мое старческое сердце, — со вздохом произнес Добронравов. — Тогда я перешлю вам собранные мной материалы на вашу почту. Если у вас возникнут вопросы, вы всегда сможете ко мне обратиться. Не обещаю, что отвечу сразу, но обязательно отзовусь.
Еще раз поклонившись, я покинул кабинет.
На втором занятии произошло то же самое. Меня подчеркнуто игнорировали, спрашивая других студентов. Единственное, что отличало ситуацию — я заметил, как все больше начинает волноваться Виктория. Остальные члены команды вели себя как обычно. И это было понятно, в конце концов, не их проект стоит на кону.
— Дмитрий Алексеевич, подойдите ко мне, остальные свободны, — объявил преподаватель, когда прозвенел звонок.
История повторилась, и мне на почту пообещали отправить материалы для самостоятельного изучения.
Один раз случайность, два закономерность. Очевидно, сверху пришел приказ, и потому мне дают возможность учиться, не посещая занятий очно. Тем более что и во второй раз я получил право обращаться с вопросами, если они возникнут.
Кто мог бы отдать такой приказ, и думать нечего. Государь явно не хочет, чтобы я превратился в необразованного дикаря. И, признаться честно, это было даже в некоторой степени приятно.
На телефон пришло оповещение от ректората ЦГУ, и я быстро ознакомился с изменениями.
Большой перерыв ознаменовал собой окончание занятий на сегодня для всех курсов. На прием пищи выделили стандартное время, после которого студентами нужно было явиться на конкурс.
В оповещении также отдельно указали, что все материалы по проектам уже доставлены. А комиссия, которая и будет оценивать труды студентов, пополнилась особым гостем.
Сам Михаил II снизошел к учащимся своего Университета. И уже учредил сразу несколько номинаций помимо ранее озвученных. Теперь, собственно, не должно остаться явных проигравших — и зная список проектов, можно было предположить, кому какой утешительный приз достанется.
В столовой было оживленно и нервно. Студенты поделились на зрителей и участников, и пока первые обсуждали приезд государя на конкурс, вторые переживали о том, чтобы не ударить перед царем лицом в грязь.
— Виктория, не волнуйтесь, мы победим, — с улыбкой заверил я, взяв девушку за руку.
Она нервно кивнула, не отрываясь от еды.
— Княжич дело говорит, — заметила Салтыкова. — Остальным ничего не светит. Так что лучше подумать о том, какую речь нужно будет сказать, когда государь объявит нашу победу.
— А я вот предлагаю обсудить другую тему, — озвучила Екатерина Юрьевна, ковыряясь вилкой в салате, после чего повернулась ко мне. — Дмитрий Алексеевич, вы же не собирались покидать Университет?
Я кивнул.
— Действительно, не собирался, — подтвердил, глядя на одногруппницу. — Но времена меняются. Так что, увы, я покину стены этого чудесного заведения сразу после оглашения результатов конкурса. Так уж сложилось, что дела рода, которому я принадлежу целиком и полностью, требуют моего присутствия в другом месте. Да и времени на занятия у меня уже давно нет.
Авдеев нахмурился. Иван Тимофеевич явно не одобрял моего выбора, но со своим мнением не лез. Впрочем, я не собирался совсем уж пропадать, все-таки не на другую планету улетаю, а Земля — круглая.
— Вот так всегда, — вздохнула Самойлова, — только на горизонте появляется достойный соперник, с которым можно интересно соревноваться, так сразу же у него возникают неотложные дела.
— Полагаю, Дмитрий Алексеевич и так сделал для нас больше, чем от него требовалось, — заявила Надежда Григорьевна, глядя на своего жениха. — Так что мы должны быть благодарны за то время, что провели все вместе.
Петр Васильевич медленно кивнул, не отрываясь от процесса пережевывания семги. Староста серьезно повзрослел внешне за это время и теперь уже не казался щуплым пареньком, набрался уверенности в себе.
— Жаль, конечно, что вы уходите, княжич, — заявил Никита Александрович. — Но хоть Викторию Львовну с нами оставите?
Морозова при этих словах бросила на одногруппника взгляд из-под приподнятой брови.
— Я теперь тоже несвободна, — заявила она с легкой улыбкой. — И, как и положено хорошей подданной, буду делать все, что прикажет мне мой князь. А его воля однозначна. Когда пройдет конкурс, мы покидаем Москву и переезжаем на Урал.
Девушки томно вздохнули, даже не пытаясь скрывать зависть. Впрочем, ничего дурного они не подразумевали. Я по лицам видел, что Виктория исполнила мечту практически любой женщины — нашла сильного и богатого молодого человека, за которого вот-вот выйдет замуж.
Парни меньше всего интересовались любовным вопросом. Так что Авдеев заговорил на деловую тему.
— Дмитрий Алексеевич, возможно, на Урале и для евгеники найдется место? — спросил Иван Тимофеевич, не отрывая от меня напряженного взгляда.
Понятно, что его тревожит. Единственная возможность Авдеева реально закрепиться, это найти покровителя. И в Москве с моим отъездом у него просто не останется выбора. А вот на Урале он мог бы устроиться.
Однако я не занимаюсь благотворительностью. А в данном случае Авдееву предстоит долгий путь от теории к практике. И вливать миллионы рублей в того, кто пока что еще не доказал своей квалификации — это бездарно потраченные ресурсы, время и деньги.
— Буду откровенен, — произнес я, откладывая приборы, — господа, дамы. На Урале у меня действительно имеются мощности, которые при желании я мог бы перепоручить вам. Однако как наследник я должен исходить из целесообразности. Поэтому если вы действительно захотите показать мне какой-то свой проект, мои двери для вас всегда открыты. Но обещать, что точно возьму вас к себе, разумеется, я не могу и не стану.
— Разумно, — заметила Самойлова. — Дмитрий Алексеевич, я была рада учиться с вами в одной группе.
Остальные поддержали Екатерину Юрьевну, а после мы все вместе отправились на конкурс. Пришла пора получить нашу награду.
Глава 7
Огромное помещение актового зала, где проходили административные мероприятия, разделили на секции, установили правильное освещение. Стенды проектов тянулись в два ряда по бокам зала.
Все необходимые материалы действительно уже были доставлены, и хотя нужды в большинстве аппаратуры просто не было, работники ЦГУ все равно ее выставили — в качестве макетов, разумеется.
Наша команда собиралась у дальнего правого стенда. То есть мы были, можно сказать, гвоздем программы.
До начала еще оставалось минут пятнадцать, пока команды разбирались с последними приготовлениями, а на территорию Университета приезжали высокопоставленные гости.
— Дмитрий Алексеевич, присмотрите за всем? — спросила Морозова, и когда я кивнул, девушка ушла.
Ей явно требовалось немного перевести дух. Так что я не возражал, да
