на тебя. Свитки об умерших из школы Цикады пришли?
— Д-да…
— Теперь я должен деве Цин по самые уши, — вздохнул адский магистрат. — Подруга, просмотри их, вдруг там найдётся девушка с родинкой в левом углу рта. Чжан-сюн, — он обратился к мечнику нарочито беззаботно, — Теперь мы теперь сами по себе. Чем думаешь заняться?
— Найти демона и убить его, — Чжан Сяо пожал плечами.
— Отличный план, я с тобой, — сказал Инь Фэй и встал. — Аргх, ты опять на меня пялишься. Сейчас-то что?!
— Скажи, ты мужчина или женщина? — вдруг спросил Чжан Сяо.
— А? — Инь Фэй опустил взгляд, проследив за глазами Чжана Сяо. Тот смотрел на его грудь — адский магистрат специально подобрал наряд, кокетливо её оголяющий… Женскую грудь! Но сейчас-то тело его поменялось обратно, и плоская мужская грудь торчала поверх обвисшего выреза. Выглядело смешно.
— А сам как думаешь? — фыркнул Инь Фэй, подтягивая наряд и так, и эдак. Затем просто оторвал кусок подола и накинул на плечи, закрывая грудь. Всё равно оно было погублено пятнам крови. Подумав, оторвал ещё один кусок и принялся стирать с лица макияж.
— С вами, демонами, поди пойми, — проворчал Чжан Сяо, глядя как Инь Фэй распускает сложную женскую причёску, и волнистые черные волосы разлетаются по плечам.
Вместе они зашагали в темноту. Ход был узкий и низкий; иногда приходилось пригибаться, чтобы не разбить голову о свисающие с потолка каменные сосульки. Вдруг Чжан Сяо резко остановился.
— Я чувствую, она близко, — сказал он тихо.
И точно: если раньше тишину пещеры нарушала только капавшая вода, теперь слышалось тихое бормотание. Слов Инь Фэй разобрать не мог; но голос звучал ласково, словно кто-то говорил с ребёнком.
Адский чиновник раскрыл веер, выпуская стрекозу. Крошечный бирюзовый огонёк устремился в темноту, прячась за каменными сосульками. Ход, по которому они шли, вёл в большую пещеру; обжитую, если так можно сказать о пещере. Глазами стрекозы Инь Фэй увидел девушек, стоящих по углам неподвижно, как бумажные куклы. Их глазницы наполняла угольно-чёрная темнота. Приглядевшись, адский чиновник понял, что тела девушек полупрозрачны — настоящими в них были лишь лица, застывшие мертвенными масками.
В центре пещере, рядом с чем-то, окружённым написанным кровью массивом, стоял на коленях человек в чёрных одеяниях. Его фигура была слишком крупной, а голос — именно он бормотал — слишком низким для женщины. Инь Фэй никак не мог разглядеть, с кем или чем он говорит; он велел стрекозе подлететь поближе — и вздрогнул, поняв, что потревожил защитный барьер. Мужчина в центре пещеры вскочил. Он напоминал Чжана Сяо бледным, усталым лицом, и падавшими на лицо тёмными волосами, но был лет на десять старше. Прежде чем широкие рукава ханьфу скользнули вниз, Инь Фэй успел увидеть туго перевязанные запястья: кровь для массива этот человек использовал свою. Он обвёл зал расфокусированным взглядом недавно проснувшегося человека — один глаз у него был подслеповат, бровь пересекал старый шрам — и грозно спросил:
— Кто здесь?!
«Здесь… здесь… здесь…»— откликнулось эхо. Дух-стрекоза стрелой понёсся обратно к Инь Фэю. Тот открыл глаза, хватая ртом воздух.
— Что ты видел? — спросил Чжан Сяо, как-то сам догадавшийся, почему Инь Фэй посылал стрекозу.
— Пещеру. Пять марионеток. В центре мужчина… И около него лежит ещё одна девушка. Шестая.
Он успел разглядеть её. Едва-едва. Её лицо было мертвенно белым, чёрные волосы свисали с краёв каменного ложа. А в правом углу рта чернела родинка.
— Шестая?
— Она выглядит так же, как жертвы Срезающей лица, но она не марионетка. Просто мёртвая… — Инь Фэй нахмурился. — Кажется, я ошибался. Мы все ошибались… Лю Ян! Лю Ян, ты слышишь меня?
— Д-да?
— Ты что-то нашла? Что-то нашла о девушке?
— Нет ещё… Я только смотрю свитки…
Инь Фэй досадливо цыкнул; и в этот же миг на краю круга тусклого света, который исходил от клинка Тяньгоу, показалась миниатюрная фигура. Та самая девочка, что продавала пилюли в Лошадином Броде! Однако теперь никто не перепутал бы её с человеком: лицо застыло неподвижной маской, а в глазницах клубилась непроглядная чернота. Но всё равно Чжан Сяо застыл, сжав рукоять меча; «Это же просто ребёнок. Я не могу убить ребёнка», — было написано на его лице.
— Во имя Десяти Адов, она уже мертва! — выкрикнул адский чиновник. — Покончи с ней!!
В этот же момент марионетка бросилась в атаку. Её движения были просто молниеносны — игла, зажатая в тонких пальцах девочки, рассекла воздух около самого горда Чжана Сяо. Тяньгоу сделал выпад, но марионетка с лёгкостью ушла от него — отлетела назад, как пушинка. В то же мгновение в другой её руке блеснула пара игл, которые тусклыми молниями прочертили воздух.
Ледяной ветер взвился, завыл в закоулках не знавшей ветра пещеры, толкнул Чжана Сяо в спину, чуть не опрокинув на колени. Сбитые ветром иглы со звоном покатились по каменному полу.
— Прости! — выкрикнул адский чиновник. Чжан Сяо только фыркнул в ответ, поднимаясь на ноги — и тут же вновь падая на колени, потому что марионетка метнула новую иглу. Она воткнулась в стену, пришпилив к ней рукав одеяния Инь Фэя.
— Однако, — вырвалось у него; яд, покрывавший острие, было видно невооружённым взглядом.
Проход был отвратительным местом для боя на мечах: темно и тесно. Иглы юркой, маленькой, отступавшей назад марионетки были куда более эффективным оружием. Но на стороне Чжана Сяо был ледяной ветер, окруживший мечника, как щитом. Ни одна игла не нашла цель. Выпад, новый выпад — и вот сияющим белым светом клинок вылетел из руки Чжана Сяо; как брошенное копьё, он метнулся вперёд, пронзая грудь марионетки. Та закричала совершенно человеческим, детским голосом, жутким эхом разнёсшимся по пещере. Её тело рассеивалось, обращаясь в чёрный туман. Лишь белая маска из кожи с искривлённым от ужаса лицом осталась висеть в воздухе; мгновение — и взмывший вверх Тяньгоу разрубил её пополам.
— Какой странный сон… — прошелестел едва слышный девичий голос. Прошелестел и стих вместе с холодным ветром.
Инь Фэй видел только спину Чжана Сяо. Напряжённые плечи, склонённую голову. Он стоял на коленях рядом с разрубленной маской. Она казалась сделанной из белой ткани; родинка чернела в углу рта, как дыра.
Адский чиновник положил руку на плечо мечника.
— Ты всё сделал правильно, — сказал он. — Ты освободил её душу. Теперь она сможет переродиться.
Сказал, но старался не смотреть на маску. Даже ему было не по себе при осознании того, что это — человеческая кожа.
Чжан Сяо молча сбросил его руку и встал.
— Твоя подружка что-то нашла? — спросил он, не
