так огрызались, чем на истину.
– Ты только что назвал мою мать шлюхой!!! Как тебе сука такое в голову взбрело?!!! – Борис взял стул, и со всей силой швырнул его на другие столики.
– Успокойся, и выслушай меня до конца. Ты же хочешь узнать и о том, почему мы здесь с тобой всегда одни, ведь так?
Какая бы ярость сейчас не окутывала Бориса, он понимал, что только здесь он может получить ответы на свои вопросы. Усевшись на стул, он начал говорить.
– Ну и? Почему же за все эти годы, которые мы с тобой встречались здесь, я не увидел ни одного существа, олицетворявшего тотем?
– Вот это уже другой разговор, – Бран уселся за стойку обратно, и продолжил вещать, – все дело в том, что мы с тобой встречаемся в то время, когда остальные просто заняты во внешнем мире.
– Тогда с какой целью мы с тобой встречаемся именно в периоды их отсутствия?
– Потому что они будут мешать нам, вот и все, -Бран указал рукой на полки с алкоголем, – Урса вообще парень заводной, любого может заговорить. Да так, что ты и забудешь, о чем в принципе хотел разговаривать.
– Где он сейчас?
– Он в клубе работает – маскируется в людской среде, – Бран посмотрел на часы, висящие у выхода, – кстати, его смена скоро подойдет к концу, и ты сможешь сам с ним поговорить. Я даже тебя отсюда выводить не буду, оставлю здесь, подождешь его.
– Так и сделаем. Желательно будет встретиться с остальными из тотема.
– О, конечно, можешь с ними поговорить, – заулыбался Бран, – ты же помнишь, что с ними ты можешь контактировать и в своем мире?
– Да, помню.
– Замечательно. Но, сразу скажу, что одного из тотема ты здесь точно не встретишь.
– Кого же?
– Паука, – Бран решил сыграть мрачную гримасу, – видишь ли, тот человек, на которого ты и твои товарищи ведут охоту – это паук.
– А почему он не появляется здесь?
– Он решил остаться в вашем мире, и теперь живет все время там, – он еще раз взглянул на часы, – так, а теперь извольте, мне пора, дела в вашем мире не требуют отлагательств, я пошел.
Бран направился к выходу из бара.
– А и да, не забудь попросить Урсу выпустить тебя из этого мира, а то так и будешь торчать здесь до моего возвращения.
Бран растворился в ярком свете. Дверь закрылась, и в баре остался только Борис, в очередной раз разглядывая интерьер и думая о том, почему же Бран так жестко высказался о его матери.
Он просидел в баре около часа. За это время он уже успел рассмотрел каждую мелочь интерьера. Проводя повторный осмотр, он также заметил маленькую сечку на голове птицы феникса. Как только Боря захотел дотронуться до этой трещинки, входная дверь раскрылась, и белый свет заполонил всю комнату.
Через мгновенье в баре стоял человек. Это был не Бран. Бран был одет строго, в классический костюм, в нем чувствовался стиль. Эта персона внешне выглядела взбалмошной, агрессивной. Его типаж подчеркивала и одежда, которая смотрелась помято, грязно, и слегка не подходяще по размеру. Через пару секунд Борис увидел, что человек внешне напоминал байкера: борода, очки авиаторы, бандана и визитная карточка всех байкеров – рваная куртка.
– Ох, бляяя… – прямо с порога выпалил человек, направившись на место бармена, – как же я закумарился, Господи.
Борис не хотел ничего говорить. Он лишь наблюдал за тем, как странный бородатый мужик разговаривает сам с собой. Наблюдение выходило забавным – мужик явно был пьян. Он слонялся по бару, в поисках чего-то стоящего его внимания.
– Да где же эта санная бутылочка моя.
Человек продолжал искать нужную бутылку. Вдруг он задел вино, тут же полетевшее вниз. Посмотрев на разбившийся сосуд, и оценив ситуацию своим десятисекундным молчанием, человек глубоко вздохнул, оперся спиной о стойку с напитками, и произнес:
– Печаль, сука…
Поняв, что необходимо начинать диалог, Борис подошел к стойке.
– Вы не это ли ищите? – Борис указал на прозрачную флягу с желтой, похожей на урину, жидкостью.
Человек обратил взор на Бориса. Затем переместил свой взгляд на найденную вещь. Глаза его, к слову, выражали одновременно недоумение и полное равнодушие.
– А, да, я и забыл, что я ее туда поставил, – хрипло бубня себе под нос, он протягивал руки к ней, – вот она, моя родная.
Когда фляга с жидкостью оказалась в руках человека, Борис спросил:
– Вас, наверное, Урса зовут?
– Да, правильно малой, – Урса хлебнул немного напитка, – а ты, походу, наша гордость под крылом нашего братца Брана.
– Да, так и есть.
– Ну и че ж ты тут без него забыл то? – в этот момент Урса облился содержимым фляги, – ну сука, что ж такое…
– Я хочу познакомиться со всеми из тотема. Я думаю, вы сможете ответить мне на пару вопросов. Кстати, что это вы пьете?
– Моча это – моя моча.
– Чего? Вы пьете собственную мочу?
– Ну да, – Урса икнул, – че мне сделать то теперь? Моча у меня полезная, вроде как. Вон бабки в селах не жалуются – втирают их кому надо, и ходят после этого здоровенькие. Кстати, можешь сам попробовать, – Урса налил в стакан свою животворящую жидкость, и подвинул ее к Борису.
– Нет, спасибо, мне не это нужно.
– Разве? А по твоему внутреннему состоянию как раз таки моча и нужна, – продвинув стакан еще ближе, Урса облокотился о стойку.
– С чего вы взяли?
– Ты чет вялый какой-то. Да и в душу тебе насрали совсем недавно, так почему бы в нее еще и не нассать. Моя хоть поможет.
– Чем же?
– Стресс снимет, крепче станешь. Я ее клиентам в баре добавляю в напитки. Такой, свой фирменный рецепт. Люди после него прямо лучше становятся. На, бахни за наших.
– Ладно, все равно не могу тебе отказать, – не скрывая отвращения, Борис взял стакан и выпил все содержимое залпом, чтобы было не так противно.
– Я тебе еще и домой ее отправлю, если понравится, – засмеялся Урса.
Напиток был не похож на настоящую урину. В ней цвели ароматы ягод, переливавшиеся после приема в забористый, но плавно обволакивающий коньяк. После поглощения Борис ощутил чуть ли не бесконечную мощь в своем теле. Его разум стал четче и активнее соображать, тело превратилось в вату, а мысли выстраивались будто вагоны у поезда.
– Я ожидал худшего, если честно.
– А ты ожидал, что моя моча на вкус как моча обычного человека?
– А вы пробовали на вкус человеческую мочу?
Урса уставился на Бориса. Во взгляде Бори
