– От вашей болезни есть лекарство, но от вас потребуется деятельное участие.
– Он может меня узнать.
– Я вам дам артефакт для маскировки. И еще один артефакт, который поможет в нашем предприятии. Надеюсь, что вы справитесь.
Повелитель амулетов про себя ухмыльнулся: нет в Сонхи такого артефакта, с которым он бы не справился.
По утрам, когда постояльцы завтракали, гостиницу осаждали экскурсоводы.
Мужчины и женщины в традиционных нангерских костюмах, говорливые, обходительные, напористые. Зазывали смотреть достопримечательности, участвовать в народных праздниках – в окрестных деревнях каждый день какой-нибудь праздник, ловить рыбу в горных речках, лазать по пещерам, дегустировать местные блюда и напитки «в полезной для пищеварения естественной обстановке».
Обещали «незабываемые приключения с подлинными разбойниками». Клиенту предлагалось взять с собой сумму, на которую он будет ограблен, а перед этим подписать договор о возмездном оказании услуг – с обязательным пунктом, что клиент заранее отказывается от любых претензий к разбойникам, действующим в рамках договора. Авантюры на любой вкус: «Веселое и поучительное приключение для семей с детьми», «Приключение для чувствительных дам и господ, без излишнего беспокойства, с дружеским чаепитием в конце», «Особое пикантное приключение для взрослых дам», «Особое пикантное приключение для взрослых кавалеров, с участием знаменитой разбойницы Содьи Кначеги».
Последний пункт в зазывном листке, подсунутом вместе с завтраком, Эдмара заинтересовал, и тот начал уговаривать спутников познакомиться с Содьей Кначеги. Мол, если услуги подлинных разбойников нам не понравятся, я превращу их в горных козлов или в мышей – разумеется, не предъявляя им никаких претензий, согласно букве договора.
– А еще тут можно посмотреть на окаменелые останки демонов древности в недавно открытой пещере Очьемьят, – сообщил Кемурт, вытянув из-под ощетиненной выпуклыми ромбиками мельхиоровой сахарницы другой листок.
– Окаменелые останки демонов? – фыркнул Тейзург. – Они это серьезно? И все живы-здоровы, и коллеги до сих пор не набежали, дабы изъять или запечатать?
– Господа, будьте снисходительны, гостям Нангера нужны развлечения, – укоризненно произнес старик, пивший чай за соседним столиком.
Судя по речи без характерного местного акцента, тоже приезжий, и судя по фону – маг. Они уже видели его в «Несравненном штруделе». А может, видели там похожего старого мага. Даже Хантре не мог бы сказать наверняка, он это или другой человек.
– Я бы посмотрел, – заметил Кемурт. – Ясно, что покажут бутафорию, но, может, сама пещера интересная.
– Любопытно взглянуть, что они придумали на радость гостям Нангера, – согласился Эдмар. – Хантре, надеюсь, против пещеры Очьемьят у тебя возражений не будет?
– Давайте посмотрим, – отозвался Хантре.
Опять возникло смутное представление о колодце, на дне которого что-то лежит, под вековыми слоями холодного тумана… Хотя нет у этого колодца никакого дна. Но там все равно что-то лежит.
Дирвен чем дальше, тем больше сомневался в том, что этот господин Арнахти сможет ему помочь. То ли шарлатан, который до сих пор не понял, на кого напал, то ли волшебник из самых завалящих, вдобавок начинающий выживать из ума.
Когда Дирвен был первым амулетчиком Светлейшей Ложи, его каждую восьмицу возили в театр – мол, для расширения кругозора и чтобы культуры поднабрался. Бывало, что на сцене появлялся какой-нибудь никудышный маг, который путался в заклинаниях, надевал камзол наизнанку и вместо своей трости уносил оставленную служанкой швабру. Цензура Ложи, разумеется, держала все под контролем, и если в пьесе был такой персонаж, в противовес ему обязательно показывали мудрого, решительного, компетентного мага, хотя бы в одном из эпизодов – «чтобы у публики не сложилось искаженного представления о наших коллегах», как однажды пояснил Дирвену его куратор.
Господин Арнахти был точь-в-точь как те бестолковые комедийные волшебники. Вчера он уверял, что снять паскудное заклятье – раз плюнуть. Главное, чтобы тот, кто учинил сию непотребную каверзу, хотя бы пять минут находился рядом. А сегодня заявил, растеряно моргая слезящимися глазами, что ничего не получится, потому что артефакт, способный даже могущественного волшебника обездвижить и ввергнуть в бессознательное состояние, сам собой выбрался у него из кладовки и куда-то уполз.
– Куда уполз? – сквозь зубы процедил огорошенный клиент.
– Я не смог определить, – сокрушенно затараторил Арнахти, словно не замечая, что собеседник готов схватить его за дряблое горло и приложить о стенку. – Магический след слабый и прерывистый, я его потерял… Но погодите, выход есть! Если мне удастся в ближайшее время найти достаточно сильного и умелого амулетчика, согласного за умеренную цену мне помочь, я, в свою очередь, смогу помочь вам и выполню свои обязательства. В Горной Аленде кого только не встретишь, я поспрашиваю… Вы готовы обождать несколько дней? Если нет, я верну задаток.
Дирвен глядел на него с прищуром и размышлял, несмотря на клокочущее в душе раздражение. Артефакты, способные самостоятельно перемещаться, действительно, существуют. Бездушные создания, которые ведут себя, как живые – вроде механических заводных игрушек, только с ними все намного сложнее. Встречаются они редко, но на службе у Ложи ему приходилось иметь с ними дело. Ловить такую штуковину, если она удирает или прячется – та еще морока. Для того чтобы взять ее под контроль, надо оказаться на рабочей дистанции от объекта, который как будто соображает, что гулянка скоро закончится, и во всю прыть от тебя улепетывает. И самая засада в том, что чаще всего это не единичный артефакт, а конгломерат наподобие организма, у которого есть голова, сердце, ноги, так что нужно брать под контроль все составные части разом.
Арнахти заплакал. Вытащил из кармана застиранный платок с вышитыми в уголке инициалами, промокнул слезящиеся глаза, потом печально высморкался.
– Я никогда еще не оказывался в таком положении перед клиентом, – пояснил он удрученным тоном. – Задаток отдам сейчас, чтобы вы не подумали… Если мне удастся в скорейшем времени найти амулетчика для решения сего вопроса, я пошлю за вами Барвилу. Прошу вас никому не рассказывать о том, как я оконфузился.
Вытянув руку, он извлек из воздуха кошель и начал развязывать дрожащими пальцами.
На мгновение Дирвену стало его жалко.
– Погодите, не надо пока отдавать задаток. Я амулетчик, но эти способности у меня проявились недавно. Не знаю, смогу ли я изловить ваш артефакт, учиться я начал год назад. Я попробую. Если поймаю, вы мне сделаете скидку?
Неплохо бы сбить цену. Денег он захватил, сколько смог, остальное в тайнике в Исшоде. Он ведь не маг, чтобы наколдовать себе волшебную кладовку, до которой можно дотянуться откуда угодно. Даже из магов не всякий
