Я не знаю, сколько времени провела за раскладыванием вещей по полкам, но к тому моменту, когда разложила большую их часть , раздался стук в дверь. Поднявшись с пола, я подошла к двери и потянула ее на себя. Передо мной предстал Олег, с коробкой в руках.
— Я войду? — спросил он, будто это не его квартира, чем сильно меня удивил.
Это он у меня разрешения войти спрашивал? У меня? Я вообще не привыкла, чтобы кто-то стучался, да у меня и двери-то не было.
Я сделала шаг назад, таким образом давая Олегу возможность пройти в комнату.
Он уверено прошагал внутрь, подошел к кровати и положил на нее коробку. Я же продолжала стоять у двери, словно к полу прибитая.
— Надо бы сюда стол еще, — произнес мужчина, осматривая комнату, — но пока так, если что кухонным воспользуешься.
Я посмотрела на него, стараясь не слишком уж откровенного его рассматривать, однако, не могла про себя не отметить, что мужчина довольно красив и достаточно молод.
Он провозился со мной весь день, накупил одежды, привел в своей дом, вполне неплохо со мной обращался, даже можно сказать хорошо. Со стороны могло показаться, что он просто заботится о старой, попавшей в сложную ситуацию знакомой. И все бы хорошо, вот только в этом мире ничего просто так не бывает. А потому меня все больше терзали вопросы: зачем я ему и что он попросит взамен?
От промелькнувших в голове предположений, по спине пробежались мурашки. Я невольно обняла себя руками, словно защищаясь от незримой опасности, исходящей от этого мужчины.
— Инга, — Олег помахал рукой прямо у моего носа.
Наверное, он все еще не терял надежды услышать от меня хоть что-нибудь в ответ, но…
Я бы и рада ответить, если бы могла говорить, я пыталась, правда, но после того дня…
Олега мое молчание раздражало, я это видела. Он, конечно, старался сдерживаться и не показывать своего негодования, но получалось у него плохо. Мне бы, по-хорошему, стоило хоть как-то реагировать на его слова, но каждый раз, когда он ко мне обращался, я впадала в ступор.
Уже то, что он заставил меня поесть в его присутствии, можно было считать огромным прорывом, а о поездке в торговый центр и говорить было нечего, мне даже вспоминать об этом не хочется. Наверное, я никогда не привыкну к тому, как реагируют на меня люди. Даже под копной волос мои уродливые шрамы не ускользают от чужих глаз. Я видела реакцию людей, видела отвращение в их взгляде. Мне было неприятно и больно, очень больно от понимая, что теперь я просто урод. Человек, вызывающий у людей неприятные ассоциации и желание держаться от меня подальше.
В мыслях невольно всплыли воспоминания о сегодняшней встрече с другом Олега. Мужчина неприятный, но истина в его словах, увы, присутствовала. Я действительно убого выгляжу. Вспомнив оценивающий взгляд мужчины, скользивший по моему лицу и одежде, я невольно поежилась.
Кто этот человек? Почему ведет себя, как хозяин жизни?
— Инга, да где ты летаешь все время?
Действительно, где?
— Здесь, — Олег постучал по коробке, — ноутбук. Ты ведь не умеешь им пользоваться?
Я снова опустила глаза в пол. Мне внезапно стало очень стыдно за свое невежество. Но у меня никогда не было ни ноутбука, ни телефона, чтобы иметь хоть какое-то представление. В нашей средней школе компьютерный класс хоть и был, но компьютеров было недостаточно, да и учитель информатики отсутствовал. А личного ноутбука у меня не было. Некому было этим озаботиться, да и не на что. Мать пропивала все, что могла пропить.
— Инга, — Олег тяжело вздохнул и продолжил: — Ну ты хоть головой мотай что ли или кивай. Ну так что, не умеешь?
Я отрицательно замотала головой, давая понять, что нет, не умею.
— Хорошо, с этим позже разберемся.
Кажется, он даже улыбнулся, а потом резко поднял руку, а я отшатнулась, словно ожидая удара, но его не последовало. Олег лишь взъерошил свои густые светлые волосы, а потом гневно взглянув на меня, покачал головой и сунул руку в карман брюк.
— Вот еще, держи, — он вынул из кармана телефон и протянул его мне, — всегда держи при себе, мой номер там забит.
Я снова глупо уставилась на мужчину, готовая разреветься прямо посреди комнаты. Ну какой телефон, я даже не знаю, с какой стороны его держать правильно нужно. Мне такие вещи вообще нельзя давать. А если сломаю? Что тогда? Вещь наверняка дорогая очень.
— С телефоном ты тоже не дружишь, я так понимаю? — теперь Олег точно улыбался, и мне, лишь на секунду, захотелось улыбнуться в ответ, а я даже не помню, когда в последний раз улыбалась, — ладно смотри, — продолжил он.
Я послушно опустила глаза на экран телефона, внимательно наблюдая за тем, как Олег водит пальцем по стеклу.
— Вот эта зеленая кнопка — это вызов, мой номер вбит в быстром наборе, — объяснял Громов, — нажимаешь пятерку и жмешь вызов, возможно, когда-нибудь нам все-таки удастся поговорить, — он усмехнулся, подавляя смешок, а я не выдержала и все-таки улыбнулась в ответ.
Олег, заметив мою улыбку, как-то очень странно на меня посмотрел, но говорить ничего не стал.
— Разберешься? — спросил он после минутной паузы. Я в ответ только кивнула робко.
