медленно погружался в состояние транса. Недостаток времени на полноценные тренировки не позволял брату нырять в него по одному желанию, и приходилось приложить немного усилий. Но в рукаве Сергея Алексеевича имелись и другие козыри.
Наконец, мы вышли на улицу, пройдя во внутренний дворик перед крылом государя. Здесь уже собралось немало людей — как благородных, так и сотрудников Кремля. Место было расчищено — когда-то здесь проводились дуэли едва не каждый день, сейчас уже подобное стало редкостью. Однако когда государь желал лично присутствовать на поединке чести, проводить его в другом месте было невозможно.
Вот и сейчас Михаил II стоял в окружении аристократов, негромко с ними беседуя. Дуэль дуэлью, но дел государственной важности никто не отменял.
Стояло хорошее ноябрьское утро. Легкий морозец, яркое солнце. В этом дворике не было ни намека на снег — все же за стеной царь живет, а потому растительность красовалась голыми ветвями и ажурно разложенными на земле опавшими листьями. Так что смотрелась обстановка драматично.
Я перевел взгляд на князя Андреева. Федор Александрович, одетый в белую свободную рубаху и черные штаны с удобными ботинками, почти ласково мне улыбнулся.
Я не ответил, переведя взгляд дальше. В том, что сегодня Якутия обретет нового князя, я не сомневался, и потому не видел необходимости общаться с будущим мертвецом.
От свиты царя отделился Ерофеев. Константин Владимирович вежливо улыбался, хотя было заметно, что в отличие от остальных благородных, ему одному холодно.
— Господа, — заговорил целитель высшего класса, приветствуя всех наклоном головы. — Государь Михаил II разрешил поединок чести. Однако он предлагает вам решить дело миром и уладить разногласия в суде.
Последовало недолгое молчание, которое никто не посмел прервать.
— Поэтому я спрашиваю вас, есть ли возможность решить ваши разногласия миром? — спросил Ерофеев.
— Нет, Константин Владимирович, — ответил Сергей.
— Что же, раз княжич против, то и я не стану сдерживаться, — с легкой улыбкой ответил князь Андреев. — Поединок чести будет идти, пока один из нас не погибнет.
Что ж, значит, он допускал возможность разойтись без боя. Может быть, хотел предложить это изначально, но Сергей был наследником, и отступать ему сейчас было бы позорнее, чем проиграть.
Целитель склонил голову, и вперед выдвинулись сотрудники Кремля с коробками в руках. Так как дело происходило под взором царя, нужды в других секундантах не имелось. Михаил II гарантирует, что все будет по закону, и стоит кому усомниться в этом — вместо поединка чести будет казнь.
— Как принявший вызов, — огласил один из слуг царя, — Федор Александрович выбрал оружие — сабли.
Сергею подали его инструмент, и я вновь взглянул на князя Якутии. Теперь его наряд обрел смысл, в таком виде ему будет куда удобнее двигаться. Тем более что физическое оружие отметает возможность применять родовые способности.
— Ваш дар будет заблокирован на время поединка, — продолжил другой слуга, и на обоих дуэлянтов надели браслеты.
Я видел, как от накатившего холода чуть поежился брат, лишившись защиты покрова. А вот Федор Александрович явно чувствовал себя превосходно, значит, не пропускал тренировок и своим даром владел лучше Сергея. Впрочем, по крепости его покров все равно серьезно уступает усилению Романовых.
— Поединок начнется по сигналу государя Русского царства, Михаила II, — объявил Ерофеев. — Господа, прошу вас на позиции.
Наследник Романовых встал возле флажка с нашим гербом, Андреев занял свое место. Между ними было метра четыре, а все пространство для дуэли — не больше двадцати метров в диаметре. Вполне достаточно, тем более как только прозвучит сигнал, активируется купол — на всякий случай.
Михаил II вышел из толпы своих людей и, посмотрев на обоих участников поединка, молча поднял руку. Стоящий рядом слуга вложил в нее револьвер, наверное, заставший еще Смутные времена — настолько древним он выглядел. Подняв оружие в воздух, государь спустил курок.
Грохнул выстрел, от револьвера хлынуло облако, воздух мгновенно пропитался запахом пороха.
Поле защиты окутало ристалище, и Андреев на огромной скорости рванул к Сергею, на ходу перебрасывая оружие в левую руку.
Наследник Романовых медленно повернул свой клинок, встречая атаку и отводя опасное лезвие от своего тела. Всего лишь крохотное приложение силы, и атака князя ушла в молоко.
Контратака не заставила себя ждать. Сергей довернул свою саблю, целя в открытые ребра Андреева, но тот уклонился, в последний момент разорвав дистанцию. Однако его белая рубаха получила серьезную прореху.
Сергей остался на месте и смотрел в сторону противника, не делая лишних движений и, кажется, полностью сосредоточившись на самом себе. Князь пошел по кругу, обходя противника с другой стороны — чтобы солнечный свет стал бить наследнику Романовых в глаза.
Заняв позицию, Федор Александрович вновь сменил руку. Новый выпад.
Заскрежетал металл, но Сергей, державший левую руку отведенной за спиной, остался невредим и никакого дискомфорта не испытывал. Я видел, как брат смотрит на своего врага. Равнодушно, холодно.
Но князь не позволял эмоциям взять над собой контроль, и атаковал вновь. На этот раз натиск был чрезвычайно силен и страшен. Его сабля рубила воздух, сталкивалась с оружием брата, и княжичу пришлось начать отступать, чтобы соблюдать дистанцию.
Шаг за шагом смещаясь строго назад, Сергей отражал удары противника, не позволяя себя ранить и в то же время не давая никакого отпора. Брат полностью ушел в защиту, по его лбу покатились первые капли пота.
Андреев явно видел, что противник устает, и удвоил натиск. Сабля засверкала на солнце, размазываясь в полукруг — так быстро наносил удары князь.
Я слышал, как сжал до хруста зубы стоящий рядом со мной отец. Князь Романов не отрываясь смотрел на поле и даже не думал скрывать своего волнения. Впрочем, он такой здесь был не один.
Казалось, Сергей уже стал уступать своему противнику, и нервы зрителей почти уловимо для слуха звенели в воздухе, натягиваясь сильнее с каждый новым звоном сталкивающихся сабель.
Но вот наследник Романовых достиг середины поля. Не став больше отходить назад, Сергей встретил клинок князя, заблокировав очередной яростный удар, а потом резко, едва уловимо для глаз, довернул рукоять.
Лезвие сабли скользнуло вперед, без всякого сопротивления проходя сквозь плоть князя Якутии. Наблюдатели дружно ахнули, увидев брызнувшую на землю кровь.
Сергей отступил на шаг, позволяя Федору Александровичу осесть на колени. Сабля князя упала, он зажимал горло руками, глядя на моего брата, и пытался что-то сказать. Наследник Романовых не стал продлевать его агонию.
Еще один взмах саблей, и голова князя Андреева
