Ничем не лучше отчима.
Я снова присела на край старого стула, который подо мной жалобно скрипнул, и затеребила до сих пор влажный после ливня подол платья.
– Возможно, ты талантливый, – сказала я.
– Возможно! – хрипло рассмеялся Миша. – Ты ведь не слышала ни одной моей песни.
– Ты сам мне не хочешь их исполнить, – пожала я плечами. – А вообще у меня есть своя теория на этот счет.
Похоже, на улице поднялся сильный ветер. Дождь громче забарабанил в железные гаражные ворота.
Миша продолжал внимательно на меня смотреть, подперев кулаком щеку.
– Скучно любить за одни только достоинства, – сказала я, – куда интереснее влюбляться в недостатки.
С этими словами я, не ожидая от самой себя, протянула руку к Мише и провела указательным пальцем по его брови. Парень даже не шелохнулся. Внимательно следил за моими действиями.
Мне вспомнился Долгих – красивый, добрый, веселый, внимательный… и так мило за мной ухаживает! Одним словом – идеал. А я сижу на старом облезлом стуле со странным «просто Мишей».
– Вот тут… У тебя небольшой шрам.
– Мама в детстве шваброй нечаянно заехала, – ответил Миша.
Словно обжегшись, одернула руку, взяла со стола пакет и снова поднялась на ноги.
– Как видишь, ты неидеален, – ответила я, направляясь к двери.
– Ну ты же в меня не влюбилась? – откинувшись на спинку стула, со смехом повторил мой вопрос Миша.
– Как знать, – повела я плечом. Обернулась и, встретившись с удивленным взглядом парня, звонко рассмеялась: – Ага, сто раз влюбилась! Мечтай!
– Мне бы и одного раза было достаточно! – весело выкрикнул мне в спину Миша.
Я выскочила под холодный дождь. Аккуратно обходя лужи на раскисшей дороге, вышла из гаражного кооператива. По пути взглянула на экран смартфона, который тут же залило каплями. Все это время телефон был в беззвучном режиме. Мамочки, сколько пропущенных от Паши Долгих. Наверняка он хотел разыскать меня в университете, а я сегодня не явилась на зачет. Как дойду до дома, сразу же перезвоню…
Я уже миновала частный сектор, когда у одного из коттеджей заметила черный внедорожник. Точно такой же едва не наехал на меня в конце мая. Конечно, в большом городе их может быть сколько угодно, но я напрягалась. А если это все-таки тот самый, то почему он в такой катастрофической близости к гаражам? Мне сделалось не по себе.
Несмотря на дождь, передняя водительская дверь была открыта. Я прижала к себе пакет с пустыми контейнерами и постаралась проскользнуть мимо джипа как можно незаметнее. Но, едва я поравнялась с машиной, меня окликнули:
– Девушка!
Я резко развернулась, стараясь придать себе невозмутимый и гордый вид, насколько это возможно, когда по твоему лицу стекает дождевая вода.
– Не подскажете, как проехать к котельной? – У этого неприятного мужика, что выглядывал с водительского места, и голос был противным и насмешливым. Зачем останавливать меня в такую непогоду? Видит же, что я без зонта.
Мне показалось, что смотрит он слишком внимательно.
– Нет, извините! – быстро ответила я и прибавила шаг.
Чуть отойдя от автомобиля, я что есть духу припустила вдоль старых мокрых лип, огибая блестящие темные лужи.
Глава пятая
«Столбик термометра сегодня поднимется до отметки двадцать девять градусов. Для июня просто немыслимая температура! Неужели в наш город наконец пришло лето?
Дорогие радиослушатели, в такую жару отдавайте предпочтение натуральным тканям и светлой расцветке…»
Мужик, который возился в соседнем гараже со своим мотоциклом, убавил громкость приемника. Дверь нашего гаража была распахнута настежь. На старенький вентилятор, который стоял в углу и нехотя гонял воздух, надежды в такую погоду не было. Я держала раскрытое карманное зеркальце перед Мишей и ждала, когда он побреется.
– Значит, встречаешься сегодня со своим приятелем? – уточнила я. Неужели скоро все мытарства этого парня закончатся? Или это только начало?
– Угу, – промычал Миша, забавно вытянув лицо и проводя одноразовым станком между носом и верхней губой. – Он сегодня будет здесь проездом. Наконец-то!
– А ты не мог оставить важные документы кому-то, кто чаще проводит время в городе? – резонно поинтересовалась я.
Миша только укоризненно взглянул на меня. Мол, какое тебе дело? Действительно: никакого.
– Приятель придет сюда? – продолжила я допрос.
– Нет, мы встретимся с ним в центре.
– Миша, ты с ума сошел? – воскликнула я. – Они тебя найдут!
Парень поморщился.
– Прошло столько времени… Конечно, они хотят вернуть вещицу, которую я у них… хм, украл! – Миша закашлялся. – Но, по-моему, уже не рационально рассекать по улицам, ожидая, что я, на их счастье, выйду из-за угла и в знак приветствия помашу ручкой. Ясно же, что я залег на дно и появлюсь только у кого-то из друзей. К тому же сегодня выходной. В центре полно народу. Я просто смешаюсь с толпой.
Я припомнила черную машину, которую видела у частного сектора, и похолодела, хотя, скорее всего, это просто совпадение. А у страха, как известно, глаза велики.
– Значит, они караулят тебя у приятелей?
– Вероятнее всего. Но никому, кроме меня, неизвестно, что дружище будет сегодня в городе.
Миша полотенцем вытер с лица остатки белой пены.
– И что же ты, вот так просто пойдешь? – озадачилась я.
– У меня есть бейсболка и темные очки.
Я растерянно осмотрела его с ног до головы, а затем негромко рассмеялась.
– Ты чего? – удивленно посмотрел на меня Миша.
– Надо было меня предупредить, я бы тебе теткино платье принесла, – проговорила я сквозь смех. – Перевоплотился бы в ту цыпочку… Опыт есть!
– Ха-ха, вот умора! – отозвался Миша.
Я демонстративно захлопнула перед его носом зеркальце и убрала в сумочку. Теперь Миша удостоил меня внимательным взглядом.
– А ты чего такая нарядная? Куда сегодня собралась? Опять на свидание?
– Да! – с вызовом ответила я, а у самой забилось сердце. Я попыталась разгадать эмоции Миши после моего ответа. Ни-ка-ких! Зато пора себе признаться, что Матвеев мне приглянулся с самого
