«Руководство к обучению грамоте» было составлено им первоначально для обучения старшей своей дочери. Этот первый, так сказать, домашний педагогический опыт барона Н. А. Корфа был издан им в 1867 году. К. Д. Ушинский коротко, но сильно определил значение этой маленькой книжечки ценою в 10 копеек. «Ваше руководство к обучению грамоте, – писал он барону Корфу 23 февраля 1870 года, – имеет чисто практическую цель, и потому вы из самой практики могли убедиться, что оно составлено очень хорошо… Цель звуковой методы – чисто практическая, и если эта цель достигается, то все сказано». Ушинский не ошибся. «Руководство» это в первые же двенадцать лет выдержало семь изданий, разойдясь в количестве 70 тысяч экземпляров.
Здесь уместно сказать о величайшем бескорыстии барона Н. А. Корфа. Он долгое время, приблизительно до начала 70-х годов, почти совсем не получал гонорара за свои газетные и журнальные статьи. Вся выручка от продажи «Руководства» также была обращена в пользу народных школ Александровского уезда, которая и дала им до 1879 года свыше четырех тысяч рублей. Сумма эта, вместе с выручкою за «Отчеты», составляет более шести тысяч рублей, не считая притом привлечения еще и других средств со стороны. Таким образом, барон Н. А. Корф не только безвозмездно нес все бремя организации, заведования и руководства школьным делом в Александровском уезде, но еще и производил довольно значительный денежный вклад на это дело. Факт этот нужно иметь в виду для правильной оценки того, как отплатили впоследствии барону Корфу за его высокое бескорыстие и самоотвержение земские его сочлены.
«С большим нетерпением» ожидал К. Д. Ушинский второго печатного труда Корфа, его книги «Русская начальная школа». Ушинский «ждал от нее наставления самому себе». Задумав «написать общий учебник для земских школ», он чувствовал потребность «побеседовать с человеком, таким практическим», как Корф. К сожалению, Ушинскому не пришлось уже воспользоваться действительно ценными указаниями этой книги.
Устав отвечать на бесконечные вопросы, как приступать к открытию народных школ, заведовать и руководить ими, барон Корф выпустил в свет объемистую книгу – «Русская начальная школа», которую совершенно правильно назвал «руководством для земских гласных и учителей сельских школ». Составляя эту книгу, он преследовал цель «возбудить сочувствие к народной школе и создать деятелей для нее». Цель эта была умело достигнута автором. В одно и то же время он является в своей книге и опытным педагогом, и умелым администратором, детально разъясняя все распорядки народной школы в педагогическом, административном и финансовом отношениях. И те, которые не имеют никакого понятия о народных школах, но желали бы или даже обязаны устраивать их, находясь в положении общественных деятелей, и те, которые выступают в роли народных учителей, попечителей народных училищ, членов училищных советов, народных инспекторов и вообще лиц учебно-административных, найдут в «Русской начальной школе» необходимые для них советы, указания и разъяснения в живой, полной, доказательной форме. Немудрено поэтому, что названное руководство сразу сделалось настольною книгою всех деятелей по народному образованию как первый по времени появления и самый дельный труд по училищеведению. Менее чем в десять лет со времени появления в свет этой книги она выдержала шесть изданий и разошлась в 32 тысячах экземпляров.
Нисколько не рискуя впасть в преувеличение, барона Н. А. Корфа можно назвать первым народным русским учителем разумной начальной школы. Ему же бесспорно принадлежит честь первого подготовителя народных русских учителей, в смысле – сознательных педагогов. Естественно, что ему же по праву должно было принадлежать и составление первой классной книги для народной школы. И он дал такую книгу – «Наш друг». Она до сих пор остается лучшей книгою в обширной коллекции учебников и руководств для народной школы. Но для правильной оценки исключительного значения «Нашего друга» в ряду однородных с ним изданий необходимо коснуться некоторых деталей тех совершенно своеобразных условий, в которых находился барон Корф как народный педагог.
Прежде чем составлять эту книгу, ему пришлось пропустить через свои руки более сотни народных педагогов. «Пропуск» этот состоял в следующем. Из разных местностей России, нередко очень отдаленных, к нему приезжали молодые люди, занимавшиеся уже делом образования или желавшие заняться им. Он производил им поверку и с недостаточно подготовленными продолжал заниматься сам, оставляя их жить у себя в доме. Не одному десятку лиц случалось проводить у него по две, по три недели, даже по месяцу, пока он, наконец убедившись в их подготовленности, выдавал удостоверение, что они могут быть народными учителями. Это удостоверение в глазах всех обыкновенно ценилось несравненно выше дипломов, так как барон Корф чрезвычайно удачно умел определять, помимо собственно подготовленности, еще и склонность к педагогической деятельности в этом отношении. Лица, прошедшие «через руки» барона Корфа, считались лучшими народными педагогами, так как он передавал им частичку своего педагогического огня, своей энергии, любви и преданности делу.
Но даже и этот громадный опыт не имел еще решающего значения в деле составления «Нашего друга». Главную роль в этом отношении играло непосредственное ведение бароном Корфом школ в своем уезде. Два раза в год, именно в пору самой несносной осенней и весенней распутиц, он объезжал все школы уезда, делая по 800 верст: осенью – чтобы «поставить» школьное дело на месте, при начале учебного года; весною – чтобы проверить результаты в конце учебного года. Таким образом, весь ход школьного дела в целом уезде был у него всегда на виду; он наперечет знал всю работу в каждой школе, с ее хорошими и неудовлетворительными сторонами, лично исправляя ошибки и промахи лиц преподающих и неуклонно подвигая их в педагогическом самоусовершенствовании.
Таким чисто опытным путем, освященным предварительным изучением педагогической теории, у барона Корфа сложился вполне отчетливый взгляд, каким именно требованиям должна удовлетворять книга для русской народной школы при современном состоянии крестьянства, при экономических и учебных наших средствах. Барон Корф задался целью составить книгу, которая бы «посредством ознакомления учащегося с окружающим миром повлияла на улучшение его материального и нравственного быта». Такою именно книгою и является «Наш друг». В нем как книге, завершающей курс народной школы, удачно объединен весь учебный материал. Воздействуя на общее развитие и воспитание, способствуя обогащению познаниями, развитию мышления и дара слова учащихся, книга эта вместе с тем очень удачно преследует цель снабжения питомцев народной школы такими сведениями, которые непосредственно приложимы в жизни, обогащая притом питомцев и общими элементарными научными сведениями настолько, чтобы впоследствии было возможно для них самообразование путем чтения книг общедоступного содержания. Всякое первоначальное обучение может быть, конечно, только реальным, при полнейшем отсутствии всего схоластического; народное же образование, кроме того, должно быть еще и деловым. Барон Н. А. Корф удачно разрешил эту труднейшую из проблем во всем учебно-воспитательном деле как самой организацией и постановкой народной школы, так, наконец, и составлением для нее «Нашего друга» – книги для учения в школе и дома. В отличие от всех других авторов подобного рода изданий он, так сказать, в натуре видит перед собою учащихся в народной школе как в пору их учения, так и по выходе из школы, и действительно является их другом, помощником, советчиком и руководителем во всем, что нужно знать сельчанину в его домашнем и общественном, хозяйственном и моральном обиходе. Точно так же и в своей «Книге для учащих» (т. е. «Руководстве к „Нашему другу“») он видит перед собою народных педагогов со всеми возможными с их стороны промахами, ошибками, увлечениями и отклонениями – и как опытный руководитель предупреждает все это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
