– Понял тебя. Удачи.
– Вот еще что, – задыхаясь от отдышки, бросает он.
– Слушаю.
– Ага! Я уже вижу дверь! Быстрее! Серега, быстрее! – до моих ушей доносится испуганный вскрик Кати. – Когда мы уйдем через дверь, снова вызови меня по табичу, и я вернусь.
– Я могу прямо сейчас вытянуть вас к себе, если вы не успеваете, – быстро отвечаю я.
– Нет, сейчас не надо, – он резко машет головой. – Мы успеем, к тому же Катя слишком устала, чтобы снова бегать по этажам. И Угрюмый, похоже, ногу подвернул – еле бежит.
– Ты тоже не в лучшей форме.
– Ничего, потерплю, а вам лишний ствол не помешает.
– Заперта! – слышу отчаянный крик Кати.
– В сторону! – рычит Семен. – К черту!
Я вижу, как он на миг замирает, а в следующую секунду обрушивает на дверь сильнейший удар ногой. Что-то громко хрустит, звякает, и зеленая дверь широко распахивается, открывая выход из этого сна.
– Катя, пошла! Серега, давай! Все, Макс, до встречи! – кричит Рыжий и бросается в дверной проем, оглянувшись напоследок и охнув при этом изумленно и испуганно.
Я прерываю связь и поворачиваюсь к Соне и Клаусу.
– Ну что там? – сразу спрашивает меня девушка.
– Они выбрались, – коротко отвечаю я.
– Без нас?! – недоуменный взгляд.
– У них не было выбора, – поясняю ей. – За ними гнался какой-то монстр.
– А стрелять в него они не пробовали? – сколько же сарказма в ее голосе!
– Семен сказал, что пули не берут тварь.
– Как это?
– Не знаю, – пожимаю плечами.
– И что же нам делать?
– То, что и планировали, – искать лестницу на пятый этаж.
– А как же монстр?
– Что-нибудь придумаем. В крайнем случае убежим. Ребята же смогли, значит, и мы сможем.
– Было бы здорово, если бы Рыжий смог вытянуть нас к себе, – с сожалением произносит Соня.
– Ты же знаешь, что правилами экзамена это запрещено, – напоминаю ей.
– Это и плохо, – шумно вздыхает она.
– Ладно, пора идти, – говорю я и обращаюсь к парню: – Клаус, Семен сказал, пули не берут ту тварь, что гналась за ними.
Он лишь кивает в ответ.
– Поэтому, думаю, нам нужно вооружиться посерьезней, – и поясняю на удивленно поднятые брови: – Меняем автоматы на ружья.
Клаус задумчиво кивает, потом перекидывает за спину автомат и спустя пять секунд сжимает в руках Браунинг Ауто-5 – дробовик 12-го калибра с пятью патронами в магазине. Как и автомат Калашникова и еще несколько видов стрелкового оружия, Браунинг являлся обязательным к изучению.
– Можно я с автоматом буду? – просит Соня. – А то Браунинг такой тяжелый!
– Конечно, – киваю ей, не уточняя, что неполные четыре килограмма – вовсе не большой вес.
Устройство самозарядных ружей гораздо проще автоматического оружия, поэтому «воспроизводить» их легче и быстрее. Существенный минус у них – небольшое количество патронов, которыми можно снарядить подствольный магазин. Свой дробовик я «достаю» за три секунды. Им оказывается полюбившийся мне 5-зарядный Бенелли М2 с пистолетной рукояткой. Ухватистый и удобный, он приятной тяжестью нагружает руки. Честно говоря, я очень сомневаюсь, что какой-нибудь монстр сможет устоять под огнем нашего оружия. Пули 12-го калибра, что в переводе на понятную метрическую систему означает чуть больше 18 миллиметров, могут не просто остановить любое создание, но и нанести ему серьезные, несовместимые с жизнью повреждения.
Ловлю заинтересованный взгляд Клауса на моем Бенелли. Изучением этого дробовика, как и другого оружия, которое не входит в обязательную общую программу, я занимался самостоятельно. Поэтому он вызвал такой интерес у Клауса.
– Вперед, – командую я.
– Как мы найдем лестницу? – спрашивает на ходу Соня.
– Пойдем по следам, – указываю рукой вниз, где отчетливо видны отпечатки конечностей тварей. – Они выведут нас, куда нужно.
Глава 6
Едва мы покидаем холл и углубляемся в лабиринт коридоров, нас снова окружает тьма. Следы, как тропинка в дремучем лесу, ведут к цели. Временами они совершают крутые повороты, но в целом не отклоняются от единого направления. Неприятный холодок пронзает мое тело, когда я вижу, что некоторые тропинки перемещаются с пола на стену, будто твари пронеслись по ней и оставили светлые борозды, раскрошив кирпичную кладку.
