девочка освещают ей путь, чтобы она не споткнулась. Пегги Рингвальд и Флёр Вербум отходят в сторону.
Волшебство момента улетучилось. Чувство, что вокруг витают какие-то магические силы, вдруг исчезает. На какое-то мгновение у меня появляется ощущение, что меня обманули. Вокруг меня раздаётся гул, напоминающий пчелиный улей, а в моём желудке как будто образовалась дыра. Кажется, все знают, что будет дальше и вообще что здесь происходит. Одна я не знаю. Чувствую себя невыразимо глупо и совершенно неуместно. И в то же время я не понимаю, почему это должно меня волновать? Я чётко дала понять папе, что в крайнем случае буду спать на диване, но ни за что не перееду в одну из этих башен. При этом мне всё равно любопытно. Тем более у меня постепенно складывается ощущение, что ему мой отказ очень даже на руку.
– А что сейчас? – тихо спрашиваю я. Мальчик рядом со мной напряжённо пожимает плечами.
– Ждать и скрестить пальцы на удачу, – шепчет он.
Хейзел что-то говорит, но из-за его ответа я не разбираю слов. Дверь со скрипом распахивается, и все задерживают дыхание, когда Хейзел медленными, но уверенными шагами направляется внутрь. И вскоре исчезает в темноте башни. Кругом так тихо, что можно было бы услышать, как чихает божья коровка.
– А чего мы все ждём? – интересуюсь я, устав ждать, что произойдёт дальше. Но в ответ мне летит только:
– Ш-ш-ш!
Ничего из этого не выйдет. В моей памяти звучит голос отца. Она совершенно не подготовлена. Я вызывающе выпячиваю нижнюю губу. А что, если я передумаю?
Флёр Вербум кажется вполне симпатичной особой, да и башня мне нравится. Кроме того, с чего бы это папа точно так же, как я, не хочет, чтобы я жила в одной из башен? Он редко со мной так быстро соглашается. Подозрительно всё это.
Через некоторое время я слышу, как сверху нас кто-то тихонько окликает. Словно в замедленной съёмке, как будто она этого и ждала, перед моими глазами медленно закрывается дверь. Вверху, на мостике-тропе, висящем между деревьев, стоит Хейзел и машет нам через перила. Из круглого нечто рядом с ней, которое в сумеречном свете выглядит как большое овальное птичье гнездо, льётся свет, освещая её покрасневшие от волнения щёки.
Флёр Вербум, сияя, вскидывает вверх руки и восклицает:
– Живущие на деревьях, вы готовы принять в свои ряды нового жителя башни?
Кругом раздаются громкие аплодисменты и крики радости. Честно говоря, мне тоже очень трудно удержаться от того, чтобы не вскинуть руки вместе со всеми. Тотчас над нашими головами от Зелёной башни до следующей начинают загораться десятки лампочек, как будто кто-то включил гирлянду на садовой вечеринке. Вот только она гораздо больше и красивее обычной. Теперь в ярком свете лампочек я могу различить, что вверху пряталось множество этих странных шаров, которые оказались небольшими круглыми домиками на деревьях. Нет, ну это, конечно, гораздо круче, чем какая-то совместная спальня. Хочу я того или нет, сейчас моё сердце начинает биться быстрее.
– Как же это красиво, чёрт побери!
В восторге я смотрю на мальчика рядом со мной, и он робко улыбается в ответ.
Да. Если не сейчас, то когда же ещё? Папа, ты ещё увидишь!
– Сначала ты или я?
Но он не реагирует, а просто тупо смотрит на меня. Трое других тоже не двигаются, тогда я сама направляюсь ко входу в башню. Я просто хочу посмотреть, как там всё выглядит внутри.
Но тут он хватает меня за рукав, качает головой и указывает на дверь:
– Ты же видишь, она снова закрылась. Это значит, что сегодня новых Живущих на деревьях среди нас больше нет. Башни это точно знают.
Живущих на деревьях? Что всё это значит? Кроме того, я совсем и не собиралась… Правда, совсем не хотела!
– Э, что? – упрямо восклицаю я.
Но он не успевает мне больше ничего объяснить, потому что наша маленькая процессия снова продолжает движение, меня мягко подталкивают идущие сзади.
Вот чёрт побери!
Глава 9
Наша следующая остановка – Жёлтая башня. На самом деле она, конечно, бежевая, а чтобы войти в неё, необходимо спуститься на две ступеньки. Она излучает тепло. Есть в ней какая-то притягательная сила. У неё нигде нет острых краёв, всё сглажено и выглядит очень органично. Мне она нравится.
Вокруг входа и до самой плоской крыши, покрытой красно-коричневой глиняной черепицей, вьются жёлтые цветущие виноградные лозы. Ветви винограда вокруг овальных четырёхстворчатых окон до самого верха аккуратно подстрижены.
В этот раз рядом с ректоркой встаёт пожилая, крепко сложенная, невысокая учительница в коричневом костюме. Она напоминает мне добродушную картофелину. С двух сторон от них опять стоят двое с факелами. На этот раз мальчик и более старшая девочка. Снова ученики старших классов встают вокруг нас полукругом, а женщины с трудом закрывают дверь, которая кажется ещё тяжелее, чем предыдущая, и поднимаются по двум ступеням к нам.
– Меня зовут Тара Клейботтом, я приветствую жителей Земляной башни, – торжественно произносит учительница. В этот раз я уже не смеюсь, хотя «жители башни» звучит всё равно как-то глупо. Сразу после этого она произносит свои магические слова:
Из земли что растёт,
Здесь начало берёт,
Если чувствуешь сердцем —
Тебя башня зовёт,
И дверь как будто знакома,
То будь здесь как дома.
Я сглатываю. Может быть, мне стоит рискнуть здесь? Моё сердце подпрыгивает до самого горла. Зелёная башня была красивее. Спальные гнёзда – это вам не спальня в общаге. Собственный дом-шар высоко на верхушке дерева – это действительно было бы круто. Я ведь всё ещё могу согласиться с папиным предложением и снимать комнату в деревне… Ну нет, никогда! Что за дурацкая идея, папа! Или поставлю палатку где-нибудь на улице. Пробегаю глазами по толпе, выглядывая папу. А если я внезапно изменю решение, то уроню себя в глазах окружающих? Может, стоит устроить папе небольшой сюрприз? Если он не пришёл, то мне всё равно. Я могла бы сказать ему позже, что мне уже не нужно перебираться в этот подвал, или…
Но тут я ловлю на себе взгляд Зои-Зелёные-Сапоги. Весьма пренебрежительный взгляд. Уголки её рта подёргиваются, как будто она уже заранее уверена, что ни одна башня меня не примет. Вообще ни одна. И это становится последней каплей. Всё, решено! Жаль, что я затормозила у Зелёной башни. Но эта
