Безропотно подчиняясь сильной руке, позволила протащить себя в правое крыло, где меня ожидала ванна с благовониями и две перепуганные служанки в гостиной уже успевших опротиветь серебристых тонов. Хорошо, что портьеры были раздвинуты и желтые лучики, прорываясь сквозь густую листву, ложились теплым тонким узором на стены и пол, весело поблескивая на боках большой медной ванны и десятка кувшинов и кувшинчиков с банными принадлежностями.
В углу располагался туалетный столик, тройное зеркало отражало множество флаконов с самыми дорогими снадобьями из когда-либо мною виденных.
Погрузившись в почти кипящую воду, остервенело принялась тереть кожу мочалкой, пытаясь убрать из памяти тела прикосновения этого разума. Насколько эта дорогая роскошная обстановка отличалась от таверн Ларинна, но… именно там я сейчас желала бы оказаться. Искреннее яростное желание нисколько не затмевало понимания того, что дороги назад уже нет. Как жаль!
Краткое, но информативное, для меня, прикосновение чужого разума разъяснило мне самое главное. Кем, а вернее, чем, является эта принцесса…
Когда на свет появляется такой ребенок, он ничем не отличается от других младенцев. Разве что чаще болеет и очень сильно любит ластиться ко взрослым. Но проходит год, другой, третий и он незаметно начинает меняться. Все больше хиреет, несмотря на обильное питание и уход, жизненные силы быстро утекают из нежизнеспособного тела. Потом он начинает впадать в подобие летаргического сна, вывести из которого практически невозможно. Аура его истончается, превращаясь в тонкую полупрозрачную кисею, рваными клочьями реющую вокруг спящего.
И дальше есть только два пути. Либо дитя погибает, либо превращается в верей-аали, существо, восполняющее постоянные потери энергии за счет других людей. Изгои, паразиты, жестоко преследовавшиеся в древности. Клан, где появлялся верей-аали, вырезался до последнего человека. И это правило неукоснительно выполняется до сих пор. К счастью, в последние триста лет к подобным коренным мерам прибегали лишь однажды. К своим родословным кланы относятся очень трепетно, и родственникам до третьего колена запрещено иметь общих детей.
Верей-аали, или попросту энергетический вампир - это признак крайней степени вырождения рода. Это мужчины или женщины, выпивающие из человека жизнь чаще всего во время разного рода любовных игр. Является ли результатом смерть партнера или просто его истощение, зависело только от настроения и силы извечного голода. Такие понятия как жалость, сострадание, доброта совершенно их не занимают. А живут они, подчиняясь только своим желаниям, жестокие, кровожадные и беспринципные, презирающие и ненавидящие род людской. И нельзя полностью перекладывать вину за это на них одних.
Веками за этими порождениями кромки охотились все, способные держать оружие. Их семьи гибли мучительной смертью, их дома сгорали, обагренные кровью родичей…
Мы сами сотворили из них воплощение ужаса.
И вот я встретила самое худшее, во что может превратиться подобное существо.
Умная, изворотливая, жаждущая власти, капризная принцесса, унаследовавшая стихию Воздуха. Сильнейшая верей-аали, не брезгующая некромантией…
Каждое ее движение наполнено томной, тягучей силой. Она медленно встает и плавно, будто по воздуху, движется вперед, совершенно бесшумно скользя в своих серебристых шелках, скрывающих движения налитого, упругого тела. Ей не нужно никуда спешить, не надо изнурять тело долгими тренировками, а потому молочная кожа принцессы не несет ни одного изъяна. Я - абсолютное отражение, но более сильно обточенное временем и обстоятельствами. Мне будет совсем не трудно собрать матрицу ее характера, ведь мы - Сестры рока. Вот только я не хочу погружаться в бездны темных инстинктов, таящиеся в разуме моей Сестры. Не желаю принимать в себя эту Кальку, несущую мерзкую смерть и торжество Изнанки…
Зачем ей двойник?
