раскрыли.
Остановившись и шумно выдохнув, девушка постаралась успокоиться и не вестись на поводу у паники, не реагировать на колючие шутки Гавриэля.
— Я чувствую, как ты буквально пытаешь задушить свои эмоции, — отозвался мужчина, — мое восхищение, но тебе стоит завязывать с этим. Научись контролировать их, а не убивать, иначе когда-нибудь тебя буквально разорвет от них.
— Учту, — отметила девушка, возобновив движение. — А пока мне нужно переодеться. Я не могу больше носить эту одежду.
— На мой взгляд, тебе идет черный цвет.
— На мой взгляд, было крайне рискованно проникать в полицейский участок и выкрадывать амуницию ведьмы. Она была вся в крови, отчистить ее было еще тем испытанием.
— Но мы справились. План сработал. Даже удивлен, что старик не заподозрил подвох.
— Он боялся ведьмы, боялся Темной стороны и искренне верил, что черная магия способна воскресить ее.
Спотыкаясь о камни и выступающие корни, путаясь в высокой траве, Алена, наконец, добралась до места, где оставила свою одежду. Во время сражения с Асой на комбинезоне не осталось живого места, так что сама судьба подталкивала ее носить форму джедая. Снова стать белой вороной.
Несмотря на «задушенные чувства», девушка пребывала в нервном возбуждении. Она никогда не выходила из образа, по сути, и не притворялась вовсе, лишь скрывала вторую жизнь, этакое хобби. А сейчас, выйдя из зоны комфорта, она нервничала, ее беспокоило, что кто-то все же увидел ее, почувствовал след. Ей хотелось как можно скорее сбросить с себя змеиную кожу, но едва она потянулась к застежкам, как поняла, что Гавриэль с нее глаз не сводил.
— Отвернись.
— Серьезно? Чего я там не видел?
— Прости?
— Ну, я обобщенно имел в виду, это… А, ладно.
Он обернулся к ней спиной, но девушка не доверяла этому старому извращенцу, которому пусть и не дашь больше сорока лет, так что она в спешке принялась переодеваться. Проблема в том, что джедайский балахон нельзя надевать впопыхах, есть огромный шанс запутаться.
— Тебе там помочь?
В ответ Алена раздраженно зашипела, дергаясь все сильнее, и в какой-то момент пришла к осознанию, что запуталась и теперь напоминала куколку гусеницы. Она сдалась и тяжко вздохнула.
— Помоги, пожалуйста.
Гавриэль усмехнулся, но оставил комментарии в стороне и выполнил просьбу Алены. Она стояла к нему спиной, и пусть мужчина не искал цель рассмотреть ее в деталях, его пальцы касались ее кожи. Это не уязвило девушку, пусть она и вела себя как скромница, близость Гавриэля успокаивала ее, даровала чувство защиты. Только с ним она научилась не бояться быть свободной.
— Вот мы и распаковали подарок, — спокойно отозвался мужчина и улыбнулся, когда Алена обернулась к нему. — Ты действительно подарок судьбы.
Ей никогда никто не говорил, что она подарок, что они счастливы быть ее друзьями, учителями или общаться с ней. Мейс Винду, на ее памяти, не выказывал признаков гордости или уважения, скорее, испытывал удовлетворение, что ему удалось воспитать хорошего джедая.
— Подарок или нет, но сейчас у нас явно будут проблемы. Мы и до этого с трудом могли пробить защиту артефакта, сейчас все станет в разы сложнее.
— С одной стороны — да, но с другой — у меня есть подозрения, что мы изначально занимались не тем. Когда мы с тобой начинали год назад, было будто проще.
— Интересное понятие о простоте у тебя. Меня чуть не убило в первый раз, забыл?
— Потому что ты была как неуправляемый вулкан, не способный себя контролировать и направлять. Сейчас, конечно, мало что изменилось, ты до сих пор себя не контролируешь.
— Я нашла свой способ, — недобро посмотрела на мужчину Алена, — но без Гунары и Асы наших сил будет недостаточно.
— Как я и сказал, не в силах дело, а в балансе.
— Темная сторона преобладала в нашем круге.
— Я имею в виду баланс не общий, а каждого из нас. Гунара был сторонником Света, а Аса практиковала Тьму. Они создавали дисбаланс, который и не пропускала защита.
— То есть у нас появился шанс прорваться, но не выдержать отдачу защитного механизма?
— За год мы многому научились, Алена. Но это можно оставить как запасной вариант. Что там с парнишкой джедаем? Он действительно подходящая кандидатура? Не испугался вчерашнего представления?
— Не сказать, что обрадовался, но он наш. В нем также есть дисбаланс, и я поговорила с ним сегодня… по душам. Оказывается, он питает сильные чувства к сенатору ПадмеАмидале, что и вызывает волнения.
— Хм, и ты явно этому не обрадовалась. Заставляешь меня ревновать.
— Ревность — чувство опасное и токсичное, — тактично подметила Алена, испытав это на собственной шкуре днем ранее. — Мне нравится Энакин, и я чувствую, что его симпатия ко мне растет. Я смогу убедить его.
— Одних слов недостаточно, и есть риск, что он разболтает обо всем ордену. Тогда и тебе придется пуститься в бега.
— Не разболтает, он боится за свои отношения с сенатором, также не хочет быть раскрытым. К тому же я намекнула, что могу научить его балансу, дать силу, которая ему поможет.
— Поможет в чем? — насторожился Гавриэль, и долгое молчание собеседницы взволновало его. — Алена, что ты сделала?
— Воспользовалась случаем и залезла в голову Энакину. Надеялась усилить его тревогу, но, похоже, спровоцировала… видения.
— Боже, — сокрушенно вздохнул собеседник, — я же говорил не использовать эту технику, тебе все еще нужно учиться.
— Я не спорю, мне еще предстоит многому научиться, — решила не ввязываться в спор Алена, чем удивила, и в то же время подстегнула Гавриэля возмутиться. Он любил словесные битвы, в то время как девушка предпочитала промолчать. — Но нужно воспользоваться появившейся возможностью.
Гавриэль не одобрял эти игры с огнем, он предпочитал контролировать ситуацию, а не втаптывать последствия в землю в надежде, что они исчезнут. Алена восхищалась его способностью держать разум трезвым, несмотря на порой шутовское поведение. Она же, внешне оставаясь спокойной, страдала от внезапно набегающих эмоций, которые приходилось жестоко убивать.
Тишину прервал писк наручного компьютера — звонил Энакин, вероятно, получил новость о нападении на храм. Собравшись с духом, Алена приняла вызов и сразу сказала:
— Ты тоже это почувствовал?
— Скорее не почувствовал, а услышал — мне пришло сообщение от полиции. Кто-то вломился в храм и убил нашего информатора, а вместе с ним и несколько монахов.
— Поняла. Я уже выхожу из парка, никто так и не появился.
— Зато появился в другом месте.
— Встретимся тогда у храма, — и прежде, чем парень успел предложить подобрать ее на машине у выхода из парка, где ее в помине не было, девушка отключилась.
Помолчала, размышляя.
— Все еще надеешься, что
