропотно давали себя ощупать и, не произнося ни слова, переходили в кабинку. Подгребли еще две лодки, и вся процедура повторилась. Стоявший справа от Рейджера китаец опять расплылся в улыбке и сказал:
– Все двенадцать как один. А спецгруз я привезу сам. Когда он скрылся, Рейджер спросил Миллера:
– Ты их всех запер?
В его тоне сквозило беспокойства – Обижаешь, шеф, – пробурчал Миллер.
Фэннеру не терпелось узнать, что это еще за «спецгруз» с таким нетерпением ждут гангстеры. Наконец раздался всплеск весел, и через несколько мгновений костлявый китаец подтолкнул на палубу маленькую фигурку.
– Эту можно не щупать, – ухмыльнулся Рейджер.
Фэннер осветил «спецгруз» фонариком. Это была хрупкая испуганная девочка-подросток. Она была очень хорошенькая, и на вид ей можно было дать не больше четырнадцати лет. Такая же, как у всех китайцев, одежда не могла скрыть ее стройной точеной фигурки.
Китаец передал Рейджеру пакет, завернутый в непромокаемую ткань, спрыгнул в лодку и исчез в ночи.
– Так вот какой привесок в вашему бизнесу, – процедил сквозь зубы Фэннер.
– А что? Тебе что-то не нравится? – с издевкой спросил Рейджер.
– Мне, кажется, можно было сказать, что вы торгуете еще и женщинами.
– А почему бы и нет? Одна такая красотка стоит десяти китайцев. Экзотика нынче в цене. Простые потаскухи нашу богатую публику уже не удовлетворяют. Каждому подавай «шоколадку», или японочку или китаяночку…
Фэннер промолчал и отошел на корму. Он напряженно думал:
«Может быть, это ответ на загадку? Они взяли на борт дюжину китайцев и девушку. Не на это ли намекала сестра Мэриан в своей записке? А что, если это простое совпадение?»
Рейджер приказал негру заводить мотор.
Баркас рванулся вперед, Фэннер с угрюмым видом сидел на корме, пытаясь уловить звук патрульного катера. Но ничего не было ни слышно, ни видно.
Из задумчивости его вывел грубый окрик Рейджера:
– Росс, эй. Росс, куда ты запропастился? Испугался темноты?
– Заткнись вонючий скунс, или я скормлю тебя рыбам, – рассвирепел Фэннер.
– Но, но! Полегче. Шуток не понимаешь? У нас хороший улов. Пойди к китайцам в кабину и надень на них вон ту цепь.
Фэннер взглянул на длинную цепь с наручниками через каждый метр.
– Это еще зачем? – спросил он.
– Мера предосторожности. Если наткнемся на патрульный катер, сбросим их всех за борт. Лучше потерять несколько сотен, чем провести несколько лет за решеткой. Скованные, они быстрее пойдут ко дну.
– Выдумаешь тоже, – огрызнулся Фэннер и взял штурвал из рук Рейджера. – Связывай их сам. В роли тюремщика я еще не был.
– Чистоплюй! Сдается мне, что ты будешь не очень-то полезен для нашего дела, – с угрозой в голосе произнес Рейджер, нехотя взял ржавую цепь и вылез из рубки.
Фэннер поморщился. Он подумал, что недолго выдержит эти отвратные рожи, а еще скорее они подстроят ему какую-нибудь пакость. «Во всяком случае, – размышлял он, – я уже узнал достаточно много, чтобы продолжить расследование. Все теперь зависит от того, что захочет ему рассказать эта Глория Лидлер. А потом можно будет и замести всю эту банду».
Вдруг он услышал приглушенный звук выстрела. Через несколько минут в рубку спрыгнул Рейджер.
– Что-нибудь случилось? – спросил Фэннер, передавая ему руль.
