- Что? Быть содержанкой?! – я даже не знаю, как реагировать. Меня захлестнули противоречащие друг другу эмоции. Начать возмущаться или…согласиться? У меня нет средств к существованию в этом мире, брать меня замуж даргхан не собирается, да и сама я не желаю становиться ничьей женой. Да, имеется наследство, но распоряжаться им можно лишь после замужества. После Дарг-Раат никаких обязательств друг перед другом у нас не будет. Да, мне обещали некое «улучшение положения», но хочется чего-то более конкретного.
Пожизненное содержание… Звучит, конечно, соблазнительно! Кто ж откажется от зарплаты ни за что? Но я не наивная дурочка, и прекрасно понимаю, что таким макаром попаду в тотальную зависимость от даргхана. Кто девушке платит, тот ее и танцует. Что он потребует от меня потом? Я пока не готова прыгать в омут с головой. Пока поплаваю на поверхности, прощупаю дно.
Глава 8
- Я впечатлена вашей щедростью, - поблагодарила я его с таким видом, словно отказываюсь от отравленного напитка. – Но дочитаем контракт до конца, - улыбнулась я даргхану.
- Как вам будет угодно, Элиза, - ничуть не смутился мой благоверный.
Неужели для меня забрезжил свет в конце тоннеля? Тащить меня под венец никто больше не собирается, жених готов к диалогу и даже жениться на мне не собирается. Так, покажет людям, чтобы не стыдно было, и отпустит с миром. А ведь я вижу, что даргхан – человек неплохой. Даже когда он угрожал мне смертью, в голове крутилось только одна фраза: «Не верю!».
Мой новый жених едва заметно улыбнулся уголком рта и прочитал еще четыре пункта. На удивление, к ним у меня не возникло вопросов. Все понятно и правильно.
- Давайте подпишем, - приняла решение я.
- Уверена? – решил уточнить даргхан, удивленный моим добровольным согласием.
Откровенно говоря, такой тяжести я не ощущала даже тогда, когда подписывала договор об ипотечном займе. Тем не менее, нужно решаться и идти вперед, используя все возможности, которые дает судьба. На данный момент сделка с даргханом – мой единственный призрачный шанс вернуться домой.
- Давайте, пока не передумала, - вздохнула я, а даргхан…снова потянулся к ножу. Неужели он не шутил, когда требовал поставить подпись кровью? Ничего не объясняя и не комментируя, это чудо-юдо с каменным лицом сделало длинный разрез на собственной ладони, в появившуюся багряную кровь «обмакнул» перо и…подписал контракт. Ей-богу, будто не собственную кожу повредил, а масло на хлеб намазал. Я наблюдала за ним с таким выражением лица, как будто он на моих глазах решил выпить рюмочку нашатырного спирта.
- Я? – крякнула, когда даргхан протер перо и протянул его мне. – Э-э-э… Я все еще предлагаю альтернативные варианты крови, - с просящей улыбочкой пропищала я.
- Ты боишься крови? – удивленно предположил даргхан.
Мой хороший, знал бы ты, сколько литров крови я выкачала из пациентов, беря ее для анализов. Граф Дракула лопнул бы от таких дозировок. Нет, дело не в страхе, а в дикости происходящего. Для меня, что писать кровью, что измазать пергамент мочой – большой разницы нет, ведь все это – физиологические жидкости.
- Ладно, - буркнула я, принимая кинжал, на котором все еще видны следы размазанной крови. – У вас спирт есть? – обратилась я к хозяину дома. Нужно же соблюдать хоть какую-то стерильности. Еще не хватало подхватить заражение крови!
- Ты собралась напиться?! – даргхан чуть не грохнулся со стула.
- Нет, мне нужно протереть ножик, - закатила глаза я. Какой же дремучий все-таки этот магический народ. Никакой антисептики!
Удивительно, но спирт в доме нашелся. Небольшой закупоренный бутылек, уже опустошенный наполовину. Раз о дезинфекции здесь и не слышали, значит, спирт использовался с другой целью. Я бросила на даргхана быстрый взгляд. Ну, а с другой стороны, чем еще заниматься одинокому мужчине в ветхом доме на отвесной скале?
- Проклятый старый дом… - напела я, откупоривая бутыль и промачивая спиртом салфетку.
