Все же странное существо человеческий разум. Мне угрожает опасность, а он шутит. Или это начало истерики? Кто ж его поймет. Возможно, так работает навык "психоз" в данной ситуации. Эх. Кто бы мне дал точный ответ.
Меня поставили на ноги, связали вместе руки и привязали их к флагштоку на таком уровне, что мне пришлось встать на носочки, чтобы не висеть. Подошли Кабан и тот щуплый мужичок. Мужичок встал сбоку от меня.
— Ты готов, док?
На лице Кабана была холодная ухмылка. Как же она мне не нравится.
— Я-то готов. Мое дело маленькое,
Голос был полностью безэмоциональным. Его мало интересовало происходящее. Разве что дождь вызывал небольшой дискомфорт, заставляя кутаться в плащ-палатку.
— Ну, тогда начнем,
Кабан, наконец, обратил на меня внимание. Я ожидал первого вопроса. И дождался. Здоровенный кулачище врезался мне в левую скулу. Меня как будто гирей по лицу приложили. Голову мотнуло до хруста в шее, в глазах потемнело и начали скакать радужные кляксы. Изо рта полетела кровь и поломанные зубы. Боль была адской, слезы полились ручьем, смешиваясь с соплями и кровью изо рта.
— Ну что там, док?
Голос я слышал с трудом. В уши как будто ваты набило.
— Телосложение и выносливость низковатые. Не знаю точных значений, но сомневаюсь, что больше четырнадцати. Выдержит еще восемь, может, девять ударов, но не больше. Если ты его не хочешь убить, конечно.
— Я тебя понял. Продолжим.
Сначала прилетело в солнечное сплетение. Воздух покинул легкие и никак не хотел возвращаться. Следом три четких отработанных удара по печени и почкам. Резкий удар снизу в челюсть, сразу за ним в правое ухо. Раздался хруст, волна невыносимой боли прошлась по лицу прямо в мозг. Я… Я честно пытался держаться. Но сознание отказалось оставаться со мной, я провалился в пустоту. Но боль никуда не ушла.
— Отключился? Уже? Я ведь только вошел во вкус. Тьфу ты. Док, что с ним?
— Сейчас, сейчас. Ребра треснули, почки и печень повреждены. Левый глаз цел. Сильно пострадали зубы, четыре отсутствуют, нижняя челюсть сломана в нескольких местах. Его вырубило от боли. Здоровья осталось восемнадцать процентов. Это всё.
— Сколько тебе нужно времени, чтобы вылечить его?
— До какого состояния? Полного здоровья?
— Конечно, полного. Мне нужно, чтобы он чувствовал как можно больше боли. Я хочу сломать его полностью, и не только физически.
В глазах горел холодный огонь. Он не выплеснул ни капли своего гнева. А может, ему просто это нравилось.
— Если не использовать спецпрепараты, то часов восемь, может, десять до полного восстановления. А с…
— Без. На такой мусор тратить такое добро? Десять часов меня устраивает. Возьмешь людей из невольных для переноски и помощи. Занимайся. А я пойду выпью. Какой замечательный день.
Андрей Олегович в прошлой жизни был хирургом. Довольно хорошим хирургом. И когда в этот мир пришла Система, он получил класс Медик. Но не успел принять новые правила мира, как его взяли "под опеку" военные. Худой и невысокий Андрей совершено ничего не мог противопоставить тренированным бойцам. Тем более у них было оружие. Правда, когда узнали о его классе, начали относиться хорошо и бережно. Кто, как не вояки должны были понимать важность такого класса. Он был в курсе, что делали с основной массой выживших. Более того, сам принимал в этом участие. Хорошо прокачанный медик — полезный медик. Со временем его перестали волновать судьбы остальных. Мир рушился, законы и моральные устои перестали существовать. Главное, что он оставался жив. Имел приличную комнату, хорошее питание и даже пару женщин ему выделили. Его все устраивало.
Когда привезли парня, док не испытал никаких эмоций. Очередная жертва. Но когда док услышал планы капитана на этого парня, у него зашевелились волосы на голове. Да, парень был виновен в смерти бойца. Но то наказание, что ему готовили, было слишком жестоким. Даже стало как-то жалко. Но перечить док не стал. Своя шкура дороже.
