Читаем без скачивания Альтеpнатива веpшины Ключ - Юрий Визбор

- Кто принял? - спросил оператор.

- Курсант, - ответил Марат.

Он захлопнул учебник с записью радиограммы, повертел его в руках, словно не знал, что с ним делать, потом сунул учебник под камень. Тут на гребне морены появился - видимый уже без всяких подзорных труб - Спартак.

- Ну как?! - закричал он еще издали.

- О,кей! - ответил Марат. - Ай эм вери глед ту си ю!

- Ай ту, - сказал Спартак. - Я нашел две замечательные друзы...

Он подошел поближе и вынул из кармана штормовых брюк две действительно замечательные друзы...

Володя наклонился и увидел между камней какие-то предметы. Поднял. На его большой ладони лежали старый шприц одноразового действия, алюминиевая баночка из-под лекарств. Среди камней виднелись рыжие сухие кучи старых окровавленных бинтов.

- Это - "зеркало", - сказал Володя. - Саш, мы к "зеркалу" подошли.

- Раз подошли, будем лезть, - сказал Саша.

- Может, для одного дня многовато?

- Нет, нормально. Интересно, откуда Сеня сорвался?

Они посмотрели наверх. Выше шла абсолютно гладкая вертикальная стена, на которую и смотреть-то было страшно. Однако было видно только 10 - 12 метров этих скал. Что было дальше скрывалось за перегибом стены.

- Кстати, - спросил Володя, - что он тебе шептал в больнице? Когда отвел в сторону?

- А, - ответил Саша, - пустяки разные. - Саша даже рукой махнул, будто муху отгонял. - Я полезу сейчас. У нас еще куча времени.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил Володя.

- Я свеж! - резко ответил Саша. - Я даже верю, что стою у стены, о которой мечтал годы. Сделаю эту гору и буду заниматься архитектурой до пенсии.

Он стоял и массировал фаланги пальцев и кисть правой руки, когда-то переломанную камнем на стене пика Аламедин. Снизу, из-за перегиба скалы, из глубины голубой несусветной пропасти, на дне которой на мятой бумаге ледников еще умирали последние утренние туманы, показалась голова в канареечной маске с козырьком, из-под которого виднелись два голубых веселых глаза и клок соломенных, коротко стриженных волос, - Лида.

- Чего вы там? - спросила она, начав принимать поднимавшегося снизу Руслана, страхуя его и выбирая веревку. "Зеркало", что ли? - еще раз спросила она.

- Оно, - ответил Володя. Они с Сашей все еще смотрели вверх, стояли неподвижно. Подошел и Руслан. Едва его крепкая голова, посаженная на короткой шее, показалась над скалами, он спросил:

- Что? "Зеркало"?

Ему никто не ответил. Все стояли и смотрели вверх...

Обвешанный, как старьевщик, всяким альпинистским скарбом связками крючьев, лесенками, репшнурами, карабинами, Саша начал подъем. Он лез вдоль хорошо просматривающейся трещины, быстро обрабатывая ее, загоняя в щели то деревянные клинья, то крючья. Снизу внимательно страховал Володя. Все это было достаточно сложно, но и достаточно обычно. Иногда Саша встречал старые крючья - год назад здесь шел Сеня Чертынский. Крючья прочно сидели в стене, но Саша не пользовался ими - бил свои. Иногда снизу спрашивал Володя: "Как там?" Саша отвечал: "Нормально". Вот и весь разговор. Наконец и нижняя площадка и стоявшие на ней скрылись, и перед Сашей предстала настоящая стена "зеркала" - уходящие ввысь гладкие и отполированные, блестящие под солнцем скалы, над которыми нависали "балконы". Их галереи, состоявшие из трехметровых потолков, казалось, вот-вот рухнут вниз. Печально, но и трещина вскоре кончилась. Саша, повиснув на стременах, внимательно разглядывал стену.

"Где же сорвался Сеня? - подумал он. - Выше не видно никаких следов его работы... Как он говорил: "Увидишь, мимо не пройдешь". Почему эти слова все время вертятся у меня в голове? "Увидишь, мимо не пройдешь". Ладно. Поработаем-ка правой рукой. Ничего, никаких зацепок. Спокойно. Вот крохотная. Сколько я смогу на ней провисеть? Десять секунд, не больше. Дальше что? Использую нижний крюк как опору для ноги. А если крюк не выдержит? Переломы будут такие же, как у Сени... В лучшем случае. В самом лучшем. Ну, попробуем. Десять секунд - огромное время".

- Володя! - крикнул Саша невидимому партнеру. - Ты держишь?

- Держу! - закричал снизу капитан.

Стена медленно пошла вниз перед самыми глазами. Правая рука, уже истерзанная восхождением, вся в ранках и ссадинах. Кончики пальцев держатся за крохотную зацепку. Нога вышла из стремени, оперлась на крюк. Тело подалось -вверх. Девая рука стала лихорадочно шарить по скале. Есть! Нечто вроде лунки. И для ноги кое-что нашлось! Ноги встали в распор... Саша пошел дальше.

