Животные были погребены там же, в огне. Ветер унес их пепел, не оставив даже воспоминаний. Дана и Мгла постояли над погребальным костром. Потом Дана принялась наводить порядок во дворе, а Мгла решила заняться разведкой- здесь оказалось так много всего интересного, не испробованного. Вот снова железный забор. Она поморщилась, лизнув холодное железо. Горькое, намного хуже, чем внизу в подвалах. Она с обидой укусила невкусное железо, еще и еще.
Когда Дана наконец закончила с приборкой, Мгла прогрызла уже основательный кусок в заколдованной ограде. Девушка с тревогой осмотрела кобылу- никаких последствий от встречи со смертельными заклинаниями. И на ограде следов магии не осталось, потому что Мгла буквально разорвала плетение, и заклятья потеряли свою силу. Дана с изумлением посмотрела края дыры в ограде- заклятья висели лохмотьями, а Мгла задумчиво жевала кусок железа. Прожевала, не понравилось, выплюнула. Высунула нос за ограду, в недоумении осматривая деревья. Они вкусные?
-Э, нет, голубушка,- остудила ее пыл Дана,- Хватит с нас и ограды. Идем собирать вещи, мы сегодня уходим. Ведь ты пойдешь со мной?
Мгла согласно кивнула и пошла вслед за новой хозяйкой, которая никогда не забывала ее покормить, и у которой всегда находилось ласковое словечко для нее.
Леший от души благодарил Дану за избавление его леса от колдуна, а еще пуще того- от злой воли в доме. Рубиус и после смерти не растерял своего дара- его магии хватало, чтобы притягивать в дом все новых и новых чернокнижников. Зов ловил подходящую жертву и дурманом проникал в мозг, заставляя бросать все и искать дом Рубиуса. Здесь каждый новый чернокнижник селился до конца своей жизни, чтобы продолжить труды Рубиуса. Теперь же дом на рассвете стал обычным имением, без всполохов красных огней, и завываний на чердаке.
Путь на лошади оказался намного комфортней и приятней, чем пешком. Дана от всей души благодарила Мглу, верно угадывая, что та понимает каждое ее слово.
В пути обнаружилось еще одно свойство ее попутчицы-лошадки.
Как-то Дана зачиталась книгой, пытаясь по особому произнести упрямое заклинание, что не получалось уже несколько дней. Она уже на все лады прочла знаки, сделала с пассами рук и без них, ничего не получалось. Вдруг в мозг ворвалась яркая картинка - у костра слишком близко лежали ветки хвороста, и самая крайняя уже занялась огнем, грозя следующим мгновением поджечь котомку с вещами Даны. Девушка выругалась, отбросила книгу и скороговоркой произнесла заклинание воды, вытянув вперед руку с нужным пассом.
Вот только ограничение не поставила, и вода, что тут же упала с неба водопадом, затопила не только горевшую ветку, но и сам костер, и котомку, и Дану. И Мглу, что ехидно ржала. Дана мрачно взглянула на неожиданную телепатку из-за сырой челки. Теперь нужно искать новое место для ночлега, сушиться самой, и главное- сушить книги и продукты.
Спустя несколько недель.
Лес остался за спиной. Дана стояла на опушке, покрытой редкой травой. Она смотрела на простирающуюся перед ней местность. Чахлая зелень, черные пятна голой земли... Отголоски разрушительного заклинания Ривиэля. Эта полоса продолжалась до самого горизонта, насколько могла видеть Дана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мгла ткнулась ей в плечо, жарко обдала горячим дыханием. Она не боялась магии, что сочилась буквально из-под каждого камешка, хотя как животное, ощущала ее присутствие и губительное действие для себя и своей хозяйки. А магии здесь было много - сырой, неиспользованной. Она клубилась на этой линии заклятья, потому что не могла выйти, и копилась здесь десятилетиями. Точнее, уже 83 года, ведь именно тогда закончилась война. Потому и не растет трава- верхний слой магии сжигает нежные корешки, не дает напитаться светом и силой.
Дана присела на корточки, и взяла в горсть немного земли. От соприкосновения с магом комья землицы заискрили, как бенгальские огни. Наверное, здесь было применено очередное заклинание злодеев- но не сработало, вот и разлилась неиспользованная сила по поверхности. Девушка закрыла глаза, сосредоточилась и перед ее взором предстала протяженность этого слоя сырой магии- слой окружал пустошь полукругом, шириной он был несколько миль, в длину сотни миль. Полностью ограничивал владения Ривиэля, заканчиваясь на естественных границах- горы справа, и Снежное королевство впереди, на севере. А вот пустошь была огромна. Неудивительно, что белые маги так долго не могли истребить чернокнижников- на такой большой территории столько лет проводились эксперименты.
И это не чернокнижники постарались, поняла Дана - белые архимаги выстроили этот барьер. Что ж, и добро не всегда доброе, бывает и оно использует запрещенные приемчики. Много людей пострадало при создании этой линии, и своих и врагов. Но результат был достигнут- ненадолго чернокнижники были заперты в пределах ограничивающей линии, и воины объединенных королевств начали битву за свою свободу. Потом линия истощилась, некромаги прорвались. Некоторые бежали. Но цель была достигнута- Ривиэль повержен, некроманты остались без главы. Белые маги назвали себя победителями.
Тирея рассказывала, что магические школы пытаются возродиться. Пытаются потому, что берут слишком мало учеников. Остерегаются учить абы ого. Факультеты некромантии вообще запретили.
Для того, чтобы успеть на вступительный экзамен, ей надо было проехать через пустошь и Цветочные горы. В объезд это займет на три недели дольше и к экзаменам в Академию она не успеет. Дана не рассчитала время пути в самом начале, и теперь даже с Мглой не могла наверстать упущенное. Точнее, не смогла бы, если бы ехала намеченной дорогой. Но Дана решила сократить путь по Мертвой пустоши.
Дана ехала по ней второй день. И совсем это не пустошь. Когда линия закончилась, перед ней открылась нормальная естественная природа- холмы, леса, поляны с ягодами, кое-где даже деревеньки попадались, а при них возделанные поля и пастбища с коровами и козами. Издалека девушка видела их жителей- все сплошь смуглые, темноволосые.
В деревнях она не решилась останавливаться. Все же она пока плохо контролировала свой Дар. В воспоминаниях до сих пор стояла сырость даже в ушах после злополучного заклинания. После сушки на соседней полянке, они сообща стали учиться транслировать и принимать картинки-образы, что передавала Мгла. Она не испытывала никаких усилий при передаче- захотела и сделала. В целом, подобный дар у лошади был полезен- она нутром чуяла магию и разделяла ее на враждебную и не очень. Так, Дана избежала довольно неприятной ловушки, что готовилась в одном трактире, где решила заночевать. Хозяева подмешивали в еду постояльцам сонные чары. Да-да, именно чары, а не травы. Они были настолько простенькие, что даже опытный маг не смог бы разобрать их действие. А как известно- сложное, не значит эффективное. Мгла же, как обычно, раскрыла двери в конюшне, куда ее определили и отправилась гулять по двору. Заглянула в окошко кухни, где жена трактирщика нехитро колдовала над тарелками. Мгла, немедля ни минуты, копытами выбила дверь в зал трактира, показала Дане картинку происходящего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