Док позвал двух парней, сказав им снять тело и отнести в камеру, там он быстро сделал пару уколов. Его навыки позволяли ускорить заживление и восстановление тела. Пятнадцатый уровень действительно позволял ему быстро вылечить несчастного. Также у него был навык, который раз в неделю генерировал небольшую аптечку с разными медикаментами. С их помощью ему понадобилось бы всего три часа на это.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я шел по укутанному туманом ночному лесу. Вот только что меня привязанного избивали, и вдруг вокруг появился лес. Туман был настолько густым, что можно резать ножом. Видимость была ужасной, дерево я увидел, практически воткнувшись в него носом.
— Где же ты?
"Что? Я слышал слабый женский голос. Откуда?"
— Когда же ты найдешь меня?
— Кто здесь? Где ты?
— Ты ведь уже рядом!
Я смог сориентироваться, с какой стороны звучал голос, и пошел в ту сторону, постоянно натыкаясь на деревья.
— Спаси меня. Мне страшно.
Не может быть. Голос звучал с другой стороны. Но я точно уверен, что он шел отсюда. Она не могла так быстро переместиться.
Я застыл на месте. Этот голос. Я его знаю. Точно знаю. Но кому он принадлежит? Никак не могу вспомнить.
Резко проснувшись, я попытался сесть, но у меня не получилось. Я снова был в своей камере, и опять был привязан. Сон практически моментально стерся из памяти, оставив лишь мутные обрывки. В углу комнаты кто-то зашевелился.
— Вы проснулись! Не пытайтесь встать, вы крепко связаны, у вас не получится. Лучше отдохните как следует, у вас есть еще два часа,
Говорила очередная девчонка. Видел я ее плохо, но на вид ей не больше четырнадцати.
— Два часа? До чего у меня есть эти два часа?
Лицо девушки выражало грусть и страх. Ясно.
— Через два часа меня снова заберут? Можешь не отвечать, на лице и так все написано. Ответь мне лучше на другой вопрос. Вас ведь здесь держат силой, верно?
— Я… Я не имею права отвечать на ваши вопросы. Простите.
В голосе начали слышаться нотки подкатывающих слез. Я задавал, по сути, риторический вопрос. Там стояло много женщин и всего пару парней. Их используют, как рабов, для утех. Твари. По всей видимости, я здесь и сдохну. Рано или поздно со мной наиграются и просто прирежут, как животное.
Двери открылись, и события пошли по знакомым рельсам. Меня снова вытащили на улицу и привязали. Ну, хоть дождь закончился, и то хорошо. Вышли доктор и мой личный палач. У щуплого в руках был раскладной стульчик. Интересно. Видимо в этот раз пытка будет долгой, ну явно он его тащит не для моего удобства. Угадал. Доктор разложил стульчик и поставил сбоку в метре от меня. Закончив с этим, подошел ко мне, быстро осмотрел мое тело и кивнул капитану. Это даже смешно, он не просто уселся на стульчик, так еще из кармана достал небольшую книгу и принялся читать. Абсурд, абсурд.
— Ну что, смертник, готов ко второму раунду?
Он улыбался. Представьте, стоите вы такие красивые и голенькие на носочках, ваши руки привязаны высоко над головой. А перед вами стоит здоровенный дядька и прям по-доброму улыбается. Почти по-отцовски. Ох, мама, роди меня снова ёжиком, ибо моя крыша помахала мне ручкой и скрылась в неизвестном направлении.
— Вижу что готов. Это хорошо. Давай знакомится. Я Василий Андреевич, а ты?
А я молчал. Все равно ведь будет пытать. Так что и говорить мне было нечего.
Надолго его не хватило. Может минута или около того. Не говоря и слова, он достал довольно большой нож, сделал не очень глубокий порез на моей груди. Я зашипел от боли. Боль от порезов отличается от удара. Думаю, чем — объяснять не нужно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как тебя зовут?
Пятнадцать секунд и новый порез, уже поглубже, рядом с первым. Больно, но пока терпимо.
— Слушай меня внимательно. Я могу долго этим заниматься. Посмотрим, на сколько тебя хватит.
И не задавая вопроса, резанул мне правый бок по ребрам. На моих глазах выступили слезы.
— Какой у тебя уровень?