К нашему удовлетворению цепочка следов не множится и не разветвляется, значит, твари двигались целенаправленно и единой группой. Таким образом, нам не приходится проверять каждое помещение, каждый закуток или тупик, мимо которых проходим. Они лишь провожают нас темными угрюмыми провалами, оставаясь за спиной.
Несколько раз доносится знакомый вой монстра, что гнался за Семеном, Катей и Сергеем. Он каждый раз неожиданно нарушает безмолвие мертвого здания, его пустых стен и темных помещений. Я никак не могу к нему привыкнуть и невольно вздрагиваю, когда его слышу, а Соня тихо ойкает. Вот снова он раздается где-то над нашими головами, и гулкое эхо, отражаясь от стен, подхватывает тоскливый зов.
Мы выходим в небольшой холл. Лучи фонарей прыгают по стенам и потолку.
– Лестница! – обрадовано извещает Соня.
Действительно, в электрическом свете отчетливо видны ступени, уходящие широким пролетом вверх. Цепочка следов, по которой мы попали сюда, исчезает, потому что пыльный покров на полу практически отсутствует.
– Здесь был бой, – задумчиво роняю я, изучая обстановку. Яркий луч фонаря выхватывает из мрака оспины от попаданий пуль, которыми покрыты стены. Видимо, ребят атаковали, едва они вышли к лестнице. Судя по всему, они оказались здесь, пройдя по одному из трех коридоров с противоположной стороны зала.
– Мы пойдем по лестнице? – шепотом спрашивает Соня.
– Да. Хотя я бы поискал другой путь наверх, в обход бродящей где-то там твари, – отвечаю я и добавляю: – Но так как времени у нас почти не осталось, пойдем здесь.
Широкий лестничный пролет на второй этаж на полпути обрывается. Он упирается в стену и, развернувшись в обратную сторону, раздваивается на два более узких лестничных марша. Они и выводят на верхний этаж. Здесь заметно светлее, потому что в стене над лестницей есть окна, через которые льется свет.
– Это противоположная стена, – говорит Соня, ступая за мной. – Получается, мы прошли здание насквозь.
– Да, если бы знали, зашли бы в Ратушу с этой стороны, – отвечаю я. – Наверняка здесь есть и вход.
Второй этаж встречает нас настороженной тишиной небольшого зала с отходящими в разные стороны темными коридорами. Не задерживаясь, мы приступаем к подъему на следующий этаж по широкому пролету. Он тоже раздваивается на половине подъема там, где ступени упираются в стену и разворачиваются в обратную сторону.
В пыли отчетливо видны следы трех пар ботинок. Но, сколько я ни всматриваюсь, больше никаких следов не вижу. Откуда же взялся монстр, что гнал ребят? Или он появился этажом выше, или… Невероятно близкий нечеловеческий стон заставляет нас вздрогнуть и неподвижно замереть, когда мы уже практически достигли третьего этажа. Вслед за ним доносятся другие звуки: то ли цокот, то ли щелканье – непонятно. Клаус, который идет последним, тихо поднимается на несколько ступеней и останавливается слева от меня. Минуту мы стоим без движения и держим на прицеле верхний край лестницы, до которого остается несколько метров. Вытираю об одежду немилосердно потеющие ладони и со смесью страха и нетерпения жду, когда наконец покажется хозяин страшного воя, этот неуязвимый монстр. Однако время идет, а тварь не появляется. Спустя еще минуту полной тишины я привычным жестом руки показываю: «Вперед».
Ступенька, еще одна. Вот уже виден потолок этажа. Одновременно с Клаусом мы выныриваем из-за верхнего края лестницы и, лихорадочно водя оружием из стороны в сторону, шарим лучами фонарей по залу. Никого. А вот и следы. Клаус кивает, когда я указываю на них.
До четвертого этажа мы добираемся спокойно, не потревоженные посторонними звуками. Разве что сквозняк в коридорах шелестит пылью, будто что-то нашептывает нам. Багряный свет все так же льется сквозь небольшие окна, окрашивая лестницу в мрачные кровавые тона.
Следов Семена и ребят не видно: их скрывают отпечатки лап твари. На что они похожи? Не знаю, хотя в голову приходит сравнение с дождем, когда он только начинается, и его первые капли оставляют в дорожной пыли свои частые отметины.
Тоскливый вой неизвестного монстра застает нас на подъеме между четвертым и пятым этажами. Лишь половина лестничного пролета остается до верхних ступеней, когда заунывный полувой-полустон настигает нас снизу и на несколько мгновений заставляет оцепенеть.
– Шевелись! – бросаю я резко, потому что отчетливо понимаю: монстр взял наш след. Не нужно повторять дважды, и через мгновение мы, перескакивая через несколько ступеней, оказываемся на пятом этаже. Следы отчетливо указывают направление, поэтому не нужно гадать, куда двигаться. Коридор со следами зияет темным зевом, но ни одной твари мы не видим.
