Сначала операция развивалась успешно. Роте 273–го полка удалось захватить 5 автомашин и 3 орудия, но часовой, убитый мгновением позже, успел подать сигнал тревоги. В ночном бою командир потерял управление ротой, которая при контратаке противника отошла, ведя беспорядочный огонь. Финны не только вернули потерянные было орудия, но и добавили к ним трофеи: 4 станковых и 4 ручных пулемета. Потери в личном составе злополучной роты составили почти половину штатной численности: 33 убитых и 32 раненых. Лейтенанта, который так неудачно командовал ротой, отдали под суд и расстреляли.
12 декабря после подхода всех подразделений 52–й стрелковой дивизии наступление возобновилось. Финны начали отходить по шоссе на Рованиеми, минируя его и устраивая завалы. 15 декабря они оставили без боя поселок Сальмиярви. Вечером 16 декабря подразделения 58–го стрелкового полка встретили упорное сопротивление противника, оборонявшегося на 95–м километре шоссе. Финны вели бой до вечера 17 декабря и отошли, увидев, что против них разворачивается весь полк, поддерживаемый ротой танков и дивизионной артиллерией. На следующий день полк занял поселок Питкиярви.
Начальник штаба 104–й дивизии, думается, был одним из немногих советских командиров, кто по — на- стоящему ценил жизнь своих подчиненных. В журнале боевых действий дивизии он оставил запись о бое 17 декабря: «Излишняя смелость командного и политического состава привела к большим жертвам». А по донесениям, за весь период боев с 1 по 18 декабря 1939 года дивизия потеряла всего лишь 7 человек убитыми и 54 ранеными.
19 декабря командование 104–й дивизии получило приказ штаба 14–й армии о переходе к обороне. К этому времени 58–й стрелковый полк, являвшийся головным, находился на 110–м километре дороги, продвинувшись несколько юго — западнее Питкиярви. Потери всех частей и соединений 14–й армии за месяц, с 30 ноября по 30 декабря 1939 года, составили 64 человека убитыми, 111 ранеными, 2 пропавшими без вести и 19 погибшими от разного рода несчастных случаев, в основном от пожаров.
Потом на Крайнем Севере установилось долгое затишье. Несколько небольших боев произошло там лишь в последние две недели войны. 26 и 27 февраля 52–я стрелковая дивизия вела бой с целью вывести из окружения разведывательный отряд штаба 14–й армии. 205–й стрелковый полк атаковал противника на 106–м километре шоссе Петсамо — Рованиеми — причем часть финнов, численностью около роты, вынуждена была уйти на территорию Норвегии. 7 марта этот же полк при поддержке 411–го танкового батальона овладел поселком Наутси, потеряв при этом всего 2 человек убитыми и 6 ранеными. Именно 52–я стрелковая дивизия, выполнявшая сугубо тактическую задачу, глубже всех проникла на территорию Финляндии: с занятием Наутси она достигла 150–го километра Ро- ваниемского шоссе. Ее потери были незначительны: за всю войну в дивизии погибли 63 человека (из них 6 — при пожарах в землянках), 134 были ранены (из них 22 обожжены при пожарах), 6 — контужены и 133 — обморожены. 14–я же армия в целом за период с 30 ноября 1939 года по 13 марта 1940 года потеряла 181 убитого, 2 пропавших без вести, 301 раненого и 101 обмороженного. Однако тут небольшие потери были следствием не какого‑то особого умения командующего армией комкора Валериана Александровича Фролова, а слабым сопротивлением финнов.
Совсем иной была ситуация на линии Маннергейма и в районах к северу от Ладожского озера. Важнейшим в стратегическом отношении участком фронта был Карельский перешеек, с овладением которым открывалась прямая дорога на Хельсинки.
Здесь в начале войны 6 финских пехотных дивизий вместе с приданными им частями усиления насчитывали 133 тысячи человек, 360 орудий и минометов и 25 танков. Они были объединены в армию «Карельский перешеек», которую по имени командовавшего ею до 20 февраля 1940 года генерала называли еще «армией Эстермана».
Наступавшие на линию Маннергейма войска советской 7–й армии имели 400 тысяч бойцов и командиров, 1,5 тысячи орудий и минометов и более 1 тысячи танков. Их поддерживали около 700 самолетов, а также артиллерия и авиация Балтийского флота.
Первоначально 7–й армии противостояли лишь слабые финские части прикрытия численностью около 22 тысяч человек. Они смогли с боями отойти к главной полосе обороны. Гражданское население с оставляемой территории эвакуировалось, а дома и постройки сжигались, чтобы в них не могли разместиться советские войска. Таким образом, финны первыми во Второй мировой войне применили тактику «выжженной земли». При этом им удалось практически полностью эвакуировать свое мирное население — в отличие от советской тактики «выжженной земли» в 1941 году и от немецкой тактики «выжженной земли» в последующие годы, когда дома уничтожались специальными командами «факельщиков», а большинство жителей эвакуировать так и не успевали.