Водя пальцами по краю полированной ванны, задумчиво смотрела на воду, искажающую очертания тела до неузнаваемости. Встретить Сестру рока - величайшее благословение и проклятие одновременно. Подавляющее большинство людей просто не имеет настолько подобного себе близнеца, а если и существуют где-то два Брата рока, они вовсе не обязаны встретиться. Это Знак поворота судьбы, судьбы не только человеческой, но и немалой части мира. И, разумеется, подобные встречи всегда сопровождаются катастрофами и потрясениями, примеров достаточно.
Мне совсем не хочется, чтобы кто-нибудь догадался о произошедшем. Самый верный способ избежать катаклизма, это уничтожить одного из Близнецов, разрывая связь.
И можно с изрядной толикой уверенности предположить, чья гибель предпочтительней для благородных обитателей этого особняка. Я предчувствую, что у меня будет достаточно причин опасаться за свою жизнь во время этой работы и кроме наличия Сестры.
Вот только кто из нас Старшая?
Облачившись в серебристый шелковый халат, позволила служанкам убрать в комнате, отойдя к окну. На ковре оставались мокрые следы от капель воды, стекающих с распущенных волос. Я всмотрелась в тенистый узор, отбрасываемый на оконное стекло проходящим через кроны деревьев светом. Безупречная каллиграфия тонких, резных трилопастных листочков так и просилась на пергамент. Думаю, мастер Аххаш многое бы отдала, дабы запечатлеть этот момент… Вслушавшись в шелест сада, уловила слабые отголоски тяжелого вдоха Степи. Завтра я отправлюсь навстречу року, и твое благословение пребудет со мной.
За дверью послышались мягкие шаги.
*** Сначала мастер подумал, что ошибся дверью. Она стояла чуть в стороне от окна, спиной ко входу. Теневой узор ложился на светлое серебро шелкового одеяния и рассыпавшиеся легчайшей паутиной длинные пепельные волосы, спускающиеся гораздо ниже талии. Вокруг головы отрешенно всматривающейся в глубину сада статуи мастеру на миг почудился сияющий нимб. Он моргнул… это всего лишь солнце запуталось в распушившихся вокруг лба завитках.
Она резко развернулась, и очарование мимолетного образа рассыпалось мелкими зеркальными осколками. Смуглая кожа и тускло-зеленые глаза как-то не вязались с томной грацией движений. Мгновением позже он понял, что это несоответствие было продемонстрировано ему намеренно, просто чтобы он заострил внимание именно на этих деталях внешности. Мастер прищурился, внимательно оглядывая замершую женщину. Да, если удалить загар, и сменить цвет глаз, она окажется почти точной копий его клиентки. Удивительно, ведь еще два дня назад не было и намека на удачное решение вопроса.
Женщина, будто уловив его мысли, ободряюще кивнула. И, протянув руку для приветствия, представилась:
- Сера Сирин, двойник.
- Лозен, мастер - гример, - склонился он в поклоне, касаясь губами руки двойника.
Чуть расширив глаза от удивления, в нервном подрагивании пальцев уловил просьбу не удивляться, не выдавать и быть осторожнее.
- Коллега, - неслышно выдохнул он, - помощь нужна?
Женщина качнула головой, хищно улыбаясь:
- Просто сохрани в тайне… и выживи! - приказала она беззвучно, и, скидывая легкое одеяние, с легкой хрипотцой, добавила, - приступайте же, мастер!
Да, мгновенное интуитивно принятое решение открыться было верным. Он не смог бы ошибиться, и без труда признал, что это гибкое, сильное тело принадлежало не менее тренированному мастеру, чем он сам, и было сформировано на трапеции и подмостках, а не в сельской глуши. Мгновенная реакция, тонкое восприятие чужих эмоций и четкая, безусловная демонстрация своих… мастер отражений, и не из последних. А он, безусловно, не удержался бы от вопросов, раскрывающих желанное инкогнито, несомненно, существующим, наблюдателям. Но теперь любопытство придется удержать в узде.
- Что привело вас сюда? - начал он бессодержательный, но информативный разговор, собирая густые длинные волосы сидящей у трюмо актрисы вверх.
- Судьба, - сказано это было так горько, что…
