такое падение было бы способным перевести его на следующий уровень! — кричу я. — Лицо Батыра немного осталось на земле. Несколько лоскутков и выглядывающий череп. Очень даже мило! Очень даже по-боевому!
Продолжаю комментировать и понимаю, что вот такой вот обычный мордобой мне нравится куда больше, хотя бы потому, что напоминает мне самые первые чемпионаты, когда трупаны под действием пультов двигались достаточно медленно, размашисто и где действительно было даже просто потно наблюдать за тем, как они разбирают друг друга по частям.
— Так… Галя должна будет забрать руку и попробовать присобачить её обратно в том случае, если выиграет, но пока что Батыр показывает класс! — смеюсь я. — Вы только посмотрите, как он старательно пытается оторвать ногу мистеру Треники! Вы только посмотрите, что происходит — если бы трупан мог чувствовать боль, он бы сейчас сильно орал, но тут!.. — я резко меняю вектор своей речи — Джимми! Джимми, покажи зрителями, что происходит! И этого Батыр явно не ожидал!
Белобрысый оператор, от внешнего вида которого я хочу блевать, меня начинает трясти и от которого я автоматически закипаю гневом, быстро выполняет мое поручение и выхватывает тот самый момент, когда мистер Треники выкидывает свой самый любимый козырь в виде дробовика, спрятанного в предплечье. Вообще, у него таких два, и тот, кто попадает под обстрел, обычно остается без конечностей, но тут все очень даже удачно для Батыра! Стоит посмотреть, как он ловко уходит из-под огня! А ведь первый удар пришелся по нему, и, кажется, камеры в глазах все же несколько пострадали от расколовшейся о череп бутылки.
— Вот интересно, будет ли им использовано какое-нибудь секретное оружие или он решил разобраться с оппонентом голыми руками?! Сделал себе небольшой челлендж?! Что думаете?! — обращаюсь к толпе, восседающей над ареной, где становится жарко от выстрелов, что преследуют не-живого бойца под названием Батыр и потихоньку, время от времени, все же выхватывают кусочки его мяса.
Джимми показывает зрителям, как ругается Аликбек. Он пытается активировать какую-то функцию, но на данный момент у него не получается, и по этой причине его трупан вынужден перекатами скакать по полю битвы, стараясь не попасть под очередной выстрел.
— Как думаете, дамы и господа, что задумал наш зарубежный друг, который явно что-то пытается включить?! — вопрошаю я. — Джимми, я понимаю, что там немного опасно, поэтому, в принципе, чтобы избежать попадания под выстрел, ты можешь подняться ко мне, сюда, в рубку, чтобы пропустить этот бой, — обращаюсь к оператору, стараясь проявить хоть немного человечности и чтобы впоследствии меня никто не стал винить в его смерти, ибо я предлагал уйти оттуда, где жарко.
— Нет, все в порядке! Тем более, такие ценные и прекрасные кадры! — кричит он в свой микрофон и этим подписывает отказ от моей ответственности за понесенные им травмы или, в самом печальном для нашего шоу случае и для всей киноиндустрии в том числе, летальный исход.
— И-и-и! Батыр вновь напрыгивает на мистера Треники и начинает пытаться оторвать ему голову! Вы только посмотрите на это! Вот, в замедленном режиме! Вы видите, как он увернулся от очередного выстрела, извернулся, после чего напрыгнул! Ву-у-у-у-ху-ху! Нормальный человек так не смог бы, но этот! Аликбек явно припрятал козырь в позвоночнике своей трупанетки! — вывожу на экраны изображение с камеры Джимми, который продолжает внушать мне доверие и отвращение одновременно. — Мистер Треники возвращает руку в нормальное состояние и начинает шарить ей в поисках удобного места, чтобы ухватить Батыра. Я вижу, как матерится Галина! Вы просто посмотрите на эти эмоции, что она показывает! — навожу одну из камер холодоса на девушку, чье лицо невероятно красное, вены и жилы на шее как пластиковые трубки, а глаза навыкате. — Ух! Какая женщина! Какой нрав! Такое чувство, будто бы она сейчас спустится с постамента для самоличной расправы над опасным по всем параметрам Батыром, у которого, как мне кажется, есть еще чем и как ударить по мистеру Треники! — переключаю камеры и показываю действие со всех сторон, но тут мой взгляд улавливает странную вещь.
Я замечаю что-то вроде небольшого проводка, тянущегося от головы гнилушника, которым управляет Аликбек.
— Джимми… — обращаюсь я к оператору по скрытому каналу, еще раз запустив повтор того, как Батыр наскочил на мистера Треники, а потом реакцию Гали. — Убирайся оттуда как можно дальше!
У меня действительно очень плохое предчувствие, особенно с учетом одной детали: бомжеватого вида мужчина, что в самом начале орудовал бутылкой, практически дотянулся до того небольшого кусочка меди, запечатанного в изоляцию.
— Дамы и господа! В скором времени мы увидим, чем закончится этот бой, и что-то мне подсказывает, что выиграет Батыр!.. — веселым голосом возвращаюсь в трансляцию. — Хотя кто знает?! Кто знает?! — выведя ту самую точку, куда тянется мистер Треники, себе в маленький квадратик. — Если отец Галины не справится с давлением, оказываемым Батыром на его шею, то Аликбек и его гнилушник выиграют! А этот момент все ближе, ближе и ближе, — а сам наблюдаю за пальцами, что тянутся к черной ниточке, что выбилась из-под кожи и выглядит настолько странно, что вызывает в моем сознании странные и ужасные волнения. — Ваши ставки, господа! Давайте, начинайте кричать, кто станет победителем! — обращаюсь я к аудитории, и спустя секунду та делится на две части.
Одна кричит «Тре-ни-ки», вторая «Ба-тыр», и это прекрасно. Наверное, ради таких моментов этой блядской работы и стоит жить.
Голова мистера Треники начинает потихоньку отрываться от шеи. Слегка подгнившая кожа расползается, обнажая уже не совсем свежее мясо, которое выглядит достаточно нехорошо.
«Без паразитов, и слава богу!» — думаю я, смотря на это в приближении. Зрелище, прямо скажем, не самое приятное.
Толпа орет, и в один миг трупан, принадлежащий некоей Галине, все же дотягивается до проводка и выдергивает. Я не совсем понимаю, как это работает и видит ли происходящее сама Галина. В любом случае, даже если это стечение обстоятельств, то очень интересное, потому что как только гнилушник дотягивается до проводочка, он его дергает, вырывая с мясом и прочерчивая по телу Батыра борозду.
— Вы видели, что произошло?! — весело заявляю я, а внутри все начинает трястись от непонятного страха. — Кажется, мистер Треники заработал себе еще один шанс выйти из этого боя победителем!
Я демонстрирую всем оказавшийся в руках трупана длинный черный провод. В это время Аликбек, ругаясь одновременно на всех языках, которые ему известны, пытается восстановить управление Батыром. Причем, именно восстановить управление, потому как все его внимание сосредоточено в первую очередь на пульте, а трупанетка никак не подчиняется
