Читаем без скачивания Шерлок Холмс и талисман дьявола - Барри Робертс

– Возможно, вам вообще не следует туда ездить.

Харден нахмурился:

– Не ездить туда? Почему же?

– Полковник, – мрачно ответил мой друг, – в Винчестере вы приняли смелое решение не отступать, несмотря ни на какие угрозы Дрю, и то было решение, которому я аплодировал. Однако ситуация изменилась. Дрю еще не нашел то, что ищет, и моя информация подтверждает его намерение быть в Гластонбери одновременно с вами. Я полагаю, что объект поисков Дрю находится именно в Гластонбери, и теперь он одержим настоящим страхом, как бы вы не нашли то, что сам он найти пока не может.

– И что из этого следует? – спросил полковник. – Почему я должен менять свои намерения?

– Потому, – ответил Холмс, – что если Дрю не убьет вас в Гластонбери, то только по той причине, что решил сделать это до вашего приезда туда.

12

ПРИЕЗДЫ И ОТБЫТИЯ

Конечно, как и следовало ожидать, никакие угрозы не могли заставить старого солдата отступить, и рано утром следующего дня мы, по-прежнему в сопровождении парней Макмурдо, отбыли в Гластонбери. Устроившись в гостинице на Хай-стрит, мы отправились к развалинам аббатства. Парни Макмурдо помогали нести снаряжение Хардена. Вряд ли я когда-нибудь забуду свои первые впечатления при взгляде на руины того, что некогда было величайшей святыней Англии. Уже наступил июнь, и везде буйно разрослись сорняки и чертополох вперемежку с густыми зарослями шиповника и других кустов, пустивших корни между камнями.

Ближе к дороге стояла изящная часовня, стены ее хорошо сохранились, но крыши не было, а на месте пола росла трава. В дальнем конце виднелись обломки арок, и только по их благородным изгибам можно было представить, как прекрасна была часовня. При этом мне вспомнились развалины аббатства в Нетли, где я проходил специальный курс военных хирургов. Сейчас же я думал о том, как же много прекрасного и достойного восхищения уничтожил один жадный и похотливый тиран.

За исключением случайных тропинок земля под ногами была неровной, в выбоинах и буграх. Я размышлял о том, что где-то здесь, под нашими ногами, лежат кости английских святых Дэвида, Патрика, Бригитты и Дунстана, а может быть, и останки великого короля Артура и даже, возможно, Иосифа Аримафейского.

Холмс, озабоченный безопасностью полковника, изложил нам свой план, и теперь он и полковник с камерой шли под охраной двух парней Макмурдо, которые прокладывали путь через разросшиеся сорняки. Я с третьим телохранителем шел несколько в стороне, зорко наблюдая за окружающей обстановкой.

Время близилось к полудню, и стало жарко. Пчелы жужжали над яркими дикими цветами, пробивающимися среди сорняков. Становилось все труднее быть сосредоточенным и вести неустанное наблюдение, но, по счастью, Дрю поблизости не было. Лишь изредка появлялись местные жители, которые пользовались тропинками, чтобы сократить дорогу. А так старое аббатство было целиком в нашем распоряжении.

Наконец жара начала спадать, а тени удлиняться, и Харден решил, что света для его работы уже недостаточно. Мы вернулись в гостиницу. Холмс быстро пробежал глазами список вновь прибывших постояльцев, оглядел внимательно находящихся в столовой, но не заметил ничего тревожного.

– Если солнце завтра будет такое же яркое, как сегодня, – сказал полковник за обедом, – я думаю, что можно будет закончить фотографирование во второй половине дня.

– Это было бы хорошо, – ответил Холмс. – Мы даже можем приготовить Дрю сюрприз и уехать раньше, чем он прибудет сюда, хотя я знаю, что за нами наблюдают люди Дрю.

Но этому не суждено было случиться. Мы закончили обедать и перешли в курительную, когда я вдруг вспомнил, что оставил папиросы у себя в комнате. Взяв их и спускаясь вниз, я увидел небольшую группу людей у регистрационной стойки. Прежде всего в глаза бросился широкоплечий мужчина с лицом, напоминающим свиное рыло. Инстинктивно я сразу понял, что это Дрю. Я отступил назад и прижался к перилам. Как только он заговорил, стало ясно, что это то самое зловещее и болезненно-хриплое карканье, которое в Винчестере так точно имитировал Джей.

– Теперь мы знаем, что они здесь, – сказал он. – Можно опять вернуться к нашим дружкам и подробно разработать наш план.

Как только они вышли из вестибюля и за ними закрылась дверь, я поспешил в курительную, чтобы сообщить обо всем услышанном Холмсу и полковнику Хардену.

Однако Холмс не выказал большого удивления.

