избавит нас от ищущих халявы людей, но хотя бы снизит поток самых наглых.
— Ладно, — согласился я. — Что ещё?
— Также я купил три одинаковых кареты без опознавательных знаков. Предположительно на них Вы будете уезжать из поликлиники.
— А на самом деле? — спросил я.
— Там есть подземный ход, про который известно только собственнику поликлиники. Ход ведёт в бар-ресторан, который тоже принадлежит собственнику поликлиники.
— Смотрю ты всё предусмотрел. Надеюсь, когда договаривался, ты не обделили себя?
На лице Столярова появилась блаженная улыбка.
— Не переживайте. Я получу очень хороший откат, когда Вы примите своего первого пациента.
В столовой сидел Зес, который жадно поглощал пищу. Увидев меня, он хотел отложить столовые приборы, но я дал знак, чтобы он кушал и не торопился.
Через десять минут он довольный откинулся на спинку стула.
— Спасибо, что дал поесть. Я с двенадцати часов следил за входом в Академию. По расписанию у Щеглова было всего две пары. Но он почему-то задержался.
— Сытый человек, спокойный человек, — произнёс я. — Что удалось узнать?
— Щеглов живёт в центральном районе. Его дом чуть меньше того, что занимаем мы. Слуг и охраны почти нет. Однако за его домом ведут наблюдение люди из ГРУ
— С чего ты взял? — спросил я.
— Я узнал одного из них. Он участвовал в нашем захвате, когда мы первый раз прибыли в столицу на воздушном корабле, — ответил он. — В общем, я не стал сильно светиться там, чтобы не быть обнаруженным. Но сразу видно, что Щеглов переживает не лучшие времена.
— С чего ты взял? — спросил я.
— Я видел, что его встретила сестра, у которой платье выглядело уже поношенным. Конечно это может быть обычной бережливостью. Но сам понимаешь, будь у них деньги ни о какой бережливости не было бы и речи.
Я задумался. Честно сказать я слышал разговоры родных о том, что род Щегловых очень богат. Имея рудники с метеоритным железом, иначе не могло быть! А это значит, что император и его люди ободрали их до нитки. И я был уверен, что рудники теперь находятся в собственности императорского рода.
— Такова судьба проигравших, — сказал я. — Им ещё повезло, что их оставили в живых.
— Согласен, — произнёс Зес. — Какие действия мы будем предпринимать в отношении них?
— Раз у них нет денег, то и вести сложную игру против меня и рода они не смогут. Оставим их пока в покое. Однако, если заметим, что они всё-таки замышляют против нас, тогда уничтожим!
* * *
Особняк Щегловых.
— Брат, — обратилась ко Льву, его младшая сестра Анна, — почему ты не обратился к целителям, чтобы тебе исцелили твой нос.
Лев прикусил губу, обдумывая свой ответ. Он присел на колени рядом со стоящей сестрой и обняв её, сказал.
— Прости, сестра, но у нас больше нет на это денег. Поэтому я подожду, когда он сам заживёт. Дядька Василий его вправил. И теперь он срастётся правильно.
— Но тебе же больно. Ох, не дай Стихия мне попадётся этот гадский Тьер. Я его вморожу в стену так, что он и глазом не моргнёт.
— Ань, ты ведь не просто так ходишь по дому в этом платье. Тебе ведь нечего надеть! Или думаешь я не заметил, что к тебе перестали приходить подруги и ты в последнее время сидишь дома, потому что никто такого приглашения не присылает тебе?
Двенадцатилетняя девушка опустила голову, признавая обидные слова брата. Единственного родного человека, оставшегося после гражданской войны.
— Мы справимся, — со слезами на глазах сказала Анна. — Брат, может мне лучше не поступать в следующем году в Академию? Мы не сможем оплатить моё обучение.
— Даже не думай об этом, — ответил Лев. — Я уже занимаюсь вопросом продажи этого особняка. Продав его, мы сможем оплатить твою учебу и мой пятый курс.
— Жаль конечно, — произнесла сестра, — но больше нам не понадобится такой большой особняк. Кстати, сегодня уволились ещё две служанки. Я их не стала держать.
— И правильно. Я тоже предлагаю Василию освободить его от службы, и нашу няню тоже, но они оба отказались.
— Знаешь, а ведь кроме них у нас никого не осталось, — задумчиво произнесла Анна. — А давай мы будем теперь кушать вчетвером? — и сделав паузу, дополнила: — Так хоть немного веселее будет…
* * *
Вечером того же дня ко мне постучался Столяров.
— Господин, — поклонился он, — пришло письмо, о получении которого Вы просили сразу ставить Вас в известность.
Я скривился, но делать было нечего. И вскрыв письмо я прочёл.
'Дорогой Ярар.
Твой пациент прибывает на днях в столицу. Учитывая, что между нами ещё нет большого доверия, то я сочла необходимым, чтобы ты подписал магический договор о неразглашении сведений о месте и времени, где будет проводиться омоложение. Достав магический пергамент, ты увидишь, что я его тоже подписала. Там ещё прописаны гарантии взаимной безопасности и пункт о ненападении.
Мой человек будет ждать этот договор. Прошу не обижай его…'
— Где находится человек, доставивший письмо? — спросил я у Столярова.
— Под охраной в гостевой комнате, — ответил он. — А что, не нужно было его пускать?
— Ладно, пусть сидит. Потом проверю не оставил ли он нам какие-нибудь сюрпризы.
'… Место и время встречи сообщит он же, — продолжил я читать письмо. — Как мы и договаривались, оплатой послужит метеоритное железо. Кстати, и накопителей мы взяли немного больше. Скажу сразу, спрашивать у моей госпожи напрямую сколько лет старейшему морфу бессмысленно! Ахах-ха, интересно, что она ещё вам наплела…?
В общем, со своей стороны мы подготовились полностью. Осталось дело за тобой. И ничего не бойся, пока ты помогаешь нашей расе, тебя никто не тронет!
С любовью Юлизея.'
Я откинул письмо. Этой змеюке нравится выводить меня из себя такими приписками⁇ Нужно подумать, как ей отомстить при встрече…
Разложив на столе магический пергамент, я стал читать договор. За исключением нескольких пунктов он был стандартным. И после того, как я его проверил на скрытые пункты, подписал.
Спустившись вниз я увидел сидящего в гостиной мужчину. Его лицо мне показалось знакомым.
— Тебе повезло, что здесь нет мой матери. — И заметив его удивленный взгляд, дополнил: — Живым ты бы отсюда не вышел. Она никогда не забудет тех, кто приставил сталь к горлу его сына.
Именно этот мужчина держал в заложниках Тимофея, когда Юлизея проникла в замок Тьер, притворившись рабом.
Я передал ему пергамент, после чего он, не проронив ни слова, ушёл.
— За ним нужно следить? — спросил меня Зес. Пока Столяров ходил ко мне, он всё время находился с тем человеком в одной комнате.
— Не стоит, — ответил я. После чего,
