помощь. И даже так у него ушла почти декада на подготовку к церемонии.
Наконец этот значимый день настал. Принятие венца правителя демонов происходило в истинной ипостаси, но сверкать голым торсом, как во время боя, не требовалось. Шеррахт нарядился в чёрные кожаные штаны, способные выдержать трение о чешуйчатое тело, и спадающий до середины бедра жилет. Волосы, не заплетённые в боевую причёску, немного мешались, но опять же — дань традиции.
Ровно в полдень, сопровождаемый десятком телохранителей (и Зашторром — куда ж без него?), Шеррахт вошёл в наполненный и нестройно гудящий тронный зал. Голоса мгновенно стихли. В полной тишине новоявленный, но ещё не коронованный Владыка в несколько шагов преодолел расстояние до массивного трона, стоящего на небольшом возвышении. Рядом с возвышением находилась высокая подставка, заканчивающаяся золотым подносом. Там, на округлой чёрной подушке, красовался венец Императора.
Наверное, для смертных, привыкших к сплошным обручам, его вид показался бы непривычным и странным, но попробовал бы кто надеть иное поверх рогов. Демонический венец представлял собой полосу золота, протянувшуюся через голову ото лба к затылку с обоих боков. Спереди он выглядел как ромб, практически полностью закрывающий лоб и покрытый искусной чеканкой. В самом центре этого ромба сверкал огромный красный кристалл. Сзади же золотая полоса раздваивалась и изгибалась немного вперёд, словно рога, обхватывая затылок.
Говорили, что если трон занят демоном заслуженно, венец подстраивается под форму головы, и надеть его не сможет никто иной, пока правитель жив. Пришла пора проверить слухи — нынешний вид артефакта просто кричал, что Шеррахту он явно не по размеру. Подойдя к трону, но не садясь на него, Владыка развернулся лицом к подданным и окинул их внимательным взглядом.
Телохранители окружили сзади и с боков, оставляя перед господином довольно большое пространство в десяток шагов. И никто из демонов не рисковал пересечь незримую границу. Первой линией стояли самые верные, члены его будущего Совета, Князья — и вновь назначенные, и те, кому хватило мудрости осознать грядущие перемены, сохранив свои Домены. Дальше уже стояли обычные аристократы обоих полов. Они шли за ним, видя личное могущество, но ни разу не вкусили чести быть свидетелями явления богов.
Шеррахт едва заметно ухмыльнулся — сегодня всё изменится, сомневающиеся получат подтверждение и задвинут возможные коварные планы подальше. Клятва правителю — это не клятва Тьме, её можно и нарушить, а демоны в подобных вещах крайне умелы.
Отбросив лишние сейчас мысли, Владыка гордо выпрямился и произнёс небольшую речь о величии сегодняшнего дня, важности его для всех жителей Иштанкарра и благоволении к ним Тьмы. Он бы обошёлся и без этого, но пафосность момента требовала. Тем более в глазах некоторых демонов ясно горели огоньки сомнения и насмешливого ожидания. Что ж, тем слаще будет их реакция. Даже если Изначальная не явится, Повелитель ведь обещал.
Нет, он не будет думать о малыше! Не время ещё. И он должен верить своей госпоже.
— По праву крови, дарованному Изначальной Тьмой, взываю к тебе, Повелитель Энджиал! Услышь верного своего последователя, приди и прими этот мир во славу Госпожи нашей!
Привычно проколов палец, Шеррахт щедро оросил амулет ксэржи. Повелитель не заставил себя ждать, явившись в этот раз в полном соответствии со статусом — в клубах не дыма, а тьмы, с грохотом и сверканием магических молний. Шеррахт так засмотрелся на величественное зрелище постепенной материализации тела бога, что совершенно забыл о правилах. Аура бессмертного давила, пригибая присутствующих к полу, а он всё стоял и любовался. Громовой голос привёл его в себя:
— Преклони колено, Шеррахт.
Поспешно, но сделав вид, что так и надо, демон исполнил приказ, ожидая дальнейших действий покровителя. Вообще, новоявленному Императору не требуются помощники в закреплении официального статуса, только свидетели. А так, надел венец, и, если он тебя принял, — всё, считай Император. Но вот если его возведёт на трон тёмное божество… Авторитет нового правителя, и без того непререкаемый, вознесётся просто на недосягаемую высоту! Неоспоримый знак благоволения.
— Шеррахт сэт Иссантар, ты исполнил желание Изначальной и достоин награды. Отныне этот мир находится под покровительством Повелительницы, как и весь твой род. Правь достойно и верно, во славу нашей Госпожи, Владыка Иштанкарра!
На голову опустилась тяжесть, но в тот же миг слишком большой и массивный венец словно ужался, подстраиваясь под нового хозяина, лоб согрело приятным теплом, и тут от древнего украшения пришло ощущение довольства и готовности служить. Вот оно что, а ведь никто не знает, что атрибут власти — ещё и мощный защитный артефакт…
Раздавшийся со всех сторон шорох, странным образом отдавшийся неимоверным грохотом в ушах, заставил позабыть обо всём на свете. Аура Повелителя давила? Ерунда, вот теперь он прочувствовал давление в полной мере! Вернее, вспомнил. Тьма сгустилась в углах, заволокла далеко не низкие своды потолка и затрепетала нечётким силуэтом совсем рядом. Шеррахт со свистом выдохнул, преклоняя оба колена и склоняя голову. Мимолетно замечая, как всех прочих невидимая сила без труда пригибает к полу, едва не распластывая. Госпожа изволит развлекаться. Но… Пусть не сама, а лишь иллюзия, но пришла! А он уже и не надеялся.
— Шшшерррааххтшш…
Шипящий голос набатом отдавался в сердце, возрождая веру. Однако тихий смешок морозцем продрал по коже, хотя чешуя как таковая не особо чувствительна. На грани слышимости, сзади, раздался чей-то сдавленный вздох, но ему сейчас не было дела до чьей-то несдержанности.
— Ты сомневался во мне… Нехорошо, — молчать, молчать и быть готовым к любому её решению. Тем более Богиня права и имеет все основания сердиться за его недоверие. — Не буду, расслабься, — невесомое касание принесло умиротворение и влило силы. — Ты выполнил нашу договорённость, и я оставлю без внимания… мелкие недоразумения. Встань и посмотри на меня, Дитя Тьмы. Можете все встать.
Подчинившись, демон поднялся и понял, что давящее присутствие потихоньку исчезает. На мгновение он пересёкся взглядами с богиней, глаза которой ирреально сверкали в центре туманной иллюзии. Насмешливо сверкали, и понимающе. Пусть. Она уходила, показав и свою власть, и благоволение. Неожиданно тёмный сгусток метнулся к нему, опалив лоб горячим прикосновением, но так же быстро ощущения пропали. Шелестящий голос становился всё тише, зато смысл слов звучал самой лучшей музыкой.
— Вытяни руки, Шеррахт,