– У них есть несколько способов действия, – заметил он. – Если они умны, то не будут торопиться и подождут, пока полковник завершит свои работы. Если же нет, то постараются как можно скорее организовать нападение, может быть, и завтра. – И повернулся к Хардену: – Действительно, совершенно необходимо, чтобы вы уже завтра все закончили. Предлагаю начать очень рано, как только будет достаточно света. Ночи сейчас теплые, но боюсь, перед сном надо будет всем закрыть окна и запереть двери. Вы вооружены, полковник?

– У меня есть пара пистолетов в карманах сюртука и парочка в жилетных. Этого достаточно?

Холмс улыбнулся:

– Я видел, какие они мастера стрелять на короткой дистанции. Но пожалуйста, полковник, помните, что здесь запад Англии, а не Дикий Запад Соединенных Штатов и в соответствии с законом можно выстрелить, только если вы подверглись нападению.

Полковник пристально на него посмотрел:

– Если возникнет подобная ситуация, мистер Холмс, я изо всех сил постараюсь этого не забыть.

Мы рано разошлись по своим комнатам и, последовав совету Холмса, крепко заперли окна и двери. Я попытался заснуть, но мне долго это не удавалось. Я пошире раздвинул занавес на своей большой деревянной кровати и напряженно прислушивался, пытаясь уловить даже самый приглушенный звук, но наконец заснул, крепко сжимая в руке свой старый «адамс-450».

Ночь прошла спокойно. Мы быстро позавтракали и когда вышли из гостиницы, на Хай-стрит сумрак еще не рассеялся.

Когда мы пришли в аббатство, пришлось ждать, когда станет достаточно светло, и Харден занимался тем, что выбирал наиболее удачные ракурсы для фотографирования прекрасных и скорбных развалин.

Скоро небо стало безоблачным, солнце высушило росу, и мы начали работать по нашему плану. Сегодня, несмотря на жару, мы были собранны и сосредоточенны. Зная, что где-то в городе затаились наши противники, мы не могли не думать, что в любую минуту можем подвергнуться нападению. Мой военный опыт подсказывал, что здесь, на развалинах, слишком много мест, где можно было бы спрятаться и внезапно напасть. У меня даже ладонь вспотела, так крепко я сжимал рукоятку своего «адамса-450» всякий раз, когда где-то были слышны шорохи.

К полудню работа полковника довольно сильно продвинулась вперед, и мы отправились к единственному уцелевшему странному, восьмиугольному зданию и решили подкрепиться. За ленчем Холмс поведал нам долгую и колоритную историю этого старинного места, заметив, что именно здесь останавливался два века назад злосчастный герцог Монмутский по дороге в Седжмур, где был разбит наголову.

Как мы и договаривались, полковник во второй половине дня завершил свою работу и мы, целые и невредимые, отправились в гостиницу. Заказав чаю, мы удалились в курительную комнату. Вскоре туда вошел управляющий и принес телеграмму для полковника Хардена. Быстро прочитав ее, полковник, бледный как мел, безмолвно передал ее Холмсу. Телеграмма была послана из Лондона не более часа назад, и в ней говорилось:

«Джей нездоров тчк несерьезно но требуется твое присутствие тчк приезжай твоя любящая жена Сесили».

– Как вы поступите? – спросил я. Но Шерлок Холмс опередил его:

– Вы должны немедленно ехать, полковник. – И достал часы. – Вы успеете еще добраться до Бристоля, чтобы попасть на скорый лондонский поезд. Сегодня вечером вы уже можете быть с семьей.

– Но моя аппаратура, мои негативы!

– Мы обязались охранять не только вас, но и ваши исследования, полковник, – ответил Холмс. – Поэтому возьмите с собой только самое необходимое и, конечно, парней Макмурдо в придачу. А мы с Ватсоном последуем за вами завтра, взяв с собой все ваше снаряжение.

Холмс встал, позвонил и приказал вошедшему слуге немедленно уложить саквояж для Хардена. Полковнику ничего не оставалось делать, и я сразу же после чая проводил его на станцию.

Вернувшись, я застал Холмса в великолепном и очень юмористическом настроении.

– Холмс, – упрекнул я его, – сын Хардена болен. Вряд ли это повод для веселья.

– Джей гораздо в лучшем состоянии, чем полагает его отец, – ответил Холмс. – А наш добрый полковник надежно застрахован от всяких неожиданностей, пока мы выясняем наши отношения с мистером Дрю.

– Холмс! – воскликнул я. – Так это вы послали телеграмму! Но это непростительно!

– Дорогой мой Ватсон, вы еще не раз сможете убедиться в том, что полковник не тот человек, которого можно запугать и заставить подчиниться грубостью или силой. И было совершенно необходимо, чтобы сегодня поле битвы с Дрю было расчищено, а единственный способ добиться этого – сыграть на отцовских чувствах Хардена. Через несколько часов полковник узнает, что его обвели вокруг пальца. И подозреваю, он очень рассердится и сразу догадается, кто с ним сыграл эту шутку, ведь он достаточно умен для этого. В свое время я принесу ему извинения, но теперь нам надо подготовиться к встрече с Дрю.