Захара, кто еще в этих краях в курсе про тебя?
– Никто. Только Захар и Землекоп, другие меня никогда в глаза не видели.
– Понятно, намекал, хитрец, чтобы я присмотрелся к тебе, да к себе поближе подтянул. Чем его подкупил? Или тоже должок у него перед тобой?
– Нет. Мирона просто подкупил, чтобы язык за зубами держал. Сам знаешь, Злой, язык-то и укоротить можно, когда человеку заплатили, а он ему всячески мешает жить. И комнатуху у него снял за кровные.
– Значит, прибыль получает с тебя, предприниматель. А я-то думал, по щедрости душевной к себе в дом пустил, дела вас связывают, дары ему таскаешь.
– Да какая там щедрость. Дары – только ширма. Приходится платить.
– Как складно все выходит. Говорил мне Степан про какого-то типа. Чужак бродил по округе, внимания к себе не привлекал. Не из местного контингента.
– Что конкретного он говорил про чужака? И кто такой Степан?
– Ничего конкретного. Степан – это хранитель, мой товарищ. Может, про тебя и говорил.
– Не густо. Про Лотерею, еще одно порождение Катарсиса, слыхал?
– Мирон говорил. Еще одна басня, как думаешь?
– А думаю я так, Злой. Прямым текстом тебе не скажу, если сам до этого не дошел, мои слова не поймешь. А если дошел, то будут они тебе подтверждением. Диавол выбирает места, где ему положено их выбирать. На этом все. Понимай, как хочешь, большего не скажу.
– Как же я люблю загадки, Данила, ты бы только знал.
– Катарсис создает новые капканы. Не один Захар ощущает приближение чего-то грядущего. Что-то наступает. Нутром чувствую. Не думаю, что отель в станице Покинутых – это выход из положения.
– Вот так я Захару и сказал, когда отправил тебя за дурой.
– Захара подорвала немного та встреча с Вааром и труп того мальчугана, шедшего со станицы.
– Ничего. Залатает себя – и снова в бой. Он – крепкая натура. Еще повоюем, – сказал я.
– Знаю Захара давно и ничуть не сомневаюсь.
– Как там, в Пустоши? Говорят, нелюдей тьма, ни пройти, ни пролезть. И Ночь там страшная, без убежища не протянуть и десяти минут.
– Говорят, костребы ванаков рожают. А где протянешь больше, расскажешь? Может, здесь, Злой? Убежище надежное есть. И нелюди есть, и изгои. Повсюду смерть идет по пятам: и в граде Покоя от нее не спрятаться, и в Пустоши. Заблуждение у изгоев относительно града Покоя. Здесь я не ощущаю себя в безопасности, как в детстве у бабуси в селе. Да, не встречал в этой глуши костребов, арагоров, бхутов и призраков. Но здесь другая нелюдь обитает. И мне не нравится, что эта нелюдь себя не показывает. Хотел бы я, Злой, как можно скорее закончить начатое и убраться отсюда подальше. В Пустоши все понятнее. Пока.
– Рома Сказка и вправду в Пустоши бизнес организовал по продаже баек?
– Есть такой экземпляр. Да какой там бизнес. Просит несколько пачек курева и дуры склянку у местных обитателей, любящих погреть уши в его компании. Все рассказывает свои сказки да изгоев развлекает. Успевай придумывать новые. Порой выбирается за дарами. Дальше Пустоши носа не высовывает. Однажды до самого поселения бежал голым, за собой тенью целую свору арагоров приволок. Всей братией отбивались от нелюдей. После того случая замолчал на какое-то время, все подумали, что закончился Рома Сказка. Не будет больше сказок. Ан нет, спустя какое-то время развязал свой язык и продолжил старое дело.
– Вот он какой, Рома Сказка. В отеле у Начальника любят его истории пересказывать.
Предлагали тебе здесь водицы, егерь?
– У меня на этот счет разговор короткий, Злой. Сам пей свою водицу и будь здоров. Приходилось собственную мочу пить, чтобы выжить, но чужой воды в рот не брал.
Егерь помолчал немного и сказал:
– Я вот что подумал, Злой, нужно собрать непомнящих и рассказать все, что известно про Ваара.
– Ты думаешь, Гриб себе рот зашил? Все уже об этом знают.
– Это да. Я о другом: нужно рассказать о нем более подробно, чтобы непомнящие были готовы ко встрече с ним. Он ведь безвреден. Это люди слетают с катушек в его присутствии. История Захара чего стоит. Старику палец в рот не клади, без руки останешься, что говорить про наших грудничков.
– Думаешь, связаны какой-то ниточкой, за которую нужно потянуть, эти убийства с Вааром?
– Приходит на ум, Злой. Будет видно.
– Что можешь сказать про своих братьев, с которыми три месяца дождевую воду не делил? – усмехнулся я. – Лучше с ванаком овраг делить?
– Не лучше, Злой. Сам знаешь. Им пока рано в Катарсис ходить. Думаю, из всех непомнящих Пикассо мог бы стать изгоем. У парня кишка не тонка. Оружие в руках держать может. Видел его на деле: ванаков, решивших испытать удачу, он на посту мужественно отстреливал. Вижу у него в глазах безнадегу, назад дороги ему нет. Да и трепаться, сплетничать не любитель. Потому, даст Катарсис, пойдет вперед. И породит Катарсис еще одного скитальца. Изгоя.
– Насчет Пикассо – тоже к нему присматриваюсь. Не из пугливых малый. После себя нужно будет старшего в граде оставить. Мирон просил дать рекомендацию после ухода.
– Возьми его на прогулку с собой. Поделись опытом. Познакомься поближе. Глядишь, и напарник из него неплохой выйдет.
– Не учи курицу на сено лезть. Что с тобой-то делать, Гет? Какие у самого планы?
– Я в граде Покоя останусь, Злой, пока не найду убийцу сына.
– Твое право. Только сам глупостей не наделай. Гет… Как я понял, ты всю округу здешнюю обошел. Каждый куст проверил.
– Верно, Злой. В таборе Третьяка только не был, да и к хранителям соваться резона нет.
– Какие у самого соображения?
– Есть мысль, с Земель трупов убийца приходит.
– Может, из Коробки каждый раз возвращается? Но «символов» и «истомы» всякий раз не напасешься, должен тогда быть очень непростой и важной фигурой в Катарсисе наш убийца. Вероятность такую надо иметь в виду.
– Думал на этот счет. Подсказывает нутро, из Земель трупов. Тем паче следы одни обнаружил интересные. Но там путаница, пока придержу при себе. А в этих краях прятаться негде. Каждый дом проверил, каждую нору, каждый чердак.
– Почему так легко хранителей отмел?
– Все может быть, Злой.
– Что еще?
– Проститутку недавно хранители притащили. На линии у себя развлекались. Хотел для себя понять, пронюхать эту дорогу, которой ты шел к нам в Град, появившись в Катарсисе. Слышал, веселились. Дуру выпивали. Путана тоже смеялась вместе с ними. Похабные шуточки. Сам понимаешь. А баба красивая, белокурая, в короткой юбке. Может, даже не железная.
