Ой, простите, – Надя нагнулась, залезла в сумочку, и достала звонящий телефон: — Да, мам… уже не на работе, а что? Что-то с Лизой? Ох… конечно, я сейчас приеду, уже лечу!
Надя вскочила, взволнованная и раскрасневшаяся, и я сам вдруг тревогу почувствовал.
— Мне пора, всего доброго.
— Подожди-ка! Я довезу, заодно расскажешь, что случилось, – схватил ее за руку, и подозвал официанта.
— Так что с ребенком-то? – поторопил я Надю, когда мы сели в машину, и она назвала адрес.
— С Лизой? Все хорошо, – отмахнулась она, но еще сильнее помрачнела.
— Женщина! Разве можно так пугать?! – зарычал я, и поймал ее удивленный взгляд. — Я думал, что случилось что-то страшное.
— Вы встревожились из-за моего ребенка? – улыбнулась она еле заметно, и я заметил ямочки на ее щеках.
Вот черт. Это тоже дико мило.
— Да, встревожился, – отрезал.
Не говорить же ей, что детей я люблю, и Лиза ее мне понравилась – милая девчушка-солнышко. Да и мама у Лизы, оказывается, тоже милая и нежная.
— Почему?
— Моего младшего в детстве похищали. До сих пор помню этот ужас.
— Ох, кошмар. Выкуп требовали? Бандиты? – Надя повернулась ко мне, еще больше встревоженная.
Хм, не о том я хотел с ней разговаривать. Вроде женщины любят легкость и фан. На конкретно эту женщину у меня есть четкие планы – вернуть ее в свою приемную. И смутные планы без цензуры, над которыми еще следует подумать. Поразвлечься я бы рад, но потом как вместе работать-то?!
— Никита Борисович!
— Брат домой возвращался с уроков, а его в машину затолкали два наркомана. Это не конкуренты отца, не бандиты, а обычные обдолбыши были. Увидели нормально одетого пацана, и решили бабла срубить. Их быстро поймали, с младшеньким все в порядке, но мы долго отходили, – все же сказал я Наде, и она побледнела.
Да, веснушка, мир иногда бывает тем еще дерьмовым местом.
— Так что у тебя случилось?
— Да в общем-то ничего ужасного, но Лизу нужно забрать, – растерянно пробормотала она. — Я иногда ее маме отдаю, но очень редко, и на день-два. Мама и сама отказывается часто с ней сидеть. Говорит, сама родила, самой и воспитывать, и это логично, конечно. Хотя и обидно, – вздохнула девушка. — Родственники приехали полным составом, начали мою Лизку доставать, она троюродного брата немного… кхм, побила, так что лучше я домой ее заберу.
— Воинственная у тебя дочка, – усмехнулся я.
Не могу представить, чтобы тот кудрявый ангелочек в фартуке мог кого-то побить.
А еще мне просто не верится, что недавно встреченный мною тюфяк – отец этой малышки, и что Надя могла с ним жить. Не могла получше найти?!
— Лиза у меня особенная, – улыбнулась Надя. — Наверное, так говорят все матери, и все считают своих детей особенными. Она меня вопросами заваливает, и мне всерьез приходится заморачиваться с ответами. Ее не удовлетворяют ответы про аиста, который приносит детей. Говорит, что ни одного аиста в городе не видела, а малышей зато видела многих. А когда спросила, почему небо голубое, я вообще полезла в интернет, сама ответ на этот вопрос не знала, – Надя говорила с гордостью и умилением, и я невольно улыбнулся. — А Антона она не в первый раз колотит. Он не злой мальчик, но шкодистый. Любит ее игрушки разбирать на части, то есть ломать. Из книжек листы выдирает, а Лиза такое не любит. Я ей объясняю, что так нельзя, и нужно решать все разговором, но она говорит что словами дурному мальчишке ничего объяснить не выходит. И из-за этого мама и остальные родственники злятся и на нее, и на меня. Говорят, чтобы я Лизе ремня всыпала, вот только дудки!
Надя вздохнула.
Смотрю на нее, и не вижу взрослую женщину и мать. Внешне девчонка совсем, хотя ее возраст я знаю. Но живая такая, наивная, простая. И в этой простоте нет скуки. Просто она не выделывается. Навидался я девушек, высокомерно говоривших, что просто обожают поэта Чайковского и художника Глинку.
Вот только как я вообще мог подумать, что эта кнопка – зло во плоти?! Мать, конечно, накрутила меня, да еще и этот затянувшийся больничный сыграл роль. И Вера, глаза бы мои ее не видели, как попугай твердила, что Надя отлично устроилась: то в отпуск, то на больничный, а там и Новогодние праздники, после которых возможно будет еще один больничный. Ну а последняя капля – зашел в офис, а Надя вместо работы ёлочку украшает.
Ну, будет мне урок: в женском коллективе нужно не словам верить, а свои глазам.
— А этому своему ты Лизу не отдаешь? Почему она с твоей мамой-то?
— Вы про Сергея? А, – Надя махнула рукой, — он не помощник. Я не запрещаю им видеться, но ему с Лизкой скучно. Говорит, что как подрастет, так и будут общаться. Вот только боюсь, как Лиза вырастет, ей самой перестанет быть нужен Сережа, – она кивнула вправо, — вот здесь поверните, лучше через дворы.
Я проехал через дворы, и остановился у нужного подъезда.
— Спасибо вам. Даже не ожидала, – улыбнулась Надя, и мне даже обидно стало.
Неужели я такой ужасный? Ну накосячил, так ошибку вроде признал, и даже извинился. Не такой уж я злодей.
— С тобой подняться?
— Нет, что вы, – вежливо отказалась Надя.
Знаю, что это лишнее, но вид у нее испуганный. Это что там за семейка такая, что Надя с духом собирается, чтобы в дом войти?!
— А придется, – нашел я выход. — Мне нужно сполоснуть руки, – намекнул на туалет, и Надя кивнула.
Мы вышли из машины, и пока поднимались в лифте, я пытался понять: я веду себя так только ради того, чтобы Надя вернулась в компанию, или мне нужно что-то большее?!
Девушка дважды нажала на кнопку звонка, выдохнула резко – так мужики делают, перед тем как стопку опрокинуть, и сказала тихо:
— Если что, заранее простите.
— Мы будто в логово к дракону идем, – пошутил я, и Надя серьезно кивнула.
А затем дверь открылась.
ГЛАВА 7
— Мамочка! – Лиза вылетела на лестничную клетку прямо в своих белых носочках, и обняла меня за ноги. — Поехали в дом!
— Домой, – поправила