"Да, - лихорадочно думал он. - Сеня здесь прошел свободным лазанием. Молодец! Хорошо бы мне сойти с крюка. Две-три минуты он еще выдержит. С гарантией. Дальше гарантия кончится... Что же под левой ногой? Вернем-ка ее на место. Ну, рискни, рискни освободить руку... О! Зацепка, зацепка, родная, хорошая..."

Снова перед самыми глазами стена поплыла вниз. Саша выжался, встал на крошечную полку. Открылась маленькая, сантиметра в два, щелочка в стене. Крюк туда, крюк! Карабин на него. Веревка. Все!

- Капитан! - крикнул Саша вниз. - Иди, я тебя приму!

Вскоре показался Володя. Едва высунувшись из-за перегиба, он остановился, оглядывая открывшуюся картину стены.

- Красота! - мрачно сказал он. - Есть на что поглядеть. Ты там хорошо стоишь?

- Одна нога хорошо, - ответил Саша.

Володя вскоре подошел к нему, помог организовать надежную страховку, сам устроился неплохо.

- А что, от Сени есть какие-то следы здесь?

- Не видел, - ответил Саша. - Если он и шел здесь, то свободным лазанием.

- Молодец, - с осуждением сказал Володя. Саша снова двинулся вверх. После пятнадцати метров предельной работы он подошел под нависающий потолком карниз.

- Капитан! - крикнул Саша. - Сенька-то был здесь! Вот его крючья.

- Хорошо, - ответил Володя, - но ты на них не надейся, бей свои.

Саша на двух лесенках уже висел под карнизом. Он, полностью находясь в воздухе, ловко работал репшнурами, крючьями, лесенками и в итоге довольно быстро пролез эти три метра нависающих скал. От карниза снова шла вертикальная стена, и Саша стал по ней подниматься и вскоре скрылся. Володя стоял на страховке. Веревка, которая медленно ползла вверх, повисла неподвижно и больше не шевелилась. Тут Володя посмотрел в. первый раз на часы и увидел, что они почти полдня лезут по "зеркалу". Вдоль стены прохаживался слабый, но резкий ветерок. Тени стали удаляться. Веревка не двигалась.

- Саш, ты чего там? - крикнул Володя.

Ответа не последовало.

- Саш!

- Я слышу, - ответил Саша. - Не мешай.

Володя напряженно смотрел вверх. Что там увидел Саша - он не знал. Знал только, что в любую секунду оттуда, из-за нависшего над ним потолка скал, мог неожиданно вылететь Саша, и долг капитана заключался в том, чтобы ежесекундно быть готовым остановить его падение. Ничего не происходило. Краем глаза капитан видел, что ниже, уже по обработанному маршруту, поднимаются Лида и Руслан. Веревка, крепко зажатая в руках капитана, была совершенно неподвижна.

... Между тем Саша висел на двух лесенках и просто не знал, что ему делать. Перед ним вверх снова уходили совершенно гладкие вертикальные скалы, и что-то не было видно ни одной зацепочки, ни одного намека на зацепку. Стена была монолитная, гладкая, словно броневая плита. Правда, правее шла довольно длинная трещина, вдоль которой можно было уверенно подниматься. Но путь к этой трещине преграждал длинный вертикальный колодец с отдающими глазурью тонкими пленками черного натечного льда. Пройти этот колодец и даже подойти к нему, как понимал Саша, было просто невозможно.

Прямо перед ним и было то самое место, где сорвался Сеня, о котором он говорил: "Увидишь, мимо не пройдешь". Было ясно видно, куда он бил один крюк, как этот крюк вырвался, когда Сеня, очевидно, встал на него. Рядом торчал другой, покосившийся крюк с висящим на нем титановым карабином, Это уже оставили в спешке ребята из его команды, когда снимали Сеню. Сколько он проболтался в воздухе с двумя переломанными коленями? Этого он тогда в больнице не говорил. Только твердил, усмехаясь: "Увидишь, мимо не пройдешь".

"Он разозлился, - подумал Саша, - разозлился и стал нервничать. Или просто испугался. Нет, Сеня скорее разозлился, он не из пугливых. Что же делать? Это моя последняя спортивная гора. Мне уже 36... Ладно. Что же делал Семен? Он рискнул отжаться на крюке. Надеялся, что выше за что-то ухватится. Не вышло. Прижался к скале, крюк стал выходить из трещины... Я, между прочим, тоже держусь на крючьях. Правда, на трех. Один надежный. Ну так что же я вишу? Жду срыва? До темноты еще часа три... Ладно, какие есть варианты? Ни одного. Что же тогда здесь стоять? Но ведь была какая-то мыслишка в ту секунду, когда я впервые увидел эту стену и колодец. Безумие. Вон там, на той стороне колодца, под самой трещиной торчат три скальных пальца. До них метров десять. Если накинуть на них... Нет, это безумие. У меня осталось после карниза три шлямбурных крюка... Если накинуть на них петлю. И уйти маятником вниз. Накинуть петлю. Какой-то ковбойский альпинизм..."