Рейджер криво ухмыльнулся:
– Им, видите ли, не понравились цепи. Пришлось прострелить одному чинку ногу, чтобы утихомирить других. Не люблю портить товар. Пойди и скажи Миллеру, пусть присмотрит за девчонкой. На вид она тихая, но если начнет орать, китаезы взбесятся, и тогда вся наша поездка пойдет псу под хвост.
Фэннер направился к отдельной каюте, в которую посадили китаянку. Подойдя к двери, он услышал возню и рывком распахнул дверь. Девочка молча отбивалась от навалившегося на нее Миллера, из ее разбитого носа сочилась кровь.
Фэннер сгреб Миллера за шиворот, развернул, как куль с мукой, и саданул ботинком прямо по расстегнутой ширинке. Миллер отлетел в сторону и некоторое время сидел, обалдело глядя перед собой и хватая раскрытым ртом воздух. Потом он пошарил рукой в темноте в поисках автомата. Фэннер сделал шаг вперед и стукнул его рукояткой пистолета по лбу. Миллер как-то сразу обмяк, будто из него выпустили воздух, и повалился набок.
Фэннер спрятал револьвер, взял Миллера под мышки и выволок из кабинки.
Рейджер высунулся из рубки:
– Что тут, черт возьми, происходит? – заорал он. Не обращая на него внимания, Фэннер прислонил бесчувственного Миллера к бортику и вошел в рубку.
– Что с Миллером? – переспросил Рейджер.
– Хотел попортить товар. Ты сам говорил, что у вас это не принято. Пришлось успокоить его.
– По-моему, ты перестарался, – пожал плечами Рейджер.
– Я всегда все делаю основательно.
На свежем воздухе Миллер быстро оклемался и разразился отборнейшей бранью, ощупывая лоб. Но Фэннер не обращал на него никакого внимания. Слева по борту был виден огонек. Фэннер надеялся, что это – сторожевой катер. Но огонек заметил поднявшийся на ноги Миллер.
– Катер! – заорал он, и Рейджер резко повернул вправо. – Может быть, они нас не заметили? – с надеждой произнес он.
Баркас шел на малом ходу, без огней. Но в этот момент, к радости Фэннера, появилась луна, и он увидел большой белый катер, который направлялся к ним.
– Они нас заметили, – ровным голосом сказал он.
– Миллер, скотина! – заорал Рейджер, перекрывая рев мотора.
Миллер взялся за руль, а Рейджер исчез на палубе. Фэннер последовал за ним. Прожектор патрульного катера быстро приближался, и в лунном свете были отчетливо видны его очертания.
– Они нас догонят, – сказал Фэннер.
Рейджер что-то крикнул негру в машинном отделении, и тот подал ему тяжелый томпсоновский автомат. Рейджер передал его Фэннеру, а сам взял второй.
– Иди на левый борт, – приказал он и улегся на палубе. – Не подпускай их ближе.
Фэннер залег и дал две короткие очереди, стараясь, чтобы пули прошли выше катера. С правого борта застрекотал автомат Рейджера. С того места, где он лежал, Фэннеру были хорошо видны фонтанчики воды, поднимаемые пулями, и от обшивки катера полетели щепки. Полицейские начали отвечать, и Фэннер пригнул голову. Их огонь стал настолько плотным, что ни Фэннер, ни Рейджер не могли поднять головы, чтобы ответить.
– Сделайте что-нибудь, – испуганно кричал Миллер. – Они возьмут нас на абордаж!
Вдруг стрельба прекратилась, и поднявший голову Рейджер увидел полицейский катер не более чем в трех метрах от них.
– Сейчас я им устрою фейерверк, – крикнул Рейджер Фэннеру, откатясь по палубе подальше от своего борта, и бросил в катер какой-то круглый предмет.
Тьму прорезала яркая вспышка, и раздался оглушительный взрыв. Объятый пламенем, катер начал заваливаться на борт.
– Не сбавляй хода! – приказал Рейджер Миллеру и сел на палубе, с удовольствием глядя на горящий катер. Потом он подошел к Фэннеру.
