нас! Это всё я написал.
– Да понял я тебя уже, что ты писатель, – не сдавался тот. – Ну и молодец что писатель. Но плееры только под заказ, – усмехнулся твердолобый директор и перешёл на хамство, сказав: – А теперь иди отсюда. Твоё время кончилось.
– Моё время только началось, – ответил пионер, доставая из портфеля плеер.
– Что?! А ну вон отсюда, я сказал!
– Да погоди ты, – отмахнулся я, подключая наушники к минимагнитофончику. – Короче, раз не хочешь ты вникнуть в ситуацию, то вот тебе твой плеер и прослушай, пожалуйста, запись что там, на кассете записана.
– У меня нет времени! У тебя всё?
– Не всё у меня! Включай запись – говорю по-хорошему, иначе мы с тобой в другом месте поговорим!! – решил припугнуть директора Саша, не понимая как с ним можно разговаривать по-другому.
– Пугать меня не надо! Мал ещё! – рявкнул тот. – Что там у тебя записано? Песня?
– Песня.
– Я не люблю музыку и не люблю песни. У тебя всё? Тогда уходи. Мне некогда.
– А ты всё же послушай. Песня называется «Дядя Лёня, мы с тобой». Слышал такую? Вижу что слышал.
– Какой ещё «дядя Лёня»? – поднёс руку к груди, мгновенно успокоившийся, грозный директор.
– Вон тот дядя Лёня, – ощерился я и показал на, висевший на стене, портрет. – Знаешь такого? А знаешь, кто написал для него и о нём песню? Я! Я это написал! Можешь в этом не сомневаться!! А знаешь, что этому дяде Лёне очень рассказы мои понравились и он меня к себе в гости приглашает? Так знай – приглашает. Ну чего, теперь понимаешь, к чему я клоню? Всё очень просто: как же я к любимому дяде Лёне поеду без подарков, которые ты не хочешь дать? Знаешь, что с тобой за такое будет?!?!
Тут раздался шум за дверью, и я услышал громкий голос, который громко произнёс:
– Здравствуйте! Комитет государственной безопасности! Директор у себя?
– Ну что допрыгался? Ты думал, тебе всё с рук сойдёт? Думал – хиханьки-хаханьки будут?! А теперь ты попал по полной! Самый настоящий саботаж устроил в мирное время. А я ведь тебя предупреждал! Предупреждал, что плохо дело закончится, – слегка шуганул я обманувшего меня директора, распознав голос Кравцова, которого попросил срочно подъехать и, если что, помочь.
– И-и-и, – прошипел директор в ответ на мою лекцию.
А уже через мгновение, я, сделав два быстрых шага прыгнул к окнам и, распахнув форточку громко закричал в сторону двери:
– Секретарь! Скорую! Срочно! У директора сердечный приступ!
Минут через тридцать вышли из проходной завода.
– И как же такое у тебя постоянно получается? Тебе чего, их совсем не жалко? – спросил Кравцов, помогая нести коробку с тридцатью плеерами, за которые я честно заплатил в кассе завода 4 050 рублей – по 135 рублей за штуку. Дорого? Ну, в общем-то, дороговато. Однако тут нужно учесть, что выпуск только начался и скорее всего в будущем цена на изделие уменьшится.
– Да сами они, – расстроено отмахнулся я. – Сначала начинают орать, как взбесившиеся, потом, как им возразишь, пугаются до полусмерти, ну а затем уже падают. Абсолютно не понятное и аномальное поведение контрагентов.
– Контрагентов, – фыркнув, передразнил меня полковник. – И где ты только слова такие находишь. А ведь это люди, с ними нужно аккуратней.
– Так я аккуратно. А они падают…
– Ну, а чего ты их пугаешь? Они же на ответственном посту, на виду у начальства и других людей. С них спроса больше, чем с обычного трудяги. Естественно, боятся.
– А я его, товарищ Кравцов, не пугал, если бы он выполнил данное им самим обещание. Я сразу сказал, что мне при выпуске нужно будет тридцать штук. И не для спекуляции и наживы, а для дела! У меня ребята, у меня родственники, да и вообще вся наша и ваша компания.
– Нам не положено. Мы не взяткополучатели, – помотал головой тот. – Запрещено.
– Чепуха. Всем положено. Это премия за фильм. Так её и оформим, – ответственно пообещал пионер.
– Ну, если, как премия, – крякнул тот, засовывая коробку на заднее сиденье автомобиля, – то думаю, тогда никаких проблем не должно будет возникнуть, – захлопнул дверь «Волги». – Только тебе нужно будет переговорить об этом со своим начальством и всё это надлежащим образом оформить. Кто тебя сейчас курирует по линии Министерства культуры?
– Если честно, то я не в курсе. У меня что-то с замами не срослось.
– А потому что пугать народ не надо! И всё срастётся! – вновь указал мне на перегибы полковник.
– Больше не буду, – покорно кивнул я. – Что же касается куратора, то может сейчас опять Мячиков? Он вроде бы выздоровел.
– Скорее всего, так и есть. Вот с ним и переговори, – произнёс Кравцов и приказал: – Садись. Поехали.
Он довёз меня до дома, помог занести коробку в квартиру и, попрощавшись, уехал, пообещав завтра позвонить.
Я же умылся, поставил на плиту чайник и набрал Севе.
К счастью, тот оказался дома и я, узнав о его планах: «Да никаких планов нет. Вот думаю, чем заняться», предложил вечером поиграть в Деда Мороза и помочь мне развести подарки по адресатам.
– Давай, конечно! Ты большой молодец, что так хорошо всё придумал! – похвалил меня друг и неожиданно предложил: – Может быть, Юлю возьмём? Она будет Снегурочкой.
– А она согласится?
– Конечно, согласится. Она где-то в обед будет дома, и я ей сразу скажу.
– Ну, тогда в пять вечера заезжайте ко мне на тройке с бубенцами. И помчим, – обрисовал я план вечерних мероприятий.
– А ты до вечера, чем заниматься планируешь? – поинтересовался Сева.
– Сейчас плотно пообедаю, потом мчусь в мастерскую киностудии имени Горького. Там товарищ Хмельков с неделю назад договорился, что мой заказ примут к исполнению. Они, наверняка, уже что-то сделать смогли. Нужно заехать переговорить. И хотя, мне кажется, теперь съёмки этого костюма отложатся на неопределённый срок, тем не менее, доделать его необходимо. А потому нужно контролировать процесс, чтобы потом не разочароваться в конечном результате. Вот так-то… Ну, а после этого начнётся, собственно,