- Что? – не понял меня хозяин дома.
- Да так, - мотнула головой, протирая лезвие кинжала. Честно говоря, еще никогда мне не приходилось резать себя.
- Может, лучше я? – напрягся даргхан, увидев, как я прицеливаюсь к своему пальцу.
- Нет, - бросила я ему и сделала маленький надрез. Алая капиллярная кровь выступила над кожей, и я поспешила собрать ее кончиком пера. На что только не приходится идти ради того, чтобы вернуться в родной мир, в ипотечную студию, к своим круглосуточным дежурствам.
- Больно? – внезапно спросил даргхан.
- Нет, с чего вы взяли? – удивилась я его вопросу.
- Ты скривилась, будто тебе больно, - объяснил он.
- Мало приятного в том, чтобы резать себя, - нервно рассмеялась я. – Впрочем, всякое бывает, - пробубнила себе под нос. Однажды к нам привезли человека, который изрезал себя так, что на нем живого места не было. Кровопотеря была больше литра, но этот хирург-самоучка так и не повредил себе ни одного жизненно важного сосуда. Полежав в реанимации, он благополучно уехал лечиться в психбольницу.
Вполне возможно, что, если мой план удастся, и я вернусь в родной мир, то уеду туда же.
Я занесла перо над контрактом и вдруг вспомнила, что я писать не умею. Как на местном наречии звучит имя Элизы Гротт? Я могу написать свое имя на русском языке, в крайнем случае, продублировать его латиницей.
- Говорите, можно поставить закорючку? – как бы невзначай уточнила я.
- Не важно, главное, чтобы на пергаменте была ваша кровь, - ответил мне даргхан.
Ух, ты, как удобно! Не важно, что я напишу на пергаменте? Можно даже неприличный символ нарисовать? Немного подумав, я вывела пером «C8H10N4O2». Абракадабра? Вовсе нет! Это формула кофеина. На дежурствах я пила его литрами, порой по шесть чашек бодрящего эспрессо за одну ночь. Если что-то и может олицетворить меня, то только эта формула.
Глава 9
Посмотрев на мою подпись, даргхан скривился, но вслух ничего не сказал. Хоть что-то вывела, и на том спасибо. Он долго смотрел на контракт, перечитывая его, и вдруг мужское лицо заметно смягчилось. Резкие черты исчезли, морщина на лбу расправилась, и на губах заиграла светлая улыбка.
- Спасибо, - неожиданно произнес даргхан. – Я благодарен тебе за помощь.
- Вам откажешь! - буркнула я и обиженно надула губки. – То убить грозитесь, то в темницу заточить. А еще на Рота выступали.
- Ладно, возможно, я перегнул палку, - вздохнул даргхан. – Приношу свои извинения, если напугал вас, - он снова обращается ко мне на «вы».
- Нет, - широко улыбнулась я ему и покачала головой. – Не принимаю ваших извинений, в них нет ни капли искренности.
Даргхан оторопел. Должно быть, разница между содержанием моих слов и доброжелательным выражением лица сбила его с толку. Я – тертый калач, с людьми общаться умею, буйных и недовольных пациентов повидала больше, сколько и дежурные психиатры стационаров.
- Элиза, не забывайте, кто сидит перед вами, - прозвучало без какой-либо угрозы, но с внутренней силой. А кто сидит передо мной? Я присмотрелась к своему новому жениху: одинокий изгой, живущий в ветхом доме. Загадочным образом у него оказалась припасена наполовину опустошенная бутыль чистого спирта. У Гроттов в коридорах поместья можно заблудиться, постоянно снуют слуги и все отделано прекрасным ремонтом, а здесь… Все совсем иначе.
Так, кто же сидит передо мной? Я до сих пор не понимаю.
- У нас мало времени, - произнес даргхан и вдруг поднялся. – Нужно выдвигаться прямо сейчас, немедленно!
- Э-э-э, - растерялась я, обескураженная столь резкой сменой темы. – Ку-куда? – осторожно поинтересовалась я, а даргхан тем временем надел на себя темный камзол с серебристой вышивкой, пригладил волосы и ответил мне с легким раздражением:
- Как – куда?! Элиза, проснись! Дарг-Раат начнется вечером, и если мы не успеем к тому времени, то уже никогда на него не попадем!