Вечером 2 декабря 1939 года, на третий день боев, преодолев предполье, к линии Маннергейма у устья реки Тайпален — йоки подошла первая из советских дивизий — 49–я стрелковая, входившая в состав 19–го стрелкового корпуса. К 12 декабря финских укреплений достигли и основные силы советской 7–й армии. Наступление проходило трудно.
Первоначально штаб армии планировал высадить в тыл укрепленного района в устье Тайпален — йоки противника десант с боевых и вспомогательных кораблей Ладожской военной флотилии, но как раз 2 декабря
пришел приказ об отмене высадки «ввиду отсутствия транспортных судов». Поэтому возникла необходимость форсировать реку, представлявшую собой серьезную водную преграду. Тайпален — йоки у устья в ширину достигала 180, а в глубину 8 метров. Вода в реке еще не замерзла. Западный скалистый берег был хорошо укреплен противником, а восточный, пологий, занятый нашими полками и батальонами, отлично просматривался финнами с наблюдательных пунктов. Для переправы через Тайпален — йоки 49–я дивизия получила в оперативное подчинение 19–й стрелковый полк 142–й стрелковой дивизии, 116–й артиллерийский полк резерва Главного Командования (РГК) и 2 моторизованных понтонных батальона. Для обеспечения внезапности форсирования реки командир дивизии комбриг П. И. Воробьев отдал приказ использовать дымовую завесу, однако командующий 7–й армией комкор В. Ф. Яковлев почему‑то запретил применение дымов.
Артиллерийская подготовка началась в 8 часов утра 5 декабря и продолжалась 4 часа. Она не дала ожидаемого результата, поскольку командиры полков и батарей не имели сведений о расположении огневых точек и укреплений противника. Стреляли по площадям и в белый свет как в копеечку.
Форсирование реки происходило на трех участках. На первом переправлялись 2 роты 15–го стрелкового полка, на втором 2 батальона 222–го стрелкового полка 49–й дивизии, на третьем — 19–й полк 142–й стрелковой дивизии. На первом участке две роты, высадившись с резиновых лодок, смогли захватить открытый маленький пятачок на западном берегу, но вскоре были прижаты к з; емле ураганным огнем из пулеметов и минометов. Несколько лучше обстояло дело на других участках, но и там положение переправившихся было крайне сложным. Большое количество огневых средств противника во время артиллерийской подготовки не было подавлено. И когда на восточном берегу Тайпален — йоки безо всякого соблюдения мер маскировки сосредоточились автомобили с переправочной техникой 7–го понтонного батальона, финская артиллерия открыла прицельный огонь. В считанные минуты понтоны были уничтожены, и подразделения на западном берегу стали испытывать большие трудности в снабжении боеприпасами. В полосе 19–го стрелкового полка саперам удалось, однако, навести наплавной мост. Благодаря этому с наступлением темноты подразделения получили все необходимое и удержали равнинный пятачок в 2 км по фронту и.3,5 — в глубину. Но дальше перед наступающими поднимались скалы, и продвижение застопорилось.
На следующий день к 11 часам утра 6–й понтонный батальон навел в полосе 19–го полка понтонную переправу, но на остальных участках этого сделать не удалось. Мощность советской артиллерии оказалась недостаточной, чтобы с закрытых позиций подавить финские огневые точки, прикрытые мощными гранитами. Попытки же артиллеристов вывести орудия на прямую наводку приводили только к новым потерям. Не удалось разрушить укрепления противника и огнем нескольких танковых батальонов: 45–мм танковые пушки оказались слишком слабы, чтобы выполнить эту задачу даже с дистанции прямого выстрела. Поэтому в течение 8—11 декабря подразделения 15–го и 222–го стрелковых полков вынуждены были возвратиться на восточный берег. Из 150 участвовавших в атаке советских танков подбито было 35.
Неудача с форсированием Тайпален — йоки привела к замене Яковлева Мерецковым на посту командующего 7–й армией. Захваченный же плацдарм не оправдал возлагавшихся на него надежд, поскольку насквозь простреливался финнами с окружающих его скал. Здесь новые попытки наступления вели только к большим и напрасным потерям: противник легко отражал атаки, подготовка и развитие которых прекрасно просматривались на открытой местности. Незадолго до войны финны специально вырубили здесь весь лес и кустарник на прилегающей к реке территории.
