Джейсон посмотрел на Кристалл долгим взглядом, и я не имела права лезть в его голову, поэтому вылезла оттуда, и вместо этого переключилась на случайные мысли толпы. Они были в основном вполне ожидаемыми: некоторое волнение, какое обычно бывает на свадьбах, немного удовольствия от мысли о том, что самого известного холостяка в округе окольцевала молоденькая сумасбродка, немного любопытства относительно необычных ритуалов Хотшета. Хотшет был в округе притчей во языцех — «это странно, как парень из Хотшета» было поговоркой долгие годы, и детям из Хотшета, которые посещали школы Бон Темпса, зачастую приходилось несладко, по крайней мере, до первых нескольких драк на пришкольной площадке.
— Я сдержу свои обещания, — сказал Джейсон, и его голос был хриплым.
— Я сдержу свои, — сказала Кристалл.
Разница между этими двумя была следующей: Джейсон был искренним, хотя я сомневалась в его возможности сдержать свое слово. Кристалл была на это способна, но она не была искренней.
— Ты так не думаешь, — сказала я ей.
— Что за чушь ты несешь? — возразила она.
— Так или иначе, обычно я об этом не говорю, — сказала я, прилагая усилия для того, чтобы сохранить голос тихим. — Но это слишком серьезно, чтобы молчать. Я знаю, что у тебя в мыслях, Кристалл. И никогда не забывай о том, что я это могу.
— Я ничего не забываю, — сказала она, взвешивая каждое свое слово. — И я выйду замуж за Джейсона сегодня вечером.
Я посмотрела на Кэлвина. Он был обеспокоен, но, в конце концов, он пожал плечами.
— Мы не можем остановить это, — сказал он.
Еще мгновение я боролась с искушением оспорить его решение. Почему нет? Я задумалась. Если я нанесу резкий внезапный удар, то, возможно, этого будет достаточно для того, чтобы остановить свадьбу. Но потом я передумала. Они оба были взрослыми людьми, по крайней мере, теоретически. Они вступят в брак, если они решили, будь это здесь и сейчас или где-нибудь еще другой ночью. Я склонила голову и выбросила свои опасения.
— Конечно, — сказала я, поднимая лицо и улыбаясь той яркой улыбкой, которая появлялась у меня тогда, когда я была чем-то серьезно озабочена. — Давайте начнем церемонию.
Я мельком выхватила лицо Куинна в толпе. Он смотрел на меня, обеспокоенный высказанными тихим голосом аргументами. Амелия, между тем, радостно щебетала с Сомом, с которым она сталкивалась в баре. Хойт стоял сам по себе под одним из переносных фонарей, смонтированных по данному случаю. Его руки были в карманах, и он выглядел серьезнее, чем я когда-либо его видела. Был нечто странное в его взгляде, и через секунду я поняла, что.
Это был один из немногих моментов, когда я видела Хойта одного.
Я взяла руку брата, а Кэлвин снова подхватил руку Кристалл. Священник вошел в центр круга, и церемония началась. И хотя я очень старался выглядеть счастливой за Джейсона, мне с трудом удавалась сдерживать слезы оттого, что мой брат стал женихом этой распущенной и своенравной девицы, которая были опасна с момента рождения.
Потом были танцы, свадебный торт, и много алкоголя. Еды было в изобилии, и, разумеется, там стояли огромные мусорные баки, которые наполнялись бумажными тарелками, пустыми банками и мятыми салфетки. Кто-то из людей привез с собой ящики пива и вина, и некоторые из них (людей) хорошо набрались, к слову. Никто не мог сказать, что Хетшот не может устроить вечеринку.
Группа из Монро играла замечательные зажигательные негритянские мелодии, и толпа танцевала на улице. Музыка разносилась в поле ужасным эхом. Я вздрогнула и представила, как это выглядит из темноты.
— Они хороши, не так ли? — спросил Джейсон. — Группа.
— Да, — сказала я.
Он упивался счастьем. Его невеста танцевала с одним из своих кузенов.
— Вот почему мы поспешили провести свадьбу, — сказал он. — Она узнала, что беременна, и мы решили сделать это — просто это сделать. А ее любимая группа была свободна на сегодняшний вечер.
Я покачала головой на импульсивность брата. Но напомнила себе сдерживать любые признаки недовольства. Семья невесты могла оскорбиться.
Куинн был хорошим танцором, хотя я должна была показать ему некоторые движения для негритянских танцев. Все красотки Хотшета тоже хотели танцевать с Куинном, так что я кружилась с Кэлвином, Хойтом и Сомом. Куинн хорошо проводил время, и впрочем, как и я. Но примерно в два тридцать утра мы слегка кивнули друг другу. Он должен был уехать на следующий день, и я хотела побыть с ним наедине. К тому же я устала улыбаться.
Пока Куинн благодарил Кэлвина за прекрасный вечер, а я смотрела, как Джейсон и Кристалл танцуют вместе, и им, видимо, было очень хорошо друг с другом. Я точно знала из мыслей Джейсона, что он без ума от этой девушки-оборотня, от той субкультуры, которая сформировала ее, от новизны быть супером. Я знала из мыслей Кристалл, что она ликовала. Она была полна решимости выйти замуж за кого-то, кто не вырос в Хотшете, кто был бы интересен в постели, кто смог бы постоять не только за нее, но и за ее большую семью… И теперь она имела это.
Я подошла к более чем счастливой паре и поцеловала каждого из них в щеку. Теперь Кристалл стала частью семьи, в конце концов, и мне пришлось признать ее как таковую, и позволить им двоим строить свою собственную жизнь вместе. Я дала Кэлвину обнять себя, и он прижал меня на секунду, и перед тем как отпустить, обнадеживающе хлопнул по спине. Сом отплясывал вокруг меня, и пьяный Хойт тащил меня туда, где он остановился. Мне было трудно убедить их обоих, что я действительно должна уйти, но, наконец, Куинн и я начали пробираться обратно к моей машине.
Когда мы пробирались сквозь толпу, я заметила Амелию, которая танцевала с каким-то щеголем из Хотшета. Они оба были в восторге, и оба были «в приподнятом» состоянии. Я крикнула Амелии, что мы уезжаем, и она крикнула в ответ:
— Я вернусь с кем-нибудь позже!
Хотя я была рада видеть Амелию счастливой, это была весьма Сомнительная Ночь, поэтому я немного беспокоилась за нее. Однако если кто и может позаботиться о себе, так это Амелия.
Мы медленно ехали, пока не обнаружили себя дома. Я не могла проверить, что в голове у Куинна, но моя была забита шумом, хором мыслей вокруг меня, и бурными всплесками эмоций. Это был долгий день. Кое-что в нем было отличным, думаю. Я вспоминала лучшие моменты, когда я, улыбаясь, заметила внизу Боба. Большой кот терся о мою лодыжку, мяукая, будто спрашивая.
О, Боже!
Я чувствовала, что должна была объяснить коту отсутствие Амелии. Я присела на корточки, и почесала голову Бобу, и (чувствуя себя невероятно глупо) сказала:
