и у нас было все готово.
На стенде горел экран с хронологией проекта. Формулы, естественно, в открытую никто выдавать не собирался. Мы с Авдеевым занялись оборудованием, подчиняясь женской части команды — как стоят макеты, их не устроило, и нам с Иваном Тимофеевичем пришлось заняться перестановкой.
— Признаться, многое мне доводилось попробовать в своей жизни, Светлана Николаевна, — заметил я с улыбкой. — Но грузчиком работать не доводилось.
— Привыкайте, княжич, — посмеялась в ответ Салтыкова. — Вот женитесь, и перестановка мебели будет сопровождать вас на протяжении всей супружеской жизни.
Мы посмеялись над этой нехитрой шуткой и закончили приводить стенд в порядок. Я проверил подготовленные документы, Комарова разложила распечатанные для зрителей брошюры.
А потом двери в зал раскрылись, и вошли первые посетители. Преподаватели окружили ректора, отдельной группой держались руководители лаборатории.
Пока ректор шел к предназначенному для торжественной речи подиуму, подтянулись и болельщики — студентов было очень много, но они быстро расходились по залу, и всем хватало места.
Следом хлынули гости Университета. Родители студентов, участвующих в конкурсе, их представители. Не заметить Соколову было невозможно.
Великая княжна Выборгская шагала с таким видом, будто все здесь были ее подданными. Темно-фиолетовое платье, черные перчатки, несколько вкраплений неброских, но очень дорогих украшений. Иван Михайлович вел сестру под руку, и тут же направил Анну Михайловну к своим одногруппникам.
— Халаты, господа, — напомнила о последнем штрихе Салтыкова, выдавая нам лабораторную униформу.
Не то чтобы это было обязательным условием, просто еще один способ выделиться среди других участников.
Я посматривал на вход, ожидая возвращения Виктории, но боярышни пока что видно не было. Сбегать она бы не стала, не в ее характере, а подглядывать за девушкой в туалете я сам не хотел. Решил для себя, что через две минуты, если Морозова не появится, вмешаюсь, однако не пришлось.
С чуть покрасневшими щеками Виктория вошла в актовый зал и прошла к нашему стенду.
— Спасибо вам всем за участие, — улыбнулась она совершенно искренне, хотя голос едва заметно подрагивал от волнения. — Я вам всем очень благодарна, каким бы ни был результат.
— Что-то случилось? — спросил я, глядя на девушку, но она лишь тряхнула головой, после чего влезла в халат и встала рядом с нами.
До начала мероприятия оставалась минута, и собравшиеся ждали высочайшего из гостей. Я повел взглядом по залу, отмечая, как нервничают все участники конкурса, и мысленно усмехнулся.
В нашем проекте я был уверен, а среди конкурентов видел проекты, которые так никогда и не увидят развития. Впрочем, знал об этом лишь я, так что не стоило портить праздник всем остальным.
Мой взгляд зацепился за стенд группы Соколова, и я не увидел среди их группы поддержки великую княжну. Эта мысль мне не понравилась, но проверять, куда Анна Михайловна запропастилась, времени уже не было.
Двери раскрылись вновь, и в актовый зал вошел сотрудник Кремля.
— Великий государь, царь и великий князь всея Руси! — объявил он, тут же смещаясь в сторону.
Михаил II вошел с улыбкой на лице. Все присутствующие склонили головы, пока он шагал к сцене, у которой для государя было установлено отдельное кресло на небольшом возвышении. Там же ждал ректор и часть преподавателей.
Взойдя на сцену, Михаил II обвел собравшихся взглядом, после чего повел рукой, разрешая всем выпрямиться и расслабиться.
— Господа и дамы, — обратился к присутствующим царь. — В этот замечательный день я рад приветствовать столько потрясающих умов в одном месте. И, полагаю, могу по праву гордиться, что все вы собрались именно в стенах моего Университета. Я убежден, что в ваших руках — будущее нашей страны, и потому безмерно рад, что на мой призыв отозвалось сразу столько участников.
Он взял паузу, позволяя конкурсантам проникнуться моментом, после чего продолжил.
— И так как было бы несправедливо выделить кого-то одного, а остальных проигнорировать, я объявляю о своем решении изменить порядок наград. Лучшие проекты получат ровно то, что им было обещано. Но и не попавшие в этот список будут отмечены. Пришло время объявить, что в Русском царстве сейчас закладывается несколько совершенно новых городов, которые станут центрами развития наук в своих отраслях. И сегодня каждая команда-участник получит свой шанс попасть в соответствующие профильные институты, чтобы там двигать науку Русского царства вперед.
Он замолчал, и подданные ответили легкими аплодисментами. Я видел, как лица конкурсантов постепенно расслабляются. Одно дело просто проиграть, совсем другое — гарантированно пристроиться под государевой рукой и фактически получить возможность выиграть даже больше, чем достанется победителям этого конкурса.
Подняв ладонь, Михаил II с улыбкой оглядел быстро затихающий зал.
— Итак, я объявляю конкурс научных проектов Царского Государственного Университета открытым!
* * *
Немногим ранее, женская уборная административного корпуса ЦГУ .
Виктория включила воду и оперлась руками на раковину, глядя на себя в зеркало. Волнение немного улеглось, и девушка быстро приводила себя в порядок. Хотя руки еще едва заметно подрагивали, и дышалось все еще тяжело, но боярышня быстро приходила в себя.
Дверь открылась, и в облицованное темными плитами помещение вошла красивая девушка в темно-фиолетовом платье. Мазнув по ней взглядом, Виктория узнала посетительницу.
— Виктория Львовна, — ласковым, но снисходительным тоном произнесла Анна Михайловна, — рада нашей встрече.
Морозова вытерла руки салфеткой и поправила волосы. И только закончив, она повернулась к собеседнице. После долгих разговоров с матушкой она прекрасно понимала, что перед ней не враг, но противница. И, судя по всему, настроенная весьма серьезно.
Но времена, когда Виктория предпочла бы забиться в угол и дрожать там от страха, давно прошли. Теперь боярышня уже не напоминала ту забитую и всеми презираемую девушку, какой она пришла в стены Университета.
— Здравствуйте, великая княжна, — поклонившись, как того требовал этикет, сказала она. — Пришли поддержать команду вашего брата?
Анна Михайловна чуть приподняла уголки губ, обозначая вежливую улыбку. Глаза ее при этом не улыбались. Виктория видела, что великая княжна крайне недовольна самим фактом существования соперницы.
— Разумеется, ведь мы же семья, — подтвердила она. — Впрочем, я бы хотела с вами обсудить иной вопрос. И так как вы явно торопитесь, у вас крайне важный день, то хочу пригласить вас для беседы немного позднее к нам в особняк. Или, если у вас будет слишком много дел, могу посетить вас.
— Простите, Анна Михайловна, но у меня правда не так много времени, — с вежливой улыбкой
