она.
— Тебе обязательно нужно издеваться надо мной при каждом удобном случае? — спросил Кэл, направив на неё злобный блик, который, впрочем, не произвёл на неё никакого впечатления.
— А ты не давай мне повод, — Дарина посмотрела на него с хитрой улыбкой, после чего удалилась из ванной комнаты. Вождь последовал за ней.
— Ты ведь хотела о чём-то поговорить со мной, если я не ошибаюсь. — Он решил перевести тему.
— Да, хотела. Может, мы сядем за стол и выпьем по чашке Тьянмея? — предложила девушка.
— Я не против, — ответил тот, пожав плечами, — всё равно собирался ставить чайник.
— Вот и прекрасно. — Она села за стол, очевидно фальшивая улыбка была прочно закреплена на её лице.
Кэл открыл печь и закинул внутрь заранее приготовленные дрова. Он сфокусировал энергию в ладони и направил её на брёвна. В печи ярко вспыхнуло пламя. Вождь поставил чайник на специальную жердочку, затем подошёл к полочкам и достал мешочек с Тьянмеем — травой, имеющей характерный сладковатый вкус и оказывающей расслабляющее действие.
Он взял с нижней полки два глиняных стакана с металлическими ложечками и подошёл к столу. Поставив чашки, Кэл сел напротив девушки и галантно предложил ей первой положить сушёные листья в чашку. Дарина осторожно отсыпала две ложки.
— О чём ты хотела поговорить? — спросил Кэл, накладывая сушёные листья в свою чашку.
Дарина внимательно наблюдала за его действиями.
— Я думаю, ты уже знаешь ответ на свой вопрос, — она смерила его гневным взглядом.
Кэл Элл тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу. Только не снова. Он отложил чашку в сторону.
— Дарина, мы уже это сотни раз обсуждали и каждый раз всё заканчивалось ссорой, — раздражённо проговорил Вождь. — Прошу тебя, просто оставь это в прошлом, живи дальше, — попросил он её мягким тоном, в глупой надежде, что девушка наконец одумается. Кэл тепло улыбнулся, пытаясь успокоить её, однако его собеседница не планировала успокаиваться в ближайшее время.
— Какого чёрта, Кэл?! — Она резко встала со стула и хлопнула руками по столу. — Ты обещал мне, уже год пошёл!
— Дарина, не усложняй, — предупредил он с едва сдерживаемым раздражением в голосе.
— Я усложняю?! — огрызнулась девушка. — Нет, это ты всё усложняешь, Кэл! Сначала даёшь мне обещание и не исполняешь, — Она согнула один палец, — затем игнорируешь, — Согнула второй, — а теперь и вовсе говоришь забыть и жить дальше, при том, что я свою часть уговора выполнила! — Согнула третий и продолжила: — ты издеваешься что ли?! Просто выполни своё обещание и скажи мне наконец правду, у тебя язык не отсохнет!
Вождь перевёл взгляд на стакан. Он молча проклинал тот день, когда узнал правду об истинном происхождении Дарины. Только сейчас Кэл начал понимать, как блаженно неведение. У него с его невестой всё было так хорошо, до того как Старейшины решили «открыть ему глаза». Будь они прокляты. Будь прокляты все Каины, вместе с ненавистной войной, которой не было ни конца ни края. Будь проклят тот день, когда он по глупости дал девушке клятву узнать правду, которую никогда не хотел знать.
— Я уже говорил тебе, что твоя мать тебя бросила и сбежала, но ты не желаешь слушать.
— Врёшь! — злобно прошипела она.
Кэл сжал кулаки под столом, его нервы были на пределе. Вся эта история с матерью девушки и без того сильно напрягала его, а тут ещё эта дурацкая клятва, которую он дал, пытаясь уберечь девушку от безрассудных действий. Если бы он только мог просто расспросить отца Дарины, а затем рассказать ей всё… Но нет, если он узнает правду, то ему, как Вождю, вероятно, придётся убить Зеда, как предателя, а если он это сделает, то невеста никогда не простит его. Он буквально был зажат между молотом и наковальней, — с одной стороны его долг в качестве Вождя, с другой — долг в качестве друга и будущего супруга Дарины. Кэл молча проклинал себя, — он не должен был давать эту чёртову клятву, должен был быть какой-то другой способ остановить её.
Свист чайника прервал его мысли. Вздохнув, Вождь встал, подошёл к печи и, убрав посудину с огня, задул пламя. Кэл налил кипяток в чашки, после чего поставил предмет утвари на подставку у печи.
— Дарина, сядь, не доводи всё до очередного скандала, — строго сказал он, вновь обратив внимание на девушку.
Она направила на него злобный блик, он ответил тем же, скрестив руки на груди. После минутной «игры в гляделки» Дарина сдалась и, раздражённо фыркнув, села на стул. Девушка демонстративно скрестила руки и закинула одну ногу на другую.
Элл закатил глаза и сел за стул. Он вдохнул аромат Тьянмея, сладкий и терпкий, а затем принялся поглощать содержимое чашки. Он сделал несколько глотков и прикрыл глаза, наслаждаясь сладостью напитка. Дарина тайком следила за ним. Она помешивала содержимое своего стакана и дула на него, делая вид, что напиток для неё слишком горячий.
Допив, Кэл Элл поставил чашку на середину стола и посмотрел на девушку перед ним. Та отвернулась в сторону окна, продолжая дуться, словно ребёнок. Он издал усталый вздох и помассировал глаза. Сейчас Кэлу не хотелось ничего, кроме как плюхнуться в свою кровать и крепко уснуть, но он понимал, что более не может откладывать их разговор. Вообще-то, помимо той глупой клятвы, есть ещё кое-что важное, что Вождь хотел бы обсудить со своей невестой, но никак не мог найти время. Кэл решил, что сейчас ему как раз представилась возможность.
— Послушай, — он попытался вновь привлечь внимание девушки, — оставь это в прошлом, лучше думай о будущем, — проговорил тот мягким тоном.
В ответ она одарила его холодным взглядом. Кэл взял её за руку и заглянул прямо в её фиалковые глаза.
Дарина неохотно посмотрела на него и была удивлена: он смотрел на неё с искренним сожалением. Девушка смутилась — неужели ему и правда жаль?
— Я знаю, что в последнее время уделял тебе очень мало внимания и понимаю твою злость, но скоро всё изменится. — Он нежно сжал её руку и, тепло улыбнувшись, продолжил: — приготовления к свадьбе почти закончены, осталось уладить лишь пару мелочей. А когда мы, наконец, поженимся, я обещаю, что буду уделять тебе всё своё свободное время, — радостно сообщил ей Кэл.
Однако Дарина не разделяла его радость. Даже раньше вся эта идея с помолвкой, предложенная их отцами, не казалась ей хорошей, а сейчас и подавно. Она вырвала свою руку из его и спрятала её под стол, там, где он её не достанет. Девушка посмотрела на него с грустью, а
