не для моих ушей, не для моего уровня восприятия. Три ангела за спиной Таниты так же начали в унисон синхронно совершать одни и те же движения, и не только губами, но и руками.
Это было словно танец, вокруг них колыхалась то золотистая энергия небесных Планов, то пурпурная плана Литы. Именно Литы, не Лилит, не было… ярости в этой энергии. Чистая похоть, чистый разврат. Теперь понятно, почему именно девушки, почему они. Лилит хотела превратить их в суккуб, но при этом с ангельскими чертами. Но они сопротивлялись, пытались, по крайней мере, и лишь частично изменились.
Тату начала светиться, сначала тускло, но с каждым новым «словом», с каждым новым движением переливающаяся пурпурно-золотистая энергия усиливалась, становилась ярче. Это было завораживающе, это было невероятно красиво. Я действительно не мог оторвать взгляда.
По своей сути эта тату, если сравнивать с той, которая была нанесена на левую руку, была похожа. Отличались детали, некоторые символы. Где-то их было больше, где-то их было меньше. В некоторых местах на правой руке возникали пробелы, а где-то эти пробелы, где они были на левой руке, заполнялись символами. Но это было… красиво. Но всё рано или поздно заканчивается. Когда был нанесён последний символ, тату быстро, не мгновенно, как лампочка, потухло, став просто темной, как и на другой руке.
— Я… — проговорила Анита. — Я чувствую… зов Смерти… она… это ведь она? — на меня направились четыре пары удивлённых глаз, которые не понимали, как так происходит.
— Ну если вы про божество, то да, — кивнул я. — А вот как вы её почувствовали… я, если честно, не понял.
— Мы обменялись силой, энергией, душами, если так можно сказать, — начала говорить Танита, которая быстрее всех взяла себя в руки. — Так как ты… связан со Смертью, ты — её преданный последователь, с которым она поделилась капелькой своей силы… то эта капля перешла и нам. Мы можем слышать её. Можем… вновь быть Карателями!
— Нет, не можем! — строго сказала Ланита, которая до этого молчала. — Мы стали частично демонами. И ты сама должна слышать, что нам нашёптывает Смерть. Мы не вернёмся на Небеса. Никогда. Мы — чужие для всех миров. Нам нет места нигде. А наша миссия — защищать её Поборника на его пути, и тогда, когда он Возвысится… тогда, может, она и помилует нас за грехи наши. Это наш путь боли и страданий!
— Боги… — закатила глаза Танита. — Вот так всегда. Из неё её праведность никогда не выбить… сестра, успокойся уже. Ангелы… ангемоны, — быстрый взгляд в мою сторону, а потом снова на сестёр, — тоже могут мечтать. Как смертные. Это дар нам. Ангелы — лишь орудия… мы же стали ближе к смертным. И это… это стоит использовать. Но если у нас есть миссия от Бога, то мы обязаны её выполнить, но сперва…
И снова все четыре пары глаз направились на меня. Я знал, что мне надо делать, так что просто пожал плечами и поднялся на ноги. Правая рука ещё побаливала, жгло в некоторых местах, но боль проходила, исчезала, действовать дальше уже можно было и нужно. Лита уже несколько раз связывалась со мной и в переживаниях спрашивала, всё ли хорошо и когда я закончу.
По сути… сейчас знаковое событие произошло. Да, оно осталось в тени всей истории, никто не видел этого… но я первый, в ком соединились энергии разных Планов. Моя изначальная энергия — моя собственная, как Смертного. Потом добавилась энергия Литы, энергия Демонов, которая начала пробуждать безумцев, которые дремлют во мне, которые заключены, как оказалось, в каждом тифлинге, только они об этом не знают. И вот сейчас… энергия Небес. Да, её тут не так много, всё же ангелы стали ангемонами… но их чистая, воистину чистая сила, непорочная и красивая в своей сути… течёт во мне. Я это чувствую.
Достав катану из-за спины, я провёл по ней пальцем, окропляя лезвие кровью. Оно тут же начало гореть, но не привычным красным… а с помесью золотого и пурпурного. Почему раньше не было пурпурного цвета, я не могу понять, хотя энергия этого Плана уже давно во мне… может, просто что-то игнорировало этот факт, был нарушен баланс сил во мне, поэтому и не использовалась эта энергия.
Затем я добавил магии. Красный цвет исчез, его место занял серый, который начали выдавливать другие два цвета, пока полностью не заметили собой его. В итоге пламя распределилось равномерно, и как бы я не крутил, к левой руке стремилось пурпурное пламя, занимая половину от всего магического огня, золотистое пламя к правой руке.
Я улыбнулся. Сто процентов сейчас этот удар станет… куда сильнее, куда эффективнее. Его свойства могли не меняться, но вот суть, поражающий, так сказать, эффект точно изменился. Но что самое главное… серое пламя-то было, я его чувствовал. Только оно было тенью этих двух, оно было около самого лезвия меча, усиливая два других.
Я подошёл к цепям. Они были толстые, с моё предплечье… но, когда я приподнял их левой рукой, понял, что они практически невесомые. С близкого расстояния было видно, как металл медленно менялся, уплотнялся, изменялся. Он готовился к тому, что я нанесу по нему удар. Но ему не выдержать энергии трёх планов. При этом от Поборника, который скоро станет равен по силе Генералу одного из Планов.
Взмах! Тысячи искр разлетелись в разные стороны. Мои глаза даже заболели, пришлось отводить взгляд… но я всё равно продолжал следить за происходящим боковым зрением. Не так чётко, не так красочно, но я видел всё, что было нужно именно мне.
Цепь словно закричала. Я смотрел на ангемонов, им было больно, но они молчали. А вот цепи… там были заключены души тех, кто и восстанавливал эту цепь, кто сдерживал этих четырёх сестёр тут, кто вытягивал из них их энергию. И им было больно! И судя по тому, что происходило, ранее такого эффекта не было. А значит, нужно продолжать.
Когда свечение от удара потухло, я быстро глянул на цепи. Они оказались сильно повреждены, но уже снова зарастали, восстанавливались. Значит, медлить было нельзя. Я нанёс ещё один удар. За ним третий,
