и появились. Оставили только три символа и рассказ о моем саркофаге под названием тело. Супруг позвонил матери, она пришла и начинает кричать на меня, они то и дело могут кричать на меня. Мне тяжело, воздух заряжен горящими частицами. В уме повторяю постоянно: «Мне нужен воздух, мне нужен воздух, мене нужен свежий воздух, не могу дышать, я задыхаюсь» Мои щеки горят.
Меня добровольно-принудительно отправили к психиатру. Я только могу сидеть и смеюсь над ними, как они жалуются на меня психиатру. Меня спрашивают.
— Меня это все достало!
Начинаю кричать, выпуская всю боль и обиды, которые хранила в сердце, меня достала вся мая семья, которой на самом деле плевать на меня, считают меня обузой. Я кричу во весь голос, выпускаю все свою боль что храню в своем сердце.
Прибегают множества людей в белых халатах, меня оформляют. Мне страшно. Ниэль больше не разговаривает со мной. До жути знакомый голос говорит мне:
«— Ты оставила меня одну Настя!!! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ.!!!! Ты бросила меня здесь!!! Оставила меня одну!!»
«— Прости меня Свет! Я не знаю, что тебе сказать! Я СЛОМАЛАСЬ!!!!»-отчаянно плачу я, утопаю в своих слезах.
Иду обнимаю свою мать.
— Настенька, что с тобой твориться? — говорит мне мать.
— Мам, я честно не знаю, что со мной происходит. — плачу я.
«— Настенька, ты тоже меня прости.»-сказал Светланин голос в голове.
Пролежала я в больнице не долго, стоило моей голове, только коснутся до больничной подушки, сразу все прекращалось. Кто-то сразу отключил рубильник в моей голове. Нет сил и желание жить. Пролежала там не долго, со мной снова заговорил Ниэль. Я по рекомендации врачей, пью таблетки, муж звонками контролирует меня. Фантазерка-называет меня Ниэль.
Я сама того не замечая, с ним начинаю оживать. Крашу ногти, делаю прически. Все что мне нужно-какой-то голос в голове, который вытаскивает меня в наружу, делает меня счастливой. Ну не обошлось без пошлых разговоров и флирта. Мы гуляем по парку. наслаждаемся осенней порой.
Сажусь на лавочку в одежде, которую он заставил меня одеть. Чтобы я не мерзла и было тепло в ручки и ножки. Так он говорил. Звенят во всю церковные колокола.
— Туалет зазвенел! — говорит он.
— Почему ты церковь, называешь туалетом?
— Потому что, энергетически какают там люди. — говорит Ниэль.
— Все равно не понимаю. О чем ты говоришь. — говорю я.
— Ну смотри, сделал человек плохо, другому человеку, и идет просить прощение у Бога, а не у обиженной души. Естественно думая, что Бог все прощает. Но он не прощает, и даже не слышит его молитв. Потому что прощение надо просить у того, кого обидел. — вот так это работает. Ну собственно…. Все такие строения я называю духовными туалетами. — говорит Ниэль.
Мы гуляли и разговаривали о жизни.
— Ну посмотри в округе, люди воткнули свои мозги, в маленький телефончик. Вон, смотри идёт телефончик вместо мозга! Вся его жизнь, связана одним устройством- говорит Ниэль, проходящим мимо людям.
Ну собственно, хорошее не длится долго. Утром просыпаюсь, на одежде своей вижу камушек, шоколадного цвета с золотыми вкраплениями. Иду гуляю по набережной, в наушниках играет впервые услышанная песня: «Слот-качели». Прячусь. За Геркулесовыми столбами на лестничном пьедестале, сзади которого, железный электрический щиток серебренного цвета. С неба со мной начинает говорить женщина, и опять одна и та же баланда, что я особенная.
— Луна! Опомнись! Ты и есть Бог- этой вселенной! Почему Дьявол, должен убеждать тебя в этом.
— Люди — животные! Ты выбрала не ту планету, для духовного развития! — говорит мужской голос сверху.
— Луночка, умоляю тебя, только не убивай себя. — говорит женский.
По их словам, чтобы я могла выйти из людской солнечной системы, и не застрять в колесе перерождений, пока не отработаю это грех. Простыми словами, снова могу здесь переродится, но, не по своей воле. Слушала их и плакала, понимая свою ущербность в этом мире правил. Они показали мне в неконтролируемом воображении, как размножаются духовно Боги. Мужчина и женщина, сидят параллельно и близко друг другу, в их ладонях появляется, энергия любви розового цвета, чувства, которые они испытывают друг другу. Они соединяют эти шарики вместе, и ждут тысячелетиями, пока не созреет это яйцо, — по-другому назвать, этот духовный курятник не могу. От Многочисленной информации, во мне появилась одно чувство-ярость и гнев. Я выместила все свою обиду, укутанной злобой у иконы в церкви. За что естественно, потом просила прощение, даже во снах, за свой неконтролируемый поступок.
Иду через парк, мое сердце горит от ярости, иду к матери в дом, мне обидно, я не могу выйти из этой игры под названием жизнь. У матери все гавно, вылилось наружу. Лежу на диванчике, мерещиться, в белом тумане эти Божки и их много. Я подхожу к стенке, стучу и понимаю вот реальность, настоящая. Иду на кухню смотрю на потолок, а их множество и все разные.
«— Анастасия Сергеевна, старые Боги проснулись и смотрят на вас! — говорит старый голос мужчины с короткой белой бородой и усами.»
— Да пошли вы нахуй! Вы все остались, лишь в книгах! — говорю я показываю фак в потолок.
С меня что-то вылилось, не из мочеприемника, а с другого места. Холодная жидкость, белого оттенка.
Мать испугалась и быстро переодела меня и уложила на диван. Я слышала, как на кухне она читает «Отче наш». И не знает, что со мной происходит. Как обычно, не могу уснуть, разучилась это делать. Мне тогда привиделся мужчина в древнеславянской ряхе, могучий богатырь. Вторая картинка внезапных воображений. Девушка сидит у реки, и держит в руках свою отрезанную косу, она утопилась.
— Может представишься перед нами?
Вспомнила момент из недалекого прошлого, где под одинокой луной не боясь шла в аэропорт.
Вижу себя со стороны, в темной пещере. На мне меховая одежда, факел в руках, рассматриваю наскальные записи.
— Когда, вокруг тьма и вьюга! Я освещаю все в округе! — пою, и начинаю танцевать, вот и познакомились мы со старыми Богами. Это мое представление.
Тогда я опять сошла с ума. Моя голова превратилась в словенскую помойку. Знаменитый голос политика говорит мне:
— Настя — это Морок. Он морит тебя! Сопротивляйся ему!
А я не могу, мне не дают уснуть, бесконечное число воспоминаний и слов. Мой мозг плавится. Ниэль, спрятался в тени, чего-то выжидая. Чувствовала он рядом и больше не оставляет меня, словно затаившееся зверь, перед нападением.
Меня снова, отправили в психушку. Мне тяжело говорить, и я не знаю, что объяснить. Покрыла отборным матом врачей. Лежу не долго. Со
