«Очухался парень – и то хорошо», – подумал Дмитрий и усмехнулся.
Славка, заметив его улыбку, недовольно проворчал:
– Чё ржешь? Думаешь, тебя не тронут?
– Не переживай – прорвемся! – Дмитрий похлопал друга по плечу. – Ну, искупался!.. Люди в январе, на крещение, сами в прорубь лезут, и ничего – говорят, даже помогает от многих болячек.
Славка обиженно надул губы и снисходительно посмотрел на друга снизу вверх.
– Броненосец, ну ты сравнил жопу с пальцем.
Дмитрий в очередной раз кивнул, сдерживая улыбку – он знал своего маленького друга, знал, как быстро тот заводится и как быстро отходит.
Славка сжал виски руками и шумно выдохнул. Открытыми ладонями отталкивая от себя все негативные эмоции, он мгновенно успокоился.
– Скажи, дружище, только одно: ты со мной? – спросил он.
– А ты думал, что я тебя одного брошу? – удивился Дмитрий.
Славка довольно улыбнулся, осмотрелся, как будто пытался сориентироваться на местности, и бодро произнес:
– Тогда следуй за мной, напарник! В мой бункер!
Глава пятая
БЕРЛОГА И БУНКЕР
Подростки уходят в подполье, а взрослые играют в нечестные игры. Кто первый сломается?
Лавируя в нескончаемых потоках автомобилей, ползущих по московским улицам, профессорский пассат медленно тащился к «Медвежьей берлоге». Долгие полчаса он выруливал, тормозил и ускорялся, пока наконец-то не прибыл на место.
«Лаборатория искусственного интеллекта» встретила своего создателя громким гулом голосов. «Медвежья берлога» в настоящий момент больше походила на разбуженный пчелиный улей. Небольшая комната конференц-зала с трудом вмещала всех участников проекта. Однако ограниченность пространства не угнетала тружеников клавиатуры: клаустрофобией в «Берлоге» никто не страдал, благодаря возможности в любой момент уйти из мира реального в мир виртуальный.
– Итак, господа, начнем! – с этими словами Медведев протиснулся в центр зала, осмотрелся по сторонам и недовольно сморщился. – Что мы имеем на сегодняшний день? – поинтересовался он и выжидающе замолчал.
– А имеем мы на сегодняшний день, – продолжил он после небольшой паузы, – дырку от бублика! И виноваты в этом все без исключения. Я в первую очередь. – Профессор обвел примолкших сотрудников тяжелым взглядом.
– Вместо того, чтобы совершенствовать нашу систему безопасности, мы все дружно навалились на совершенствование систем сбора и обработки информации. Конечно, кому нужно наше детище? Ваня, как твой пацан получил доступ к проекту? – вытягивая шею, он заглянул за спины подчиненных. – Позволить мальчишке получить коды доступа к системе… Как дилетанты, ей богу!
– Дмитрий Степанович! Я уже говорил, что Славка не мог такого сделать, даже если бы и хотел, – нахохлившийся Иван буравил взглядом пол, лишь изредка поднимая глаза, чтоб посмотреть на реакцию начальника.
– Не мог, говоришь! – резко оборвал его профессор, что-то доставая из кармана.
Свет в зале погас. Зашуршал матерчатый экран настенного проектора, и глазам присутствующих предстала сцена столкновения в компьютерном клубе. Забурлила кровавая пена, замелькали удивленные лица геймеров, послышалась красивая песня, погасли мониторы.
Профессор дождался, пока экран потемнел, включил свет и, справившись с раздражением, спокойно продолжил:
– Если кому не понятно, что произошло, поясняю. Тринадцатилетний мальчишка перехватил управление пятью десятками компьютеров, находящихся…
– Четырнадцатилетний, – робко поправил Пугачев. – Он просто выглядит младше своих сверстников.
– Подчеркну для не особо сообразительных, полное управление! Без перезагрузки системы и без остановки программ. Как? – Сделав паузу, Медведев посмотрел на сидящих в первых рядах аналитиков. – Мне нужны ответы! Каким образом простейшая система игрового клуба перешла на голосовое управление?
– Дмитрий Степанович, а вы не допускаете, что мальчишка просто записал звуковой файл заранее и запустил его параллельно с программкой подавления изображения на соседних компьютерах? – предположил поднявшийся из второго ряда Семен Михайлов, но тут же сам себе возразил: – Нет, для маленького, пусть и умного мальчишки просчитать развитие ситуации столь досконально представляется маловероятным.
– Да, Сема, ты прав, – протиснулся вперед ироничный Мелехов. – У нас всякий пацан, приходя в игровой клуб, совершенно случайно имеет при себе копию программки подавления изображения – ее сетевую версию. Хм!
– Если, конечно, он не гений, – переминаясь с ноги на ногу, нерешительно пробормотал Семен. Он совсем недавно появился в лаборатории Медведева. Молодой, но очень смелый в суждениях аналитик, только-только закончивший МГУ, с первых дней показал себя специалистом высокого класса.
– Вот! – воскликнул Медведев. – Гений! Наконец-то, Сема, ты нашел нужное слово! Вот кого я искал, когда набирал сотрудников для этой лаборатории. Но, как говорится, чем богаты, тому и… Стоп! – профессор резко замолчал, задумчиво склонил голову. – Внимание! Все смотрим на мальчишку! – он снова включил запись. – Вот наш герой набирает на клавиатуре последнюю команду. Это, нужно полагать, клавиша ввода. Поворачивается к залу, и… Стоп!
– Откуда у твоего пацана такая гарнитура? – удивился Мелехов, но никто не обратил на его слова никакого внимания – все смотрели на экран, наблюдая за склонившимся над клавиатурой мальчишкой.
– Думаю, все видели, что Пугачев-младший что-то прошептал, но что именно? – профессор говорил сам с собой. Затем, обращаясь к техникам, поинтересовался. – Можем мы усилить сигнал, чтобы услышать, что он сказал?
– Угроза физической расправы. Выручай, Тромб! – вылетевшая фраза повисла в воздухе.
Медведев вопросительно протянул:
– Ну и-и?..
– Он сказал «выручай, Тромб!» – раздалось из дальнего угла.
– Я слышал, что он сказал именно это, – Медведев задрал голову, пытаясь увидеть говорившего Ивана Пугачева. – Мне интересно, из чего это следует? И перестань прятаться за спинами товарищей: четвертовать тебя сегодня мы не будем. Ты у нас на сегодняшний день слишком важная персона. Точнее, особа, приближенная к важной персоне, – успокоившийся Медведев позволил себе улыбнуться.
Смущенный Пугачев вышел вперед.
– Я читаю по губам. С детства, – заявил он и уже более уверенно продолжил, поворачиваясь к экрану. – Со стопроцентной уверенностью могу повторить его слова. Только последнее – «тромб» или… «ромб»? Сказать точно не могу.
– А ты говоришь, не мог! Разгильдяй! – глядя Пугачеву в глаза, Медведев громко кашлянул. – Билла Гейтса тоже считали разгильдяем. Даже выгнали из университета. Но это не помешало ему прорубить «окна» едва ли не во все компьютеры планеты. Эх! Если бы все наши подростки были такими разгильдяями, тогда…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
