сразу двоих.
– Побоится… Как ты себе это представляешь? Мы собираем чемоданы, и что? Куда? Самолетом? Поездом? Выследить элементарно!
– Всегда есть выход!
– Ты такая выдумщица… – Вава с трудом сдерживал раздражение. – Подумай сама, у тебя есть все: дом, статус, сумасшедшие деньги… Венька держит в руках полгорода! Сколько подруг тебе завидуют! Я неплохо устроен, скоро открывается новый филиал, могу попроситься туда… Зачем? Давай не менять то, что…
– Зачем? Я хочу нормальную семью, детей! – закричала Настя. – Не хочу спать с ним, не хочу, чтобы мне все время тыкали: та, бывшая, лучше, а я приблудная! Не их круга, рылом не вышла! Венькина сестра, старая засушенная вобла, учит манерам, как одеваться… Это, Настенька, слишком ярко, то дешево, не надо пошлости, пирожное вилочкой, локти не ставить, бокал за ножку… аристократка вшивая! Стерва! Всю жизнь в пыли в библиотеке, начиталась! Ах, Набоков! Ах, Бродский! Как, вы не читали Бунина? Не может быть! И главное, на «вы»! Убила бы… Не хочу их всех видеть!
– Я слышал, Венька ее не жалует, – заметил Вава.
– Не жалует, она и его достала. Старшая, имеет право. Для нее он все еще пацан – зудит, воспитывает… Обещаешь подумать?
– О чем? – вырвалось у Вавы.
– О нас! Ты меня не слушаешь!
– Слушаю. О чем я должен подумать?
– Сам знаешь. Ты сидишь на финансах… Тебя учить?
Долгую минуту они смотрели друг дружке в глаза. Мужчина отвел взгляд первым.
– Обещаешь? – повторила Настя. – Мы сможем! Главное, все хорошенько взвесить… да?
Мужчина неуверенно кивнул…
* * *
…Шибаев шел домой пешком, ему нужно было подумать. Хорошенько вспомнить вчерашний вечер, который виделся в тумане и тревожил. Драку он помнил прекрасно, вой полицейских сирен и побег тоже, а дальше одни пробелы. Холод стены, ощущаемый спиной через легкий свитер, голова кругом, женщина в светящемся ореоле… ее голос. Потом провал и сразу чужая комната, он лежит на диване; пахнет лекарствами, она промокает ему физиономию и дует, чтобы было не больно. Он попытался представить себе ее лицо… темные длинные волосы, голубые глаза… голос! Неторопливый, со смешинкой… Он помнил, как она спрашивала о чем-то, а он отвечал и смеялся. А утром ее уже не было…
День был серенький, влажный и холодный – на реке пошел лед. Голова у Шибаева кружилась от запахов талой земли и реки, набухшей коры деревьев, невидимых крахмальных простыней, сохнущих где-то наверху и бьющих парусом… Весна! Он был полон умиротворения и надежд. Незнакомая женщина в ореоле света, ее голос и смех казались ему водоразделом между прошлой и настоящей жизнью, обещанием перемен. Драка виделась предисловием к тому, что последовало, и непременным условием встречи. Он вытащил руку из кармана чужой куртки, снова увидел сбитые до крови косточки и рассмеялся…
Глава 12. «Коломбина». Раздумья…
Не плачь и не думай:
Прошедшего – нет!
Приветственным шумом
Врывается свет.
В. Брюсов. Не плачь и не думай
«Послушайте, если у вас все хорошо, то и слава богу! А если есть проблемы – милости просим. Иногда человек сам не знает, в чем проблема, ему просто плохо. Острое недовольство собой и миром. Или недостаточно хорошо, вот прямо царапает и не дает наслаждаться жизнью. Все не так: внешний вид – тихий ужас, коллеги – дураки, начальник – псих, соседи – уроды; с утра тоска зеленая, не улыбается и в зеркало не смотрится – глаза б не видели! Мешки и серость! Поводов для радости не наблюдается, сериалы про Золушек задолбали, потому что брехня, надеть нечего, хотя из шкафа все выпадает и дверцы не закрываются, никто никуда не зовет, подруга увела парня… тоже брехня, не парень вовсе, а так, перекинулись парой слов, но все равно обидно; никто не пристает на улице и даже не смотрит, не зовет, не приглашает… Что делать и как жить дальше? Что менять: себя, окружение, прическу, работу, подруг, косметику, маршрут на работу? Нужен совет, пинок в нужном направлении… мотивация! В смысле, для чего стараться. Приоритеты, вехи, флажки, указующие персты…
Если прониклись, то приходите. Поделимся, посоветуемся. Все любят давать советы с высоты своего жизненного опыта и делиться… назовем их «жизненными рецептами». Если есть рецепты баклажанной икры или жареной картошки, то почему не может быть жизненных? Клуб жизненных рецептов «Коломбина». Приходите. Бесплатно. Анонимно. Придумайте себе имя! То, какое выбрали бы себе при рождении, если бы вас спросили. Анжелика, Каролина, Клеопатра, Нефертити… Вперед! Приходите, и посмотрим, что из этого выйдет. Согласны? Ждем!»
И приписка снизу:
«Юлька, не говори нет, сначала подумай! Поняла? Текст авторский, шикарный, вот увидишь, набежит толпа. Ну не толпа, конечно. Кто попало не проникнется, согласна, но нам кто попало и не нужен. Придут неглупые, любопытные, те, кому не хватает общения и которых зацепит, – наша аудитория! Редакторские девушки одобрили. Говорят, с радостью записались бы. Только я бы брала за вход, халява радует, но не ценится. Пользуйся!»
Юлия откинулась на спинку кресла и задумалась. Инга, как и обещала, сочинила текст про «Коломбину», получилось, надо признать, нестандартно. Выпадает из общего стиля. Я бы, пожалуй, клюнула, подумала Юлия. Пришла бы посмотреть на хостес, сочинившую это, и клюнувшую публику. Одно «но»! Никто никому ничего не обещает! Это застопорит процесс. Не обещает, что появятся смыслы, уверенность в себе, начнется новая жизнь и откроются горизонты. Жизненные рецепты, конечно, интересно, но… не мало ли? Жизненные рецепты от мамы, бабушки, тети Сони и соседки Клавы… а разочарованным хочется скорых решений и праздника. Чего-то не хватает, решила Юлия. Вроде: «Фирма гарантирует результат в течение двух недель». Подумала и дописала: «Нас много и вместе мы сила!» Поморщилась… а что не так? Все так. Каждому нужна стая, свой круг, человек – животное стадное… так ведь? Не в уничижительном смысле, а просто так есть. Она еще раз перечитала текст и решила: ладно, пусть остается, ей все равно не написать лучше. Сапиенти сат, как говорится[5]. Картинку с Коломбиной и голубем состряпал знакомый айтишник, он же запустит страничку; сидим и ждем, что выйдет.
Инга спрашивает, зачем это ей нужно… Она задает себе тот же вопрос, но ответа нет: весомого, сильного, убедительного. Ну там помощь ближнему, обычное любопытство, от скуки, рассмотреть поближе незнакомый контингент, профессиональный интерес, наконец. Может, действительно когда-нибудь получится книга… в соавторстве с Ингой, у нее бойкое перо и язык подвешен – дай бог всякому. Юлия вспомнила
