– Ты тоже не перышко, должна тебе сказать, – проворчала она, лежа на боку в ужасно неудобной позе и страдая от запаха и тяжести его тела.
После нескольких попыток ей удалось перевернуться на спину.
– У меня же одни мускулы, – пояснил Стив. И Саммер почувствовала, что он улыбнулся. – Всем известно, что мускулы тяжелее жира.
– Ну да, конечно.
Вдруг салон микроавтобуса залил яркий свет. Что бы это могло быть?.. Прожектор? Разумеется, прожектор вертолета. Так, значит, это полицейский вертолет? Кто-нибудь услышал стрельбу и позвонил по 911? Если так, то они спасены! Все, что им нужно сделать, это выпрыгнуть наружу и помахать вертолету руками! Судя по звуку, он сейчас почти над ними.
– Это, наверное, полиция! – Саммер извивалась и корчилась, тщетно пытаясь освободиться. И хотя он держался на ней с цепкостью наездника, она все же отползла назад, к середине микроавтобуса, где замерла, лежа на спине, с трудом переводя дыхание. Саммер находилась в узком пространстве между двумя кипами груза, уложенными вдоль стенок микроавтобуса. Она судорожно сорвала стеганое покрывало с груза, и оно, словно занавес, опустилось на их головы. Внезапно они оказались в душной темноте.
– Возможно, это действительно полиция. – его теплое и влажное дыхание касалось ее шеи.
Саммер сдернула пахнущее плесенью покрывало со своего лица. Набрав полные легкие свежего воздуха, она уперлась Колхауну в плечо. Тот даже не пошевелился. Его грудная клетка буквально расплющила ей грудь, а своих ног она вообще почти не чувствовала. Саммер показалось, ее придавил огромный шкаф.
– Дай мне встать! – прохрипела она. – Нужно посмотреть, кто это, и помахать им, если это полиция.
В результате ее барахтанья покрывало только плотнее укутало их. Свободными оставались только головы и руки. Женщина безуспешно пыталась сдернуть с себя тяжелую серую ткань.
– Мне не кажется, что ты правильно понимаешь наше положение, Розенкранц. Мы…
Взрыв ветрового стекла оборвал фразу Стива. Мелкие осколки шрапнелью застучали по всему микроавтобусу. Саммер съежилась, слушая их барабанную дробь. Один из осколков попал ей в шею, и она с криком дернулась в сторону.
Мужчина ругнулся, плотнее прижался к ней своим телом и натянул на их головы покрывало. Она внезапно обрадовалась и придавившей ее сверху тяжести, и защите покрывала. Боковое стекло разлетелось с таким треском, словно обрушилась буря. Кто бы там ни сидел в вертолете, они стреляли по микроавтобусу. Это явно была не полиция.
– Кто эти парни? – простонала она. Перед ее глазами мелькали кадры из кинофильма – расстрел Батча Кассиди и Сандаса Кида с летящего на бреющем полете полицейского вертолета.
– Тебе лучше знать, – ответил Франкенштейн.
В других обстоятельствах она ударила бы его. Но сейчас вдруг представила с пугающей ясностью, что он был единственной преградой между ней и пулями. Целым градом пуль.
Она не ударила его. Вместо этого сжалась в самый маленький, какой только могла, комочек и лежала тихо-тихо. А он согнулся над ней, загораживая ее своим телом.
Буря прекратилась так же внезапно, как и началась. Немного подождав, Франкенштейн осторожно высунул голову из-под покрывала. К облегчению Саммер, прожектор погас. Ночь была тиха и спокойна, как смерть.
При этом сравнении Саммер передернулась.
– Ты в порядке? – Он тяжело дышал.
– Д-да. – Если не считать, что зубы у нее стучали.
– Нам надо убираться отсюда, – сказал он, сползая с нее и откидывая прочь покрывало. Просунув руку под пояс ее брюк, поднял женщину с пола.
– Пусти! – Саммер колотила его по руке, когда он просовывал ее на водительское место. Повсюду были мелкие стекляшки. Сидя на небольшой горке из них, она поблагодарила Бога за эти новые закаленные ветровые стекла, которые разлетаются на тупые осколки. Случись все в старой машине, они были бы изрезаны с ног до головы. В несколько приемов женщина смела часть осколков с сиденья.
– Перестань заботиться о своей заднице и веди машину! – Он отодвинул Саммер назад, перегнулся через нее и завел двигатель. Машина не тронулась с места.
– А почему не ты?
– Потому что, даже когда я вижу, у меня все двоится или троится. Кроме того, у тебя это неплохо получается. Ведь это ты довезла нас сюда, не так ли?
Он надавил своей ступней на газ. Мгновение колеса бешено крутились, потом машину рвануло назад.
– Я поведу! – Саммер схватилась за руль.
– Вот и умничка. – Если оскал зубов и перекос изуродованного лица можно назвать усмешкой, то он усмехнулся.
Странно, но женщина его теперь совсем не боялась. Пусть он выглядит как персонаж фильмов ужасов, пусть он мучил ее, угрожал ей, заставил натерпеться страху на пять лет вперед, но не хуже своего собственного имени она знала, что этот человек не собирается убивать ее. Хотя это могут сделать и другие, те, кто охотится за ним.
– Тебе не кажется, что у нас сколотилась неплохая команда? – Он переключил передачу и нажал на акселератор. Микроавтобус дернулся вперед. Теплый, напоенный звоном цикад ночной воздух дохнул в зияющее отверстие на месте выбитого ветрового стекла. На миг Саммер показалось, что они сейчас снова врежутся в комбайн. Она вовремя крутанула руль вправо, и металлическое брюхо желтого бегемота промелькнуло мимо.
– А у тебя хорошая реакция, – одобрительно сказал Франкенштейн.
– Убери свою ногу с чертова газа!
Если он и услышал ее, то не подал вида. Они стрелой промчались по неровной поверхности поля, направляясь – как Саммер надеялась – к дыре в заборе, через которую и попали сюда. Копны скошенной кукурузы заслоняли ей обзор. Микроавтобус сшибал их одну за другой. Под его ударами они падали, как костяшки домино.
Выезд на соевое поле был облегчением. Теперь, по крайней мере, Саммер видела дорогу. Из-за того, что на газ жал он, они не вписались в дыру в заборе и выбили из него еще футов шесть досок.
Утром фермеру будет из-за чего поматериться.
Но это не ее проблема. Ее же заботой, по крайней мере на ближайшее время, был тупоголовый псих, сидевший рядом с ней. И еще плюющийся пулями вертолет, который рыскал где-то рядом в полуночном небе. Плюс головорезы с пушками.
А вдобавок многотонный грузовик, мчавшийся прямо на них по автостраде 231.
– Убери ногу с газа! – снова завопила Саммер, когда они, ударившись о край кювета, взмыли в воздух.
Микроавтобус с грохотом приземлился на бордюрный камень примерно в ста футах от стремительно приближавшегося грузовика. Руль выбило из ее рук, машина завиляла. Грузовик отчаянно загудел. Ослепленная его фарами, Саммер зажмурилась. Она услышала визг тормозов, скрежет металла и глухой удар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
