только это. Что ещё?
— Мысль есть действие?
— Ты отличный ученик, дракон. Я поняла не сразу. Отцу пришлось научить меня основам боя. И я победила сначала в мыслях, а потом в реальности сына Рейтана Алса. Нет страха в мыслях, нет страха в поступках. И больше. Судьба. Путь жизни. Мы выбираем свои пути в соответствии с тем, что мы говорим себе. Но и это не всë. Мы можем остановить внутренний диалог. Когда мы перестаём разговаривать с собой, мир становится таким, каким он должен быть. Реальным.
— Есть мысли о городе детства. А есть реальная Агребба.
— Да, так.
— Но чем плох внутренний диалог? — прищурившись, спросил Иян. — Он помогает найти множество вариантов решения проблемы, помогает просчитать заранее действия противника, даёт нам возможность рассуждать, создаёт чувство заинтересованности и поиска чего-то нового, помогает создать саму идею нового. Того, что мы потом воплощаем в реальности.
— Отец говорил, что нам нужно научиться останавливать внутренний диалог в те моменты, когда он не нужен и запускать его, когда необходим. Свободный поток размышлений очень часто уводит нас в сторону худших ожиданий и представлений. Слишком уж часто в моменты, когда заняты руки, разум занимается перемалыванием несуществующих проблем. Сон разума рождает чудовищ. Зарвавшийся внутренний диалог рождает страхи.
Райна вспомнила слова отца и вдруг ясно ощутила себя в текущем моменте. Сейчас они идут рядом с Ияном. Порой чуть соприкасаясь плечами. Если девушка оступается, проваливаясь в песок, то маг тут же ловит еë за руку, помогая восстановить равновесие. Пальцы его тёплые и надëжные. Страх быть выпитой исчез. Исчезли раз за разом кружащиеся в голове мысли о том, что невидимка пришёл, чтобы воспользоваться еë силой, еë дарами. Выпить и убить. Как многие поколения мужчин до него. Как все те, кто привык так поступать с женщинами, наделëнными даром. Почему женщин-магов перестали пить и мир стал более цивилизованным? В доме Артейсов и в столице точно? Да, потому что женщин, наделëнных даром или не осталось, или кланы тщательно скрывали такие способности у своих дочерей. Кроме еë отца. Который готовил дочь к управлению домом Артейсов и открыто демонстрировал другим феодам еë мощную магию. Сколько раз они вместе вызывали дожди для всех островов или выезжали и проводили ритуалы плодородия… И она верила в свои силы. Она мечтала быть главой Западного Крыла. Всей душой хотела этого… Воспоминания. Зарвавшийся внутренний диалог ещё рождает и мечты… Которые остаются призраками без воли.
Райна в который раз удивилась тому, как Иян чутко ощущает еë эмоции. Мужчина неожиданно сжал еë руку, чуть притянул к себе, успокаивая похлопал по плечу:
— Раух был достойным человеком. Магом, воином, правителем. И ты его дочь, похожая на отца даже больше, чем сама думаешь.
Потом протянул флягу с тëплой от жара пустыни водой:
— Пей, мудрая принцесса. Иногда нужно попечалиться, чтобы потом острее ощутить радость.
— Спасибо, дракон. Знаешь, я родилась очень эмоциональной. Мне говорили, что в деда. И… Отец учил меня работать с эмоциями. Как раз через остановку внутреннего диалога.
— Расскажи…
— Сейчас. Мне помогает. Где бы ты ни шëл, начинаешь один за другим загибать и разгибать пальцы руки (скажем, левой). Не думать ни о чём другом. Внутренний диалог моментально останавливается. Конечно, на первых порах неизбежно в голову всё равно будут лезть страхи, обиды, образы людей, ситуации, тогда погружаешься в телесные ощущения, и образы приходят уже реже, а потом пройдёт и это. И только спокойствие и внутреннее безмолвие.
Так они и шли дальше. Какое-то время Иян, усмехаясь, шëл, загибая и разгибая пальцы правой руки. Потом лицо его разгладилось. Радужки глаз наполнились ярким внутренним огнëм. И… Райна почти физически ощутила как цветок его силы становится всë больше и больше. Мощнее тела. Размером с целый дворец. Потом с квартал, не меньше.
Райна споткнулась обо что-то, опустила взгляд вниз и вздрогнула, она стояла на крыше дома, почти целиком занесённого песком.
Мужчина словно очнулся. Кивнул на череду засыпанных зданий:
— Предместья Агреббы. Здесь не установлено защитных заклинаний от песков, поэтому они поглотили почти всë. Да и в сам город тоже просачиваются, несмотря на магию. Скоро увидишь.
И вправду. Вскоре барханы расступились, и Райна ахнула от восхищения. Прямо посреди песков высился город. Ажурные башенки сверкали на закатном солнце, тени, плавясь, бросали странные силуэты на стены прекрасных светлых зданий. Улицы перебегали арки мостиков. Агребба.
Неожиданно Иян быстро преодолел разделявшее их расстояние, оказался совсем рядом с Райной и накрыл губы девушки своими, горячими и требовательными.
Крыло шестнадцатое. Внутри горячих песков
Прямо посреди песков высился прекрасный город. Ажурные башенки сверкали на закатном солнце, тени, плавясь, бросали странные синие силуэты на стены прекрасных светлых зданий. Улицы перебегали густые тени и лëгкие арки мостиков. Агребба. Светлый оазис, из последних сил сопротивляющийся мощной силе раскалëнного песка.
Неожиданно Иян быстро преодолел разделявшее его и Райну расстояние, оказался совсем рядом с девушкой и накрыл еë губы своими, горячими и требовательными. Его руки медленно спускались по спине Райны, отвоëвывая всë новую территорию. Чуть распуская шнуровку. Чуть дальше. Чуть больше.
Дочь Артейсов хотела тут же отстраниться. Честно-честно. Сразу. Но… Губы невидимки были такими… Родными. Такими нужными. Важными. Приятно-исследующими. Вот он коснулся еë губ, нет, уже чуть левее, щеки, виска, шеи, плеча и вновь губ. Лëгкие движения, оставляющие горячие огненные печати по всему телу. И сейчас девушке так хотелось заблудиться в этом самом мгновении, в новых ощущениях тела. А потом, однажды, много позже, наверное, спустя миллиарды долгих лет, поднять глаза, увидеть улыбку Ияна и верить-верить, что эта улыбка принадлежит только ей, Райне. И слышать голос невидимки, низкий, бархатный, с лëгкой хрипотцой, и уже ни в чëм не сомневаться, ничего не бояться, лишь ловить тëплое дыхание и ощущать губы Ияна на своих… И огонь мага… Он ведь сразу узнал еë. И обрадовался. И сейчас смело перекинулся уже на еë живот и бëдра, танцуя песню желания.
А потом Иян неожиданно отстранился, внимательно вглядываясь ей в глаза. На мгновение скользнул взглядом по припухшими губам. И вновь стал искать что-то в еë зрачках.
Райна смутилась, покраснела:
— Что ты делаешь?
— Даю понять Агреббе, что привёл свою женщину.
— Что?
— Тут не так пусто, как думают в столице. И, если местные не будут знать, что ты пришла со мной, то… могут обидеть…
Переспросила:
— Значит это для местных?
— А ты как думала, принцесса? — И ещё пристальнее уставился на неë.
Что он там ищет? Драконище! Махнула